Жанр: Фэнтези » Питер Дэвид » Сэр Невпопад из Ниоткуда (страница 93)


С каждой секундой я себя чувствовал всё более неуютно. Дело в том, что некоторые животные в упор уставились не на принцессу, а на меня. Во всяком случае, мне так казалось. Я в который уже раз вспомнил слова Тэсита о том, что его вырастили единороги. Что, если он говорил правду? Что, если это те самые единороги? Если один из них кормил его своей грудью? А вдруг они каким-то образом узнали, как я обошёлся с их воспитанником, моим бывшим другом?

Я чувствовал на себе пристальные взгляды множества голубых проницательных глаз и пытался выбросить из головы мысли о Тэсите, о моём нападении на него... Но картины той расправы, что я над ним учинил, назойливо всплывали перед глазами одна за другой... Могут ли единороги читать мысли? Способны ли они уловить страх и вражду, испытываемые другими? Я мало что знал об этих легендарных существах. И не мог исключать, что они вполне способны на это и на многое другое.

– Энтипи, – негромко произнёс я, не сводя глаз с насторожившихся животных, – опомнитесь! Это вам не представление передвижного цирка, перед нами дикие животные, живущие на лоне природы. Мы нарушили границы их территории, мы не контролируем ситуацию, а она может принять неожиданный оборот, и это повлечёт самые неприятные последствия для нашего с вами здоровья.

Но принцесса осталась глуха к моим мольбам. Я в сердцах подумал, что меня бы вполне устроило, если б один из единорогов сию же минуту проткнул её своим рогом и на этом завершилась бы вся дурацкая история.

Потому как худшей пытки, чем это ожидание чего-то ужасного, предчувствие беды, трудно было и придумать. Но вот она очутилась совсем близко от белоснежного красавца, которому намеревалась оказать сомнительную честь – превратить его в свою верховую лошадь и доскакать на нём до форта Терракота. Рогатый конёк даже ухом не повёл. Да и с чего бы ему беспокоиться? Вокруг него тесными рядами стояли товарищи, готовые в случае чего прийти на помощь... Для расправы с единственной безоружной девицей сил у стада более чем достаточно. Белый единорог прекрасно это понимал. Энтипи продолжала произносить своё дурацкое «чак-чак», что уподобляло её какой-то нелепой гигантской курице. А ещё она сладким голосом бормотала: «Хороший ты мой, красавец, ну до чего же у нас рог замечательный», – и прочие подобные глупости.

И вдруг, умолкнув на полуслове, она вцепилась в гриву рогатого пони и с необыкновенной ловкостью подбросила вверх своё стройное тело. Секунда – и она уже сидела верхом на единороге. Сжав его бока коленями, она с торжеством взглянула на меня и успела крикнуть: «Ну что, видали?» – прежде чем он стремительным и резким движением подбросил её высоко в воздух.

Мне не стоило торопиться ей на помощь. Право же, надо было предоставить ей грохнуться на землю со всего размаху. Может, это хоть чему-то её научило бы. Например, прежде чем совершать поступки, взвешивать их последствия. Но я как последний идиот рванулся к ней и попытался поймать на лету. В результате мы оба рухнули на землю, и принцесса в падении здорово зашибла мне грудь, уж и не знаю, какой именно частью своего тела. Я ощупал рёбра, убедился, что ни одно не сломано, и облегчённо вздохнул. Всё могло закончиться и хуже.

– Я невредима! Цела и невредима, – сообщила Энтипи, поднимаясь на ноги.

– А мне что за дело? – сердито засопел я, с трудом оторвав от земли голову и усаживаясь на корточки. – Вы себя повели просто по-идиотски! А я ведь предупреждал, что этим всё и кончится!

– Я – принцесса! – высокомерно заявила она. – И делать могу всё, что пожелаю.

– Если желания ваши сводятся к тому, чтобы шею себе сломать, то вы близки к их осуществлению, как никогда прежде. Возможно, вам бы это уже удалось, если б я не ринулся вас ловить.

Энтипи, взглянув на меня с нежной задумчивостью, быстро опустилась на колени. Лицо её осветила улыбка.

– Да, всё так и было. Вы снова меня спасли. До чего же здорово!

От запаха сирени у меня снова началось лёгкое головокружение. Я подумал, интересно, Энтипи он тоже кажется слишком густым и терпким или она его вовсе не замечает? Но тут она вдруг обняла меня за шею и, притянув к себе, поцеловала в губы. Я не мог противиться искушению и ответил на её поцелуй со всей страстью, на какую был способен. Я её крепко обнял, и меня буквально захлестнуло чувство восторга, счастья, какого я прежде не испытывал. В этот миг я позабыл, что она непредсказуема, что с ней надо постоянно быть начеку, что сближение с принцессой крови может закончиться для меня плачевно... Словом, доводы рассудка были мной отброшены... Их полностью вытеснили новые ощущения. Где-то в глубине души у меня росло и крепло убеждение, что в этом жестоком и циничном мире я встретил свою судьбу, прелестную девушку, в которой воплощено всё то, чего мне так недоставало. Обрёл то необходимое дополнение к себе самому, без которого моя жизнь была бы пустой и тоскливой, тягостной и беспросветной... И всё это сотворил со мной один-единственный поцелуй...

Единорог снова заржал, но теперь звуки, вырвавшиеся из его глотки, уже не показались мне мелодичными. В голосе зверя звучала угроза. Более того, этому звуку принялось вторить всё стадо.

Мы с Энтипи, отпрянув друг от друга, с недоумением воззрились на животных. Теперь я затруднился бы узнать того из единорогов, которого принцесса сдуру пыталась приручить: сомкнув ряды, все они надвигались на нас единым фронтом. Со всех сторон в шеренгу вливались всё новые и новые особи. Хвосты их больше не покачивались из стороны в сторону, как было прежде, теперь животные напряжённо

вытянули их параллельно спинам или опустили вниз. Кисточки на кончиках подрагивали, что могло свидетельствовать лишь об одном – единороги распалились лютой злобой, все до одного.

«О господи, – с ужасом подумал я. – Они знают! Знают, что я сделал с их Тэситом! Знают, что я не должен тут находиться!»

Ведь единороги – животные волшебные. Кому как не им ведать о том, что назначено судьбой нам, простым смертным. Кому как не им служить исполнителями повелений фортуны? И вот перед ними я, Невпопад, нахально занявший место их приёмного сына, подлинного героя повествования, и явившийся нагло похвастаться своим краденым триумфом. Неудивительно, что они встретили моё появление без всякого восторга.

Но Энтипи ничего этого не знала.

– Это всего лишь поцелуй, слышите, вы, рогатые ханжи! – напустилась она на единорогов, вставая с земли и отряхивая колени. – Он меня спас! Он... – Воодушевлённая собственными словами, она порывисто схватила меня за руку. – Он – мой герой!

Ответом ей был душераздирающий злобный вопль, исторгшийся из глоток всех единорогов, которые находились в ложбине. Такого жуткого звука я отродясь не слышал и надеюсь не услыхать никогда впредь. Звери начали надвигаться на нас подобно гигантской белоснежной волне. Я в отчаянии взглянул в ту сторону, откуда мы с Энтипи пришли, но путь назад был отрезан – всё бесчисленное стадо двигалось на нас именно оттуда. Мы с принцессой сделались центром недоброжелательного внимания нескольких сотен легендарных животных.

Спиной я ощутил порыв холодного ветра и оглянулся в надежде на спасение. За долиной простиралась гористая местность, земля, лишённая растительности. Для единорогов она, разумеется, не представляла интереса, и тропа, которая туда вела, осталась, к счастью, свободной для прохода. Окажись мы с Энтипи со всех сторон окружены этими разъярёнными рогатыми пони, и нам оставалось бы только молиться. Хотя и теперь я не стал бы переоценивать наши шансы на спасение.

Однако попробовать улизнуть от злобной стаи всё же стоило. Даже Энтипи вполне осознала степень угрозы, нависшей над нами. Голубые глаза единорогов, казавшиеся такими безмятежно-прекрасными, пока они мирно паслись на поляне, теперь буквально прожигали нас насквозь, столько в них было ненависти, такой жаждой мести они горели. Принцесса перепугалась не на шутку. Я с трудом удержался, чтобы не напомнить ей слова, которые она произнесла несколько минут назад, – о том, какой величественной представлялась ей смерть под копытами этих сказочных существ. Побьюсь об заклад, теперь она больше так не думала...

– Похоже... нам пора удалиться. – Эти слова она прошептала побелевшими от страха губами.

Я как раз начал осторожно пятиться назад, не сводя глаз с единорогов.

– Полностью разделяю ваше мнение. Итак, на счёт три...

– Нет! – уверенно возразила она. – Бежать ни в коем случае нельзя!

Она обхватила меня рукой за талию. Это движение не ускользнуло от взглядов передней шеренги единорогов и ещё пуще их разозлило. Они даже начали рыть землю копытами.

– По-моему, они требуют, чтобы мы поскорей отсюда убрались, – предположил я.

– Я в одной книжке читала, что нельзя спасаться бегством от бессмертных существ. Этим их можно разозлить настолько, что они пустятся в погоню. И наверняка настигнут...

– Вот уж не знаю, что у них на уме и удастся ли нам, с какой бы скоростью мы ни удалялись, избежать погони.

– Всё же попробуем... уйти с достоинством. – Набрав полную грудь воздуха, Энтипи медленно повернулась спиной к стаду и направилась к горной тропе неторопливым, размеренным шагом. Лично для меня куда предпочтительней было припустить во все лопатки, но не мог же я обогнать принцессу и умчаться восвояси, бросив её одну. К тому же не знаю, далеко ли я смог бы продвинуться при своей хромоте.

Поэтому я в точности повторил её манёвр, и вскоре мы неспешно зашагали рядом, бок о бок. Единороги остались позади. Впереди виднелась горная тропа, путь к которой был свободен. Стадо по-прежнему не делало попыток перекрыть его. Вместо этого оно лишило нас возможности вернуться к дороге, по которой мы ехали, прежде чем очутиться здесь, к лошадям, к нехитрым нашим пожиткам, притороченным к сёдлам. Горная тропа, к которой мы направлялись, казалась довольно крутой и опасной. Кто знает, куда она нас приведёт? Но проклятые мифические недомерки-пони не оставили нам никакого выбора.

«Лишь бы от них уйти живыми и невредимыми, – думал я. – А там можно и выбраться на прежнюю дорогу, сделав крюк, обогнув единорожье пастбище».

Карта, к счастью, осталась при мне, так что мы в любом случае не заблудимся.

Мы с Энтипи уходили всё дальше от негостеприимных лошадок, спиной чувствуя их свирепые взгляды. Нас бесконечно радовало, что они по крайней мере не пытались пуститься за нами вдогонку. Я в душе даже упрекнул себя в том, что дал волю своему не в меру разыгравшемуся воображению и допустил, что эти бессловесные твари умеют читать мысли и улавливать настроения людей. Что за абсурдная идея, в самом деле! Животные, мифические они или нет, – всего лишь безмозглые, примитивные существа!



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать