Жанр: Научная Фантастика » Владимир Немцов » Семь цветов радуги (страница 51)


Ольга смотрела вдоль улицы, все ей казалось, как в тумане. Она провела рукой по глазам и с удивлением заметила, что ресницы ее были мокрыми.

* * * * * * * * * *

Стеша выходила из клуба почти последней. Ей не хотелось снимать звонко шуршащее платье. Она готова была снова и снова повторять слова своей роли. Как жаль, что Пушкин написал такую маленькую драму! Уже все разъехались, разошлись по домам, и донна Анна может одна пройти улицами уснувшей деревни.

"Ну и луна! - Стеша подняла голову. - Может, такие лампы когда-нибудь повиснут над нашими полями. Чудеса, а не жизнь".

Она вынула из рукава маленькое зеркальце и посмотрелась в него. Еще темнели под глазами пятна плохо стертого грима, блестели от вазелина щеки, но что самое обидное - у донны Анны стали видны веснушки. На сцене они были тщательно запудрены.

Стеша смешливо нахмурилась так, что на переносице показались тонкие морщинки, и озорно, по-мальчишечьи прищелкнула языком: "Ничего, проживу и конопатенькой".

Она не заметила, что за ней наблюдает Фрося. Откинув назад белую шляпку, девушка поджидала подругу. Убедившись, что Стеша перестала собой любоваться, Фрося подошла к ней и, вздохнув, сказала:

- Гляжу я на тебя, и зависть меня берет. До чего ж ты завлекательная, Стешка! - Она тронула ее за рукав, пощупала, каков атлас, и продолжала: - Иной раз поглядишь на Антошечкину, девка как девка - ничего особенного. Курносая, скуластая. Хоть бы кудри или косы настоящие были, как у иных девчат: ну, скажем, у Нюры Самохваловой, а то ведь так - видимость одна...

- У самой и таких нет. Каждый день кудри навиваешь, - не выдержала Стеша. - Чего тебе мои косы дались!

- Да я не про то, - Фрося поморщилась и невольно поправила мелкие колечки на лбу. - Глядела я на тебя сегодня и диву давалась! Девчонка наша, полянская, а ведь вон как представляет, даже мне плакать хотелось. Когда ты там говоришь: "Слезы с улыбкою мешаю, как апрель", - до чего горестно становится... Успокаиваю я себя: "Не верь ей. Это Стешка-тараторка, ни в жизнь она никогда не заплачет, она только зубы умеет скалить, вроде меня..."

Стеша недовольно повела бровью.

- А вот и нет, - продолжала Фрося, скорбно смотря на подругу. - Ничего не получается, вижу я одну эту Анну, и больше никого.

Антошечкина улыбнулась. Вот такая критика ей по нраву, особенно от подруги.

Девушки шли рядом. Стеша шагала медленно, придерживая шлейф тяжелого платья. Она уже пожалела, что не переоделась. И как эти "донны" стопудовые юбки носили? На сцене ходишь два шага вперед, два шага назад и никакой тяжести не чувствуешь, а по улице в таком наряде совсем невозможно идти.

"Через плетень не перескочишь", - с усмешкой подумала Стеша, вспомнив свои проделки. Она не хуже любого мальчишки могла перепрыгнуть через изгородь, конечно, если никто не видит.

В тени домов, где сейчас шли девушки, было темно, но все же Стеша каждый раз прижималась к изгороди, заметив впереди блестящие спицы велосипеда.

Она не хотела, чтобы ее увидал кто-либо из ребят. Скажет: "Форсит наша Антошечкина. До утра хвостом пыль подметала".

Фрося вытащила из платочка горстку подсолнухов и протянула их подруге:

- Хочешь?

По привычке Стеша потянулась за ними, но тут же почувствовала, что грызть семечки в таком платье как-то странно. Донна Анна, наверное, этого никогда не делала.

- Подожду, - улыбнувшись этой мысли, сказала Стеша. - Скоро только одни грецкие орехи будем грызть, а ты мне семечки суешь. Не видала я их, добро такое!

- Насчет орехов тебе Шульгина рассказывала?

- Рассказывала, - с обидой в голосе передразнила Стеша. - Я вместе с ней работаю. У нас уже саженцы ореховые есть. Около бугра с нашей стороны, знаешь, целую рощу разведем. Орехов будет, хоть завались.

- Боюсь, зубы поломаешь, орешек твердый! - хитро прищурившись, сказала Фрося. - Небось, это не подсолнух, - ткнул его в землю, а он и вырос. Дело неизвестное, новое, пока справишься - наплачешься досыта. - А ты у себя в коровнике не ревела прошлый год, когда твоя Зойка захворала? Так что нам, подружка, не привыкать! Будут у нас эти "греческие орехи". Помнишь, зимой к нам профессор приезжал?

- Ну как же.

- Рассказывал про них. Нет, мол, ничего полезнее таких орехов. "Пусть, говорит, - ваши ребятишки в школу на завтрак их берут. Десяток съел - вкусно и здорово". - Стеша проглотила слюну. - Я и сама не прочь их погрызть. Как-то в сельмаг привозили. Мать приходит домой, а меня из-за скорлупы не видать. Вот такая гора, - показала она, - на столе выросла.

Стеша увлеклась. Она бросила свой шлейф и широко размахивала руками. За ней клубилось облачко известковой пыли. Пышные кружева на оборках широкой юбки заметали следы тонких каблучков донны Анны.

Если бы кто-нибудь из приезжих встретил девушку в этом костюме на колхозной улице, то был бы немало удивлен. Печальная донна Анна словно родилась вновь и сейчас рассказывала об орехах.

- Представляешь, Фроська, что за ореховая роща у нас вырастет? Такие толстые деревья, вдвоем не обхватишь. Идем это мы с тобой, а сверху орехи падают, да не маленькие, а вот, - сжала она руку в кулак.

- Спасибочки, - усмехнулась Фрося, и ее кудряшки весело задрожали. - Ходи сама, только не со мной.

- А что?

- Такой орех как по голове треснет, всю память отшибет.

Подруги смеялись. Фрося то затихала, то снова тоненько взвизгивала, будто ее щекотали.

Медленно вращая

педали, проехал "Каменный гость". Девушки притаились у изгороди.

- Нет, а если по серьезному, - сказала Стеша, когда Буровлев скрылся за поворотом. - Чего ты со своими коровами день и ночь возишься? Я поговорю с Ольгушкой, мы тебя в ОКБ примем. До чего ж интересно! Будешь крыжовником заниматься. У нас уже есть! Знаешь, какой крупный? Вроде ореха грецкого.

- Такой? - спросила Фрося, показав кулачок.

- Чуть помельче. - Стеша сказала это вполне серьезно, но не выдержала и, улыбнувшись, добавила: - Приходи, увидишь.

- Нет, Стешка. Не пойду я к вам. Хочется мне у себя на ферме такое сделать... Такое, - повторила Фрося, - чтоб и не снилось никому. Слыхала я, что в Америке была одна сильно знаменитая корова. Она два года подряд по пятнадцати тысяч литров молока давала. Памятник ей поставили американцы.

- Ишь ты, - Стеша сморщила нос и недовольным взглядом проводила еще одного запоздавшего велосипедиста, - какой у них почет коровам-то.

- Это одной повезло, а остальных они таскают арканами за шею. Сережка рассказывал. Но не в том дело, пусть как хотят, так и таскают. Вот у нас в одном совхозе есть корова Послушница 2-я. Так она несколько лет подряд дает больше шестнадцати тысяч литров в год.

- Памятника не поставили?

- Вот еще придумала, - недовольно заметила Фрося, - корова тут ни при чем, дело в коровнице.

Стеша приподняла шлейф, подпрыгнула на одной ножке и негромко запела:

Ах, подружка моя,

Что ты так невесела?

Коровушку подоила,

Сразу нос повесила.

Она оглянулась на темные окна домов и, словно спохватившись, зажала себе рот рукой.

- Ну, а если по правде, - спросила Стеша, стараясь смягчить свою шутку, как ты прикидываешь, твоей Зойке далеко до Послушницы?

- И не спрашивай, - махнула рукой подруга. - Да если бы она у меня одна была, другие за ней и не тянутся. - Фрося сорвала с головы нарядную шляпку и стала ею обмахиваться, словно ей было жарко. - Лабораторию нам надо на ферму. Ведь мы боремся за каждый процент жирности молока.

Антошечкина молча опустила голову и вдруг заметила, что ее длинное платье волочится по земле. Быстро подхватив свой шлейф, Стеша со вздохом сказала;

- Тут тоже надо что-то придумывать. Соберем ОКБ. Вот только воду найдем.

Они шли молча, и каждая думала об одном и том же. Пора, ой, как пора взяться нашим комсомольцам за "второй цех", как часто они называли колхозные фермы. Сережкин магнитоуловитель и реостат в курятнике пока еще ничего не значат.

Неподалеку от Стешиного дома девушки встретили "длинного москвича". Он шел по другой стороне улицы и что-то бормотал себе под нос.

"Наверное, стихи читает", - решила Стеша.

Шелестя шинами, мимо проехали двое влюбленных. Они держались за руки и молчали.

Театральный разъезд заканчивался.

* * * * * * * * * *

У маленькой витрины книжного магазина, недавно организованного в Девичьей поляне, стоял Сергей Тетеркин. Он облокотился на свежевыкрашенные перила и разглядывал книги.

Книги в витрине разные: по агротехнике, по животноводству, романы и повести, стихи. Вон на самом верху - пушкинские сборники. Блестят в свете луны золотые буквы на переплетах. Вон - Маяковский. Но где, в каких книгах прочитает Сергей-пастушок о том, как разгадывать непонятные записки?

Он еще перед спектаклем рассказал Ольге о своих предположениях. Шульгина все-таки считает, что бутылка послана какой-нибудь специальной гидрологической экспедицией, но, конечно, не у берегов Америки.

Сергей хмурился, сдвигал свои колючие брови и не хотел идти домой. Разве до сна ему!

В правой стороне витрины он тщетно пытался прочесть заголовок книги. Книга лежала в тени, только первые буквы названия четко выделялись на светлом переплете:

"Поис... - читал Сергей, и ему определенно казалось, что дальше должны быть две буквы "ки". - Обязательно в этой книге говорится о поисках. Чего? Подземных рек или каких-нибудь минералов?"

"Нечего разгадывать ребусы, - подумал он. - Скоро луна осветит весь переплет. Нужно только подождать каких-нибудь полчаса".

И Сережка ждал, потому что в эту ночь все равно не уснешь!

Тень медленно уплывала в сторону, словно с витрины незаметно стаскивали черное сукно. Появилась новая буква - "к".

Вот если бы так же легко разгадывалась "тайна" записки!

Может быть, только в этот момент невероятным показалось Сергею новое обстоятельство. Зачем нужно было запечатывать в бутылку одну часть разорванной записки? Он вынул из кармана этот загадочный клочок бумаги и снова - в который раз! - пытался проникнуть в тайну цифр и латинских букв.

Где-то совсем рядом послышалось жалобное мяукание. Сергей тревожно огляделся. Вероятно, кто другой и не обратил бы внимания на такой пустяк. Подумаешь, кошка! Но нет, у пастушка совсем иные принципы. Кошка - животное, к тому же млекопитающее, как говорится в книгах. Животное полезное, состоит на постоянной службе у человека, и если оно жалуется, то, видно, у него есть к тому серьезные причины.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать