Жанр: Фэнтези » Дэвид Дрейк » Повелитель Островов (страница 6)


4

Илна ос-Кенсет аккуратно расправила платье незнакомки на специальной подставке для сушки белья, установленной у входа на мельницу. Глядишь, на полуденном солнышке все и высохнет. Взгляд ее задержался на вышитых символах — они напоминали те, что были вырезаны на древних камнях фундамента постоялого двора. Если посмотреть на платье сбоку, то ткань отливала зеленым, но при другом направлении взгляда выглядела голубой. В какой-то момент Илне показалось, что и символы меняются в зависимости от освещения, но эта мысль почему-то ей сильно не понравилась, и девушка постаралась отбросить ее подальше. Вообще по непонятным причинам (вряд ли Илна смогла бы кому-нибудь их объяснить) одеяние незнакомки чересчур занимало ее мысли. Можно даже сказать, тревожило.

Она приладила плетеную ширму так, чтобы в ближайшее время та защищала платье от попадания прямых солнечных лучей. Через час Илна придет и перевернет вещь. Легкого бриза, который дует сегодня, будет достаточно, чтобы еще до вечерней росы высушить даже такую тяжелую парчу.

Дом мельника был поделен пополам. К той половине, на которой жила Илна со своим братом Кашелом, примыкала голубятня. Стая белокрылых птиц с шумом поднялась оттуда и сделала несколько кругов над головой девушки. Затем они снова уселись на конек крыши. Интересно, а что происходит в голове у голубя? Смешной вопрос… Тут не скажешь даже, что творится в голове у другого человека! Особенно, у мужчины. Особенно если этот мужчина — Гаррик ор-Райз. Платье принесла поутру Шарина, рассказав, что оно принадлежит незнакомке, и попросила вычистить его. Что ж, это было несложно. Илна исследовала материю и определила, что удастся избежать трудоемкой процедуры: сначала втирать в ткань кашицу из овсяной муки, чтобы впитать грязь и жировые выделения, а затем удалять все это обычной мукой. Цвет ткани не пострадал из-за пребывания в морской воде, так что требовалось просто как следует выполоскать въевшуюся соль в чистой проточной воде. Будь мельничный водоем сейчас заполнен пресной водой из ручья, Илна решила бы проблему, опустив плетеную корзину с платьем в него или даже в водослив. Правда, дядюшка Катчин может возражать… А уж его молодая жена, неряха Федра, точно будет недовольна. Но, так или иначе — Илна сделает как задумала, и никому от этого не станет хуже, в том числе и ее родственникам. Увы, сегодня вода в запруде оказалась соленая, так что говорить было не о чем. Какая-то часть Илны (не самая лучшая, пожалуй, но все же…) пожалела, что не представилось случая повоевать с дядюшкой Катчином. Это огорчило ее даже больше, чем необходимость таскать чистую воду ведрами, а затем вручную отполаскивать платье.

Кенсет ор-Келдан был старшим из двух сыновей мельника. «Рисковый», — так отзывались о нем односельчане.

Когда-то давным-давно он внезапно уехал из деревни, никому ничего не сказав. Через год вернулся — так же неожиданно, как и исчез, — но уже с двумя хнычущими сосунками и без жены. Так в деревне появились Илна и ее брат Кашел.

За время отсутствия Кенсета его отец Келдан помер. Илна достаточно хорошо знала своего дядю Катчина, чтобы представить себе его ярость, когда выяснилось: отцовское наследство придется делить. Однако выхода у него не было — существовал совершенно непреложный закон на этот счет, а дядя свято чтил букву закона.

Те же самые односельчане, которые когда-то определяли Кенсета как рискового парня, утверждали, что после своей отлучки он вернулся совсем другим человеком. Хотя человеком его можно было назвать с большой натяжкой. Его больше не тянуло на поиски необычного. Похоже, он нашел, что искал, на дне пивной кружки. Крепкий сидр заменил ему все остальное. Он постоянно клянчил у брата деньги в счет выручки с мельницы, причем брал гораздо больше, чем причиталось. Он не обращал никакого внимания на окружающих, и меньше всего — на своих детей. А окружающие, соответственно, плюнули на Кенсета ор-Келдана. Когда Илне и Кашелу было семь лет, отец умер. Не от выпивки, нет — просто как-то морозной зимой он, надравшись, прикорнул в канаве в нескольких милях от деревни и больше не проснулся. После его смерти детям не осталось ничего, кроме половинного владения мельницей.

Бабушка, пока была жива, поддерживала детей. Но два года спустя она сама мирно

скончалась в собственной постели. Теперь Илне пришлось заботиться и о себе, и о своем брате-близнеце. Кашел выполнял те работы по дому, что были ему по силам, и к тому же подряжался пасти соседских овец. Вскоре он стал главным пастухом для всего сельского стада. Илна же ткала с таким мастерством и проворством, что и по сей день дюжина хозяек предпочитала приносить ей пряжу, а не заниматься ткачеством самостоятельно.

Ну и конечно же, Илна вела домашнее хозяйство. Она не без основания гордилась тем, что когда Катчин наконец женился (злые языки утверждали: купил жену), то любой в деревне мог сравнить безукоризненную чистоту у Илны с грязью и запущенностью (это при их-то деньгах!) на другой половине дома.

В первые годы сиротства сочувствие соседей было тем больше, чем меньше симпатии вызывал их дядя Катчин. Илна сделала вывод, что всякое благое деяние окупается интересом людей, как это произошло в их с Кашелом случае.

Именно для того, чтобы завоевать уважение соседей, Катчин стал бейлифом, блюдущим интересы графа Ласкарга в своем округе. Однако столь желанная должность ничего не изменила. Мельник Катчин был самым богатым и преуспевающим членом общины, а его предки жили в Барке на протяжении десяти поколений. И при всем при том последний пьяница Сил-Заика получал больше радушных поздравлений на Зимнее Солнцестояние, чем Катчин.

Тем временем Кашел ор-Кенсет вырос в редкого силача. Сестра же его оставалась настолько миниатюрной, что ей едва можно было дать половину из ее восемнадцати лет. Это — если не смотреть ей в глаза… Зато если бы вы провели среди местных жителей конкурс на самый твердый характер в деревне, то его, несомненно, выиграла бы Илна. Она и сама это знала, хотя старалась не придавать значения.

Ее маленькая двоюродная сестренка снова кричала. Роль матери двухлетней дочки удавалась Федре не лучше, чем роль домохозяйки (к тому же она так и не сбросила вес, набранный во время беременности). Илна холодно улыбнулась. Понятие мести было ей знакомо не меньше понятия долга. Просто иногда следует предоставить эту неблагодарную работу самой природе.

Девушка снова бросила взгляд на платье. Вроде бы не было нужды беспокоиться о нем, пока солнце не передвинется и не настанет время его переворачивать. Но вещь вновь и вновь притягивала внимание Илны. Осторожно, будто неся на руках больное животное, она приблизилась к платью.

Ей и раньше доводилось видеть шелк, правда, чаще в виде отделки на одежде богатых односельчан. Насколько Илна знала, в Барке существовало по крайней мере три костюма с использованием шелка. Но там он выглядел совсем иначе — легкий и прозрачный материал, в то время как платье незнакомки было сшито из тяжелой парчи. Однако не это волновало девушку.

Дело в том, что Илна весьма необычно воспринимала материю, которую ей приходилось обрабатывать или носить, особенно если доводилось спать в ней. Любая ткань дарила ей серию ярких образов и переживаний. К примеру, шерсть чаще всего действовала на нее успокаивающе. В характере девушки присутствовала некоторая нервозность, которая, однако, проистекала совсем не из робости или застенчивости. Просто ей многое было открыто. Стоило Илне однажды надеть платье, которое принесла убитая горем мать погибшей девушки, и она увидела такое, что предпочла не открывать бедной женщине. В частности, она узнала, почему ее дочь приняла яд и как звали отца ребенка, которого та носила под сердцем. Это был не единственный случай, когда у Илны возникали яркие и едва не осязаемые видения, объяснять которые другим оказывалось столь же бесполезно, как описывать восход солнца слепцу.

Одеяние незнакомки воздействовало на нее совсем по-другому. Стоило Илне прикоснуться к материи — и перед ней проносились мимолетные неуловимые образы. Они не были тревожными или угрожающими в обычном смысле.

Проблема, если она существовала, заключалась в другом. Илна была абсолютно уверена, что эта вещь не принадлежит их миру.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать