Жанр: Научная Фантастика » Николай Нагорнов » Вечная Любовь (страница 14)


Просто пройти по этой аллее мимо старых тополей.

А люди идут мимо, как всегда, мимо. Вечно мимо. И никто из них не видит и не увидит, что я уже не я. Да и не обязаны они видеть.

И каждый из них мог бы сказать теперь:

"Ты же сам рвался к свободе от всех и ото всего. Вот и неси теперь свой крест. Крест свободы".

Странно, вот уже и ее дверь, словно прямо с аллеи сюда попал...

Ты подбегаешь к двери на мой стук, спрашиваешь: "Кто?"

- Значит, операция... А ты? Ты же все знала...

- Да в чем дело? Объясни мне...

- Это ты мне объясни... Как можно было так складно врать...

- Андрей, я ничего не знаю...

- Как это - жить в одной комнате и ничего не знать? Вот и цена всем твоим рассуждениям о любви к людям - жить в этих абстракциях и даже не видеть, что человек рядом, может быть, погибает...

- А что мне надо было знать? Мы живем с ней всего неделю, и не такой она человек, чтобы всем все рассказывать, да и мне не все интересно... Так что с ней, в конце-то концов?!

- Увезли ее вчера не в хирургию, Наташа, не в хирургию... Да что я тебе говорю. Вот все ваше человеколюбие, весь ваш прославленный гуманизм - скрыть правду, чтобы все было благопристойно...

- Поверь мне, я ничего...

Подойти к столу, сжать в руках бутоны принесенных мною же роз.

- Когда я ей целовал руку, она стояла передо мной после того, как с другим... с другим...

Так вот же яблоко! На что же смотрю сейчас? Поль Бельский! "Змей дал мне, и я ела"! "Отныне проклята Земля за тебя"!

Найти его немедленно! И уж там все ясно станет!

И что теперь меня силой удерживать?

- Подожди! Куда ты собрался, куда так рванулся? Будь мужчиной! Ты сломаешь жизнь ей, ему, себе! А дальше что?! Ты что, исправишь этим Бельского? Пока ты будешь сидеть в лагере, он с другими девочками... Да и она уже не ребенок.

- Но зачем она начала со мной все это? Скажи, зачем?

- Да откуда мне знать... Может, просто женское самолюбие: "Посмотрите, в меня влюбляются все!"

- И всего-то навсего? Такого не может быть. А Поль? Только не говори, что ты с ним знакома со вчерашнего дня!

- Он помешан на идеях силы и свободы, и потому для него супружество - это рабство. Я видела их вместе еще с первого курса. Они давно уже могли бы стать мужем и женой, но вместо этого...

- Он обманул ее? Он обманул ее... Она звонила ему когда-нибудь?

- Не знаю...

Что же ты испугалась? Какие вы наивные, какие же вы все наивные...

Все. Пора. Домой, и - к телефону. Справочная даст номер ин-яза, отдела кадров, где известны все адреса и телефоны всех студентов, а остальное уже дело получаса.

Пусть он мне на все и ответит! Вот и выход! А уж там... Больше терять нечего, уже все потеряно.

- Вернись! - кричишь следом из раскрытой двери.

Как бы ты теперь ни звала назад, уже поздно.

И снова старые тополя стоят вдоль проспекта, как десять лет назад, как двадцать лет назад, словно ничего не изменилось...

Город и небо. Звезд не видно, еще только полдень.

И та же земля заметна из-под тающего снега...

Но уже не та.

Глава 13

Радиократия

Нет, верить нельзя никому, ни в чем, никогда... Уж если такие, как Вы... как ты, в конце-то концов... Как же ты могла... женщина из мира Свободы... вот она, Свобода, вот она, эта обратная сторона медали... И как же можно было так обольститься, так обмануть самого себя?!..

Ведь с первого же взгляда было ясно - не мне в том мире место, не мне... Там поли бельские царят, там все иначе, там... совершенно непонятно что! и мне ли было надеяться... на что - надеяться? Стать равным - Вам? Стать равным Элен? Стать равным - этому неведомому Полю Бельскому, который все там решает?

Да и что, впрочем, - "не верить никому"? Когда так обманулся, так обольстился - и кто? Математик, логик, программист... "Я счастье дать хотел всему земному шару, а дать его не смог одной живой душе..."

Так неужели цена логике грош? И разуму? И свободе? И искусству, и всему, всему прочему...

"Нет правды на земле. Но правды нет и выше. Мне

это так

ясно

как простая

гамма..."

Видимо, это ты и понял, это и знал, премудрый Сальери... А тебя все привыкли осуждать, обвинять... В чем? В том, что ты Моцарта отравил? Да причем здесь Моцарт... Когда в мире правды нет, истины нет, когда удержаться не за что - твой собственный разум тебя обманывает, твое же сердце тебя обманывает, и наука, и искусство - обманывает все.

И дальше жить в этом мире? И делать вид, будто все так и должно всегда быть на земле? И все это в порядке вещей? И смириться с тем, что разум бессилен? Не мой лишь только разум - если б только мой... А вообще человеческий разум, такой, как есть?

Нет, прекратить это все... И без всяких эмоций. Чисто логически.

А Вы... Вас я ни в чем не виню... Что я знаю о Вашей жизни, и какое право имею... Живите и будьте счастливы.

Но Поль Бельский... Любимых женщин на такие операции не отправляют. Тем более, любящие мужчины.

Итак, вначале остановить программу.

В компьютере это называется - просто обнулить байт.

Просто остановка главного процессора, main processor:

0010 BEGIN * Начало *

0020 RESET * Перезапуск *

0030 END * Конец *

В квартире висит тишина.

Несколько мгновений неподвижны.

Только старые настенные часы отбивают секунды, что уходят и уходят, отсчитывая теперь время с новой точки, с той недавней минуты, когда Бабушка сказала, наконец-то все до конца.

Привык называть ее просто Бабушкой, княгиню Мещерскую...

Может быть, к психотерапевтам пойти? "Здравствуйте, я специалист по продажным девкам империализма и

лже-наукам законспирированный князь Мещерский. Меня завербовали, чтобы я вырыл подземный ход от милитаристской Японии до капиталистической Англии...".

А что они сделают... Кого лечить-то нужно? Меня или... идеологов "развитого социализма"...

Но... как же жить теперь в... Россией больше называть ее не буду, Россия в семнадцатом году исчезла... в этой стране?

И генетика. Ну конечно, лже-наука. Ведь она доказывает, что рожденный ползать летать не может, и если родился ты рабом, то и умрешь рабом, прогрессивный авангард человечества...

"Голос Америки" надо было слушать всю жизнь... И "Радио "Свобода"... Хоть какую-то правду бы знал...

Вот что, оказывается, предчувствовал когда-то Блок, об этом он и предупреждал...

"И век последний, ужасней всех,

Увидим и вы, и я.

Все небо скроет гнусный грех,

На всех устах застынет смех,

Тоска небытия"...

"Уже с угрозою сжималась

Доселе добрая рука,

Уж подымалась и металась

В душе отравленной тоска..."

И поручик Лермонтов тоже всё предвидел... "Настанет год, России черный год, когда царей корона упадет"... И как же раньше этого не понимал, как проходил мимо этих пророчеств со всем своим слепым оптимизмом, со своей технократией, со своими точными науками, когда... Когда есть такие истины на свете, что и не снились этим мудрецам в космических кораблях с бортовыми компьютерами... И этим западным либералам с их статуей Свободы...

И еще после этого обличают чилийскую хунту... "Вы звали меня почитать стадионам?! На всех стадионах кричат заключенные! Убийцы с натруженными руками подходят с искусственными венками, солдаты покинули Ваши ворота арест Ваш закончен Ваш выигран раунд..."

Видимо, эти современные поэты имеют в виду те годы в России, когда пишут о Чили? Эзопов язык... Иначе как им сказать хоть что-то?

Минута молчания?!

Минута анафемы заменит некрологи и эпитафии!

Убийствам поэтов

по списку!

алфавитно!.."

Вот что вы от меня скрывали всю жизнь... "Твой дед строил город на Дальнем Востоке"... А он... На дочери врага народа...

А она, моя земная мать... Сделала свой выбор. И она могла еще после этого жить с ним всю жизнь... Вот вы и прячетесь сейчас: ты в церковь, он - в тайные запои. Поэтому она и умерла так рано.

О таком ли муже для своей дочери они мечтали... Сорок восьмой... "Мама, я люблю его..." Все молодые погибли на фронте. Он был уже подполковником. А они голодали с тридцать седьмого, когда моего деда забрали по доносу... А когда в сорок восьмом снова начались аресты... "Десять лет без права переписки" тогда все понимали - это расстрел.

Мещерского... Конечно, князя Мещерского, а думал - просто совпадение?..

"Поэт умирает - погибла свобода, погибла свобода - поэт умирает".

Была система лагерей, где погибли лучшие люди нашей страны, а все оставленные на свободе навсегда замолчали от страха, потому что письма просматривались, телефоны прослушивались, и всё это до сих пор, а Солженицын был самым честным человеком, он описал всю эту историю репрессий, и за это они, такие, как мой отец, выслали его из страны. Остальных заставили замолчать.

И ведь давно уже предчувствовал это все: странные "сумасшествия" Солженицына и академика Сахарова, загадочные фигуры умолчания всех твоих подруг и друзей, живших в те годы, да просто какую-то тайно-зловещую атмосферу книг и фильмов тех лет, веющую неким духом скрытых угроз и ужаса.

Последнее, что сказал тебе - кольцо взял я. Его уже не вернуть.

Теперь - к телефону.

- Будьте любезны, номер телефона Бельского. Благодарю вас.

Снова набрать номер.

- Добрый вечер. Мне необходимо увидеться с Вами. Нет, друг Ваших знакомых. Меня попросили передать Вам кое-что. Не телефонный разговор. Сегодня. У входа в парк? Белые "Жигули"? Понятно. До свидания.

Несколько мгновений неподвижны.

Потом пойти в другую комнату. Вернуться, и оглянувшись, чтобы никто не увидел, положить принесенную коробку на диван и достать эту вещь... "Майору Орлову, борцу за коммунистический Китай. 1947." Теперь достать обойму и зарядить.

Вот тут ты, может быть, и скажешь последнюю правду, Поль... Если ты ее знаешь.

И, как всегда, эти газетные вырезки рядом...

9 марта 1953 года:

"Сыновья и дочери прощаются со своим горячо любимым отцом. От всего сердца говорят собравшиеся:

- Прощай, отец наш, бесконечно дорогой и всегда любимый! Бессмертное имя твое навсегда станет знаменем борьбы за окончательную победу коммунизма!

Непоколебимая сила и уверенность звучит в словах этой клятвы. Чувство непреклонной решимости осушило глаза, опаленные глубоким горем.

Никогда не забудется этот день - день всенародной скорби!"

И еще было непонятно, кто же запрограммировал их всех, кто загипнотизировал этих несчастных людей... Наташа, странная женщина, и ты еще хочешь сделать их людьми, личностями, свободными и творческими, способными любить?.. Ирина, вот откуда у Вас эта боль во взгляде... Вы, видимо, все это давно уже знали... Да и ты, Элен, тоже... И в самом деле - как работать с американцами, западно-европейцами и не знать всего этого? Они бы давно уже вас просветили, незаметно подарили бы того же Солженицына или еще что-нибудь в этом роде...



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать