Жанр: Современная Проза » Анатолий Иванов » Повитель (страница 54)


Несколько дней спустя, когда Аниска копалась на огороде, достал кадку, разбил ее, а обломки сжег в печке.

Глава третья

1

Пожар причинил много вреда локтинской артели. Дотла сгорели два амбара, общественный коровник вместе со скотом, конюшня, дома Андрея Веселова, Тихона Ракитина и еще некоторых колхозников.

— Теперь — труба колхозу, — сказал однажды Григорий Аниске, когда они поехали на луг сметывать в стога накошенное сено. — Куда они без скота?! Люди после пожара сыпют из колхоза, как горох из порванного мешка. Может, бог даст, на будущий год и запашем опять свои земли…

— Зеркалов, говорят, поджег-то…

— Ишь ты, все знаешь! Может, сама видела?

— Не видела… Ты ведь бегал на пожар, не я…

Григорий бросил на нее тревожный взгляд. Но жена спокойно лежала позади него в телеге, высматривая что-то в безоблачном небе. Сказала она это, очевидно, просто так.

— И еще говорят: Андрей стрелял в Зеркалова, ранил его смертельно, — продолжала Аниска.

— Ага, все подробности людям известны, — насмешливо буркнул Григорий.

— Ну, да… Федот Артюхин звонит по селу… Говорит, значит: теперь бояться нечего. Андрей Терешке Зеркалову всадил пулю в самое пузо. Уполз он в лес, да и подох там…

— Ну! И верят ему люди?

— А как же… Верь не верь, но ведь затихло после того… А по деревням, сказывают, поарестовали многих, что вместе с Терентием… — начала было Аниска, но Григорий перебил ее, сказал упрямо, со злостью:

— Федот — дурак. Агитатор с него за колхоз — такой же. Кто его слушать будет…

И примерно через час, когда Аниска давно забыла об этом разговоре, Григорий еще раз вдруг заявил:

— Теперь за колхоз агитируй не агитируй — все зря!

А еще через некоторое время проговорил угрожающе:

— Ты, вижу, брехню всякую слушаешь, трешься черт знает меж кого. С теперешнего дня чтоб из дому ни шагу, потому нечего… Послушаешь еще у меня Федота или кого… на себя пеняй.

Однако колхоз не развалился. В тот же год, еще до снега, отстроили новый скотный двор. Сам Веселов с утра до вечера таскал сырые желтоватые сосновые бревна, показывая пример остальным. Потом уже зимой начали артелью строить дома погоревшим колхозникам. К февралю у всех, кроме председателя, было новое жилье. Первым делом в нем клали печи, а затем уж штукатурили изнутри и белили. Покраску полов оставляли на лето.

Потом быстро, в несколько дней, построили дом и Веселову.

— Смотри-ка! Будто из-под земли избы вырастают! — изумленно покачивал головой Игнат Исаев.

— Миром-то дом поставить — нагнуться да выпрямиться… — рассуждал Кузьма Разинкин. — Чего же тут хитрого? Это в

одиночку когда строишься — все жилы надорвешь, потом захлебнешься…

Иные уже поговаривали так:

— А может, оно и вообще в колхозе…

— Чего, чего?

— Ну, как с домами… На своей полосе-то я день и ночь гнусь. А в артели — работа спорей и гулять веселей.

— Так иди, записывайся к Веселову, чем язык трепать при людях.

— Ишь ты, скорый какой. Тут все-таки поразмыслить надо…

И люди размышляли. А поразмыслив, по одному вступали в колхоз.

Григорий настороженно прислушивался к таким разговорам, иногда отваживался вставить: «В колхозе — кто смел, тот два съел. А коль робок да неудал — и одного не достал…» Или: «Из общей колоды свиньи жрут только. Попотел на полосе, зато все, что бог дал, — твое…»

Но Григория почему-то даже единоличники не слушали, поддерживали разговор с ним неохотно и старались как можно быстрей разойтись.

Весной Григорий понял, что напрасно мечтал о бывших своих землях. И по мере того как подсыхали пашни, Бородин мрачнел.

— Черт, ведь опять на камнях сеять придется! Хоть бы лошаденку еще одну — все побольше расковырял бы… Дернуло меня продать коня, про раскулачивание не слышно что-то. Постращали только разговорами.

Поехал по окрестным деревням присмотреть коня, избегая на всякий случай того села, где встретился с Зеркаловым. Знал: купить сейчас лошадь — дело трудное. Разве только у какого-нибудь конокрада. И, осторожно выпытывая у мужиков-единоличников, нашел, кого искал. Но конокрад заломил такую цену, что у Григория екнуло в животе.

Он еще поездил по селам, но безуспешно. Снова отыскал прежнего конокрада.

— Конь-то хоть издалека?

— Может, сблизи… Главное, хозяин уже не объявится.

— Как?

— Он путешествовать уехал, — усмехнулся конокрад.

Еще поколебавшись, Бородин решился. Но тут его ждал новый удар.

Конокрад, взяв пачку денег, полученную когда-то Григорием от Зеркалова, послюнявил толстый палец и начал пересчитывать. Потом вдруг выхватил из пачки одну бумажку, посмотрел на свет… Вытащил вторую, третью… И бросил все деньги прямо в лицо Григорию со словами:

— Поищи дураков в другом месте.

— Ты… ты чего?

— Фальшивые деньги… С ними в нужник разве. Да и то… жесткие больно. А конь хоть краденый, да настоящий… Понял?

Случись сейчас чудо, появись Зеркалов — Бородин обрадовался бы. Принародно, не остерегаясь людей, Григорий схватил бы его намертво за горло, как Лопатина когда-то.

Снова пришлось Бородину пахать, сеять, косить и молотить на одной лошаденке.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать