Жанр: Фэнтези » Питер Дэвид » Сэр Невпопад из Ниоткуда (страница 113)


Я даже не попытался понять, что он имел в виду, но король с улыбкой кивнул и проговорил:

– Верно подмечено. Лучше и не скажешь, Одклей.

– Что он этим хотел сказать? – удивлённо спросила Энтипи.

– А то, – весело ответил Рунсибел, – что...

Но тут чей-то чужой голос с сарказмом перебил его величество:

– Он хотел сказать, что вам придётся здесь остаться и ждать возвращения ваших рыцарей и гарнизона.

Мы остановились и заглянули за одну из створок ворот. Там стоял Меандр – собственной персоной с издевательской улыбкой на губах и обнажённым мечом в руке.

27

Мы все четверо окаменели от ужаса.

– Приветствую вас. Я – король Меандр, известный также как Безудельный король и король-скиталец. Но, впрочем, обойдёмся без церемоний. Можете обращаться ко мне просто – Меандр. С меня этого будет вполне довольно.

Он всех нас по очереди оглядел и стал на каждого направлять остриё своего меча. Замечу, кстати, что тяжёлый и длинный двуручный меч он держал в одной руке легко, как пушинку.

«Ну и силища у этого короля Безумца», – мелькнуло у меня в голове.

– Итак, – сказал он. – Кто из вас настоящий шут? – Остриё меча качнулось в сторону Одклея.

– Верно, сир. Это я, Одклей. Придворный шут. К вашим услугам.

Бедняга так и трясся от страха. Ещё бы, он не сомневался, что Безумец сейчас всех нас прикончит, начиная с него. Я, признаться, тоже сперва так подумал.

Но Меандр лишь небрежно ему кивнул, и остриё указало на Энтипи.

– А это... принцесса?

Она ничего ему не ответила. Смерила презрительным взглядом и надменно вскинула голову. Но тут, к немалому её удивлению, король-отец с мягким укором произнёс:

– К тебе обратился его величество Меандр, дитя моё. Пусть он властитель враждебной нам державы, ты тем не менее должна ответить ему подобающим образом.

Тогда принцесса смачно плюнула в Меандра. Плевок угодил на голенище его сапога.

«Вот и всё, теперь мы уж точно покойники», – подумал я и зажмурился от ужаса.

Но Меандр, представьте себе, в ответ на эту выходку девчонки громко расхохотался.

– Многие, – весело произнёс он, – позволили бы себе усомниться в том, что данный ответ её высочества является подобающим. И ещё чего доброго обиделись бы. Я же могу только одно на это сказать: молодец, принцесса. – Помолчав, он с едва сдерживаемым гневом прибавил: – Но попробуйте ещё разок это повторить, и ваша шея затоскует по хорошенькой головке.

Энтипи, не раздумывая, вытянула губы, чтобы снова в него плюнуть, и я поспешно зажал ей рот ладонью, по которой тотчас же потекла струйка слюны. Не помню, чтобы я когда-нибудь так порадовался тому, что не позабыл надеть перчатки.

– А ты, выходит, всё же Невпопад? – И Безудельный король так и прыснул со смеху. – Увы, бедняга Кореолис! Умереть, не отомстив своему обидчику... и вдобавок зная, что ты прав, а все, кто против тебя ополчился, заблуждаются... печальная участь. Тебе же, юноша, здорово повезло, что всё так обернулось. Ведь в подтверждение твоего вранья была дана даже страшная колдовская клятва. Просто уму непостижимо, как ты сумел этого добиться? Чем ты её так пронял, если не секрет?

– Не знаю, – честно ответил я.

– Её? – Энтипи сердито покосилась на меня, надув губы.

– Что бы это ни было, извлеки из происшедшего урок, юноша, умей и в дальнейшем пользоваться своей властью над этой особой и ей подобными. А если снова встретишь ту плетельщицу, нашу с тобой общую знакомую, в этой ли жизни или, быть может, в следующей, передай ей от меня поклон и наилучшие пожелания.

– Ей? – снова забеспокоилась Энтипи.

– Молчите, – прошипел я сквозь зубы.

Но Меандр уже переключил внимание на Рунсибела. Направив меч в сторону нашего монарха, он с небрежным кивком констатировал:

– А вы – Рунсибел Сильный.

– К вашим услугам, Меандр Безумный, – любезно произнёс наш король, ответив на поклон. На меч он даже не взглянул, а смотрел не отрываясь прямо в глаза Меандру. Интересно, что он там такое увидел?

– Большая честь для меня.

– Я польщён.

– Так это была ваша идея?

– Мой ответ будет зависеть от того, как вы намерены поступить с автором нашего плана, – глубокомысленно изрёк Рунсибел. – Если его ждёт смерть, то я отвечу: да, это я всё придумал.

Меандр, помолчав, повернулся ко мне:

– Затея недурна. Очень даже умно, Невпопад. Поздравляю.

Он так убеждённо это произнёс, что у меня просто язык не повернулся отрицать своё авторство. И я сказал, мысленно прощаясь с жизнью:

– Благодарю вас, сир. Лично мне эта схема с самого начала казалась почти невыполнимой. Вы мне льстите.

– О нет! – Меандр покачал головой. – Ты умеешь мыслить нетрадиционно, оригинально, твоё воображение не знает границ, Невпопад. Это может тебя далеко завести...

– Но только в том случае, – с робкой надеждой произнёс я, – если вы меня не собираетесь сию минуту убить.

Меандр протяжно вздохнул:

– Похоже, все просто помешались на убийствах. Только о них и говорят. Неужто нет других тем для бесед? Или, по-вашему, мир только этим и живёт? Убийствами?

– Хотелось бы надеяться, что это не так, – поспешно проговорил Рунсибел. – Я полагаю, что в душах людских должны преобладать иные, более достойные побуждения и светлые, утончённые чувства. И что красота, любовь и нежность – главные основы нашей жизни.

Я переводил взгляд с одного монарха на другого. Просто ушам своим не верил – так мирно они беседовали. Но где же скрывались скитальцы Меандра? Ведь наверняка они вернулись вместе с ним и хоронятся поблизости. Оглядевшись, я, к величайшему своему изумлению, не увидел на снегу следов множества ног. Только одна цепочка – отпечатки подошв сапог Безумного короля – вела от леса к форту. Я не знал, что и подумать...

– Утончённые чувства? – задумчиво

переспросил между тем Меандр и вперил в меня свой тяжёлый, потухший взор. – Любовь и нежность? Наверняка что-то подобное питала к тебе колдунья-плетельщица. Что скажешь, Невпопад? Ведь она из любви к тебе произнесла ложную клятву?

Энтипи всё заметней нервничала, слыша из уст короля-скитальца новые намёки на некую молодую особу, которая была ко мне неравнодушна. Надо было как-то выкручиваться из неловкого положения, в которое его величество меня поставил. Пожав плечами, я предположил:

– Скорей, она просто чувствовала себя обязанной мне. Я ведь когда-то спас ей жизнь. Крестьяне хотели сжечь её на костре.

Меандр покачал головой:

– Плетельщики никогда и никому не воздают добром за добро. Кроме своих собратьев по ремеслу. Считают, что простые смертные вроде нас с вами, – тут он мрачно усмехнулся, – и так все поголовно им обязаны. Таким образом, этим колдунам, выходит, свойственно себя переоценивать, как и всем прочим. Не исключая и тебя, юный оруженосец. Я не имею в виду данную ситуацию. Плетельщица явно от тебя без ума, что уж тут говорить... Представь, я тоже был когда-то молод...

– Ваше величество, при всём моём к вам...

Но Безумный король меня не слушал. Судя по выражению, которое появилось на его обезображенном шрамами лице, он мысленно перенёсся в далёкое-далёкое время, в места, отстоявшие от форта Терракота на многие тысячи миль.

– Хотите, я вас попотчую одной историей? Которая... которую я слыхал во времена моей молодости.

Энтипи, повернувшись ко мне, сердито приказала:

– Оруженосец! Немедленно подайте мне ваш меч! Я брошусь грудью на его остриё, чтобы быстрей покончить с этой пыткой!

– Помолчи, Энтипи, – сердито произнёс Рунсибел.

– Однажды давным-давно...

– Милосердные боги! – простонала Энтипи, но суровый взгляд отца заставил её умолкнуть.

– ... жил-был король, – продолжил Меандр. – Не самый мудрый из всех земных властителей и не самый храбрый из них. Зато самый хладнокровный, ведь он владел самым холодным королевством на планете. В его земли, скованные снегом и льдом, никогда не заглядывало солнце, оно попросту не знало туда дороги.

В самом сердце Холодных земель, принадлежавших нашему королю, стоял огромный Ледяной дворец. Король жил в нём со своими приближёнными. Он был безучастен ко всему, что его окружало, никогда не улыбался, никогда не хмурился, никогда не проявлял интереса ни к чему на свете. По целым дням сидел он на своём ледяном троне, застыв в неподвижности, как статуя, высеченная из льда, и глядел в пустоту остановившимся взором. Придворные, проходя мимо, ускоряли шаги и поглядывали на него с испугом, не зная, жив ли он ещё или уже умер, замёрзнув насмерть. Даже дыхание короля не превращалось в пар в студёном воздухе дворца, вот какими холодными были его могучее сердце и всё его тело. Лишь изредка, если ему случалось моргнуть, приближённые осторожно кивали друг другу, заметив движение его заиндевелых ресниц, единственное свидетельство того, что земное существование короля продолжалось. В некоторых кругах его иначе и не называли, кроме как Старый Дедушка Холод или просто Дедушка Хол, хотя король был вовсе не стар. Вперив свой взгляд в пустоту, Старый Дедушка Хол тщетно пытался хоть что-нибудь там увидеть. Он понимал, что в жизни ему чего-то недостаёт, но никак не мог решить, чего именно.

Но однажды, в холодный и ветреный день – а иных в его королевстве не случалось, – он наконец отыскал именно то, что давно уже жаждал обрести.

Её звали Тия. Она была звездой северного края, но, если Старого Дедушку Хола можно было уподобить ледяной глыбе, то Тия являла собой бриллиант чистейшей воды, в гранях которого искрится и переливается сказочный свет, жар тысячи солнц взамен одного, которое никогда не появлялось в холодном королевстве. И король холода наслаждался этим жаром своей избранницы, вбирал в себя лучи, которые лились во все стороны с каждой из бесчисленных граней этого алмаза, – без всякой боязни растаять.

И подданные короля горячо полюбили его супругу, ставшую самой яркой звездой их угрюмого северного неба. Им по душе было то, как благотворно повлияла юная Тия на характер и манеры их Старого Дедушки Хола. Теперь с его замёрзшего лица не сходила весёлая улыбка. И хотя в королевстве по-прежнему царила стужа, на душе у короля сделалось тепло. Он наконец нашёл то, что так долго искал. Он одарил супругу своей самой горячей любовью. Он сделал её полновластной хозяйкой своих владений. А ещё он преподнёс ей удивительно красивый, изящный кинжал, который передавался в его семье из поколения в поколение. Сделанный из тончайшей стали, лёгкий и почти прозрачный, он был также необыкновенно острым. Кинжал даже название имел – Льдинка. Королева Тия приняла его с благодарностью и всегда держала при себе.

Однажды Старый Дедушка Хол вышел на галерею своего Ледяного дворца и сказал своим подданным:

– У меня теперь есть всё, о чём только может мечтать смертный! Я всемогущ! Я владею огромным северным краем! Я силён как никто, непобедим и неуязвим!

Произнеся это, король совершил страшную, непоправимую ошибку. Никому нельзя хвалиться своим могуществом, превозносить себя в присутствии злобных и мстительных северных божеств, которые слышат любое слово, произносимое под угрюмым северным небом. Боги эти обозлились на короля и решили с ним разделаться. Поставить его на место. Чтобы он раз и навсегда узнал, кто настоящие хозяева Холодного Севера.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать