Жанры: Детская Фантастика, Фэнтези » Диана Дуэйн » Высокое волшебство (страница 39)


Можно уничтожить врага, но не обязательно при этом быть грубым с ним. Так гласило одно из правил Кодекса Волшебников.

— Еще двое! — засмеялся Поглотитель Звезд. — И за компанию с ними птица! Восхитительно. Наконец-то мы встретились. Теперь вы не на Земле, и никто не придет к вам на помощь. Долго же мне пришлось искать вас, и вот вы сами ко мне пожаловали!

Кит было открыл рот, желая ответить, но попугаиха опередила его.

— Ты находишь ускользающее, но не ускользнешь от нашедших тебя, — засмеялась Мачу. — А, не понимаешь? Еще бы, ты невежда! Ломать настоящее, не умея предвидеть будущее, значит не иметь выбора! Ты потерял право на выбор, сделав свой выбор однажды!

— И вот он, мой выбор! — вдруг воскликнул Поглотитель Звезд.

Он резко взмахнул рукой. Но Нита была начеку. Она сжала в кармане стерженек конденсатора и додумала последний слог заклинания, которое было уже наготове.

Молния, ударившая в их защитное поле, была ослепительно белой, будто взорвался целый дом, напичканный электронными аппаратами. Свет и сила этой молнии должны были раздавить их защиту, как камень, упавший на куриное яйцо, превратить неимоверным давлением их тела в тонкий лист пергамента, спалить до мелкой горячей пыли.

Но молния отскочила. Ни один из ее лучей, ни один из могучих ударов не попал в цель. Нита лишь почувствовала, как содрогнулось все вокруг, волной пройдя сквозь нее. Она отпрянула. Кит крепкой рукой поддержал ее.

Поглотитель Звезд глядел на них с холодным изумлением.

— На этот раз силы твоей ненависти не хватило, — усмехнулась Нита. — Попытаешься еще разок?

Ни движения, ни звука в ответ. Но яростная холодная волна вновь ударила в защитную оболочку. Поверхность планеты пошла мелкой паутиной трещин. Осколки стекла и пыль тучей поднялись в воздух. Все вокруг сотрясалось. Когда пыль осела, стало ясно, что удар был направлен в место соприкосновения поверхности —планеты и защитной оболочки. Но заклинание предусматривало и это, превратив колпак оболочки в сферу. Кит и Нита словно бы висели в невидимом шаре над самой поверхностью. Они видели, как под ногами у них, в нескольких дюймах от подошв ботинок, плавится стекло в углублении небольшого кратера, еще дымящегося и окутанного раскаленными газами.

Обессиленная, Нита буквально повисла на Ките. Но он держался мужественно.

— Мы живы! — прошептал он. — Защита сработала! Но почему? Ты же не использовала конденсатора! Чем ты усилила заклинание?

— Год моей жизни за каждый удар, — как можно беспечнее ответила она.

Кит уставился на нее с изумлением.

— Ты с ума сошла! Неизвестно, сколько ударов нам придется выдержать! Сколько же лет жизни отнимет это у тебя?

Она пожала плечами.

— Буду осторожнее переходить улицу. И тем продлю себе жизнь, — усмехнулась Нита. — Ладно, Кит, есть вещи поважнее, о которых нам сейчас следует думать.

— Твой последний выбор сделан, — вдруг грозно прокричала попугаиха, обращаясь к Одинокой Силе. — Ложь устремляется к Правде.

И Поглотитель Звезд, кажется, понял ее, потому что лицо его стало таким холодным, словно покрылось коркой инея. Ните показалось, что этот холод пронизывает и ее. Ей даже померещилось, что защитная оболочка в каком-то месте прохудилась. Но нет, все в порядке.

«Хватит ждать, — подумала Нита, — нельзя превращаться в беспомощную мишень».

— Я предупреждаю тебя вторично, — процедила она. — Не знаю, что здесь произошло, но уверена, что моя сестра неспроста распростерлась неподвижно перед нами. Я не стану мстить тебе. Но требую убраться отсюда. Даю тебе последний шанс!

Ей казалось, что ничем уже невозможно ее удивить, ничто не испугает ее, но столько неистовой злобы было во взгляде Поглотителя Звезд, столько испепеляющей ненависти плескалось в глазах Одинокой Силы, что на мгновение Нита похолодела.

— И что же ты сделаешь? — раздельно произнес Поглотитель Звезд. .

— Вот что! — воскликнула Нита, вынимая из кармана стержень конденсатора.

Она знала, какое заклинание освобождает. Она понимала, что Кит ни за что не позволил бы ей пойти на эту крайнюю меру. И потому быстро произнесла это слово…

Ее швырнуло на колени. Фигура Одинокой Силы вдруг исказилась, свернулась, как лист бумаги в огне очага. Что-то произошло с пространством вокруг нее — оно завихрилось и повисло клочьями, будто сбитый миксером белок. Свет померк.

И все стихло. Стальной стержень конденсатора превратился в мелкую кучку опаленного порошка.

Кит стряхнул с руки попугаиху и хрипло прошептал:

— Что ты натворила?

Она с трудом переводила дыхание.

— Не натворила, а сотворила. Этим я открыла Вход во Вселенную, такой же, как Дайрин сделала для выхода на Марс…

— Но ты отдала за это два года своей жизни, а может, и все пять! — вскричал Кит. — Почему ты не сделала это пополам со мной?

— Дело сделано. Нечего попусту тратить время!

— Ты его растратила, свое время! Мы могли бы его разделить! — не унимался Кит. — Но посмотри, ОНА исчезла…

Действительно, Одинокой Силы как не бывало.

— Поднимай Дайрин — и поскорее смоемся отсюда, пока ОНА… — Кит не успел договорить. Что-то ударило их. Сзади. Удар был такой силы и мощности" что сломал защиту, пробил защитную оболочку. Они упали как подкошенные. Стало невероятно холодно. Нита в ужасе закрыла глаза. Разрушена защита, которая спасала их от сверхнизких температур. Теперь они превратятся в хрупкие, рассыпающиеся на сверкающие кристаллы ледяные столбики. Она быстро, сразу же одеревеневшими губами начала

читать заклинание. Она старалась не дышать, не впускать в легкие смертельный холод. В ушах стоял грохот. Кожу как бы пронзали тысячи игл. Наверное, лопались капилляры. Скорее! Скорее! Еще четыре слова, еще два, одно…

Воздух вокруг них, казалось, потеплел. Нита вздохнула. Будто бы ножом полоснуло горло. Холод проник в грудь. Но это была уже не ледяная смерть, а просто комок морозного воздуха. Она открыла глаза, попробовала осмотреться. Глаза застилал туман. Неужто обморожены роговицы? Нита не была уверена, что такое бывает, но на всякий случай приложила к глазам ладони. Уши тоже как бы заложило. Она смутно слышала, как рядом шевелится, пытаясь подняться, Кит. Нита снова открыла глаза. Вокруг них еще шевелились, падали, рассыпались ледяной пылью оплавленные куски поверхности.

— О-ох, — кряхтел Кит, — не думал я, что после смерти будет так тошнить.

— Достаточно вы унижали меня, — раздался голос Одинокой Силы. — Никто еще не делал этого и притом оставался в живых. Вы не сможете хвастать, что победили Поглотителя Звезд. Вы умрете! Впрочем, не сразу. Я буду убивать вас медленно, не так, как вашу болтливую подружку.

Кого? Кого он убил? Дайрин?! Нита в ужасе огляделась. В стороне среди раскиданных обломков она увидела безжизненный пучок ало-голубых перьев. Это все, что осталось от умницы Мачу Пичу, от их любимицы попугаихи Мачу, от бедной Пичужки!

На мгновение у Ниты помутилось в глазах. «Я всегда знала, что кто-то придет нам на помощь, — пронеслось у нее в голове. — Кто-то вытянет нас отсюда. И это могла быть наша Пичужка».

Нита поднялась на четвереньки. Слезы непроизвольно катились по щекам. Болело все тело. Но самая сильная боль разрывала ее изнутри. Боль невозвратной потери. И страх безнадежности. На этот раз им не выкрутиться. Удача отвернулась от них…

Кто-то положил ей руку на плечо. «Как же все это несправедливо, — думала она. — Неужели даже хвостика удачи нам не поймать?» Рука на плече сжалась и потянула ее. Нита, словно бесчувственная, продолжала нелепо стоять на четвереньках. Глаза ее не отрывались от кровавого комка перьев. Красное пятно крови успело превратиться в темную замороженную лужицу.

«Я даже не могу ничего сделать перед смертью! — горько подумала она. — Умирать покорно. Это так несправедливо!»

— Ниточка, вставай, — донесся до нее тихий голос Кита.

— Да, да, — насмешливо подхватил другой, жесткий голос, — вставай, Ниточка, позабавь меня!

Она, шатаясь, поднялась на ноги, распрямилась. Но глаза ее по-прежнему неотрывно смотрели на то, что осталось от Пичужки, на заледеневшие капельки крови, веером разбрызганные вокруг.

— Кит, — тихо произнесла она, — что мы скажем Тому?

— Не думай об этом сейчас, Нита, — сурово проговорил Кит. — Вспомни лучше о Белфасте.

Слово «Белфаст» словно бы вспышкой озарило в ее памяти картины ракетного огня в Бейруте, безжизненную тишину Чернобыля, смывающие все живое мутные потоки наводнения в Бразилии, сжигающую засуху в Африке, наркоманов с пустыми глазами на улицах Америки, жалких нищих, стоящих с протянутой рукой на всех углах мира, голодных и бездомных, лежащих на вентиляционных решетках в клубах теплого пара среди зимы. Мысли ее наполнились жалостью и гневом, болью, яростью, протестом против жалкой жизни и глупой смерти. Она страстно желала, чтобы все это прекратилось навсегда. Пусть ей уже не суждено исправить жизнь, но другие, после нее… И не важно, в конце концов, выживет она или нет. Все, что постепенно происходит на ее родной планете, медленно, но неостановимо движется к лучшему. Она была в этом уверена. Недаром же существуют на этом свете Волшебники!..

Она прижалась к Киту.

— Как ты?

— Ничего. Правда, у меня нет сил сотворить даже самое малое заклинание, чтобы намазать маслом кусок хлеба. Но, черт меня побери, неужто я затем отправился сюда, чтобы покорно валяться у ее ног?

— Ага, — всхлипнула Нита.

Она вдруг почти с юмором подумала о своем вспухшем от слез носе, о хнычущей сопливой девчонке на ватных ногах, которая выглядела совсем не героически. Но сейчас все же было не до смеха. На них надвигалась, глядела им в лицо неумолимая тьма. Этот темный призрак медленно приближался, улыбаясь собственной неотвратимости.

— Кит, — мужественно сказала Нита, как бы прощаясь — все было отлично!

— Что ж, — согласился Кит, — увидимся в Сердцевине Времени.

Он был прав — все из этого мира уплывало в неведомую живым Сердцевину Времени.

И разнесся над планетой другой голос, звучный, незнакомый (или знакомый?):

— Только тронь их, и ты погибла!


Дайрин, словно черепашка, встала на четвереньки, задрав голову. Она с недоумением разглядывала зареванную сестру и напряженно стоящего рядом с ней Кита. Они обнялись, поддерживая друг друга. Раньше она бы просто пожала плечами и отвернулась. Но в это мгновение в голове ее пронеслись все события сегодняшнего дня. Она вспомнила вдруг давнюю фразу Ниты: «Самая страшная боль не страшна, если ее не страшишься». Почему именно это? Да, надо защитить от боли их, тогда и ей она не будет страшна. Надо остановить боль раз и навсегда!



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать