Жанр: Фэнтези » Дэвид Дрейк » Повелитель Островов (страница 91)


6

До той поры, пока Шарине удавалось задерживать дыхание, наиболее удивительной вещью в селении Плавучего Народа ей представлялся айсберг в его центре. Он блестел в солнечных лучах, как огромный драгоценный камень в оправе из обтянутых шкурами лодок. Величина ледяной горы подавляла и снижала впечатление от жилищ Плавучих Людей, просто поразительных по обычным человеческим стандартам.

Но стоило девушке вздохнуть — и снова самые сильные ее чувства были связаны с запахом, царившим в деревне.

— Полагаю, рано или поздно я привыкну, — пробормотала Шарина, и на данный момент это пугало ее больше.

Четверо путешественников находились внутри лодки Лежебоки. Девушка с отшельником сидели рядом на корточках лицом по ходу движения. Аристократы находились тут же рядом, так близко, что колени Азеры почти касались шарининых.

Когда маленькая экспедиция достигла деревни, команда Лежебоки быстренько подогнала челнок к собственному жилищу — одной из шестидесяти-восьмидесяти одинаковых лодок, связанных веревками в один большой круг с айсбергом в центре. Когда с этим делом было покончено, китобойные ялики со всеми взрослыми членами семейства тронулись в направлении двух жилых лодок, связанных на манер катамарана и располагавшихся в полумиле по периметру круга.

— Куда они нас везут? — спросил Медер; он уже не добавлял уничижительное «человек», обращаясь к Нониусу. Правда, Шарина затруднялась определить, что было тому причиной: признание авторитета отшельника или простой страх.

— В королевскую резиденцию, — кивнул в сторону спаренных лодок отшельник. — Там живет король со всей своей семьей и охраной. Видите, корпуса лодок соединяются палубой, на которой обычно собираются граждане для проведения совета.

— Граждане? — недоверчиво переспросила девушка.

— Те, кто способен принимать участие в охотничьих вылазках, — пояснил Ноннус, — считаются гражданами поселения. В противном случае ты становишься собственностью того жителя, который соглашается тебя кормить. Если же таковых не находится… что ж, море вокруг большое.

Четверку иноземцев поместили внутрь жилой лодки Лежебоки, пока туземцы привязывали их челнок снаружи. Шарина получила возможность разглядеть остальных членов семейства: два десятка детей не достигших отроческого возраста, и шестеро престарелых взрослых — только один из них был мужчиной. На прибывших глядели с отвращением, смешанным с благоговейным страхом.

Дети те, вообще, старались не попадаться на глаза чужакам.

Один мальчонка и вовсе спрятался, свесившись за борт лодки. Он исчезал всякий раз, когда Шарина бросала взгляд в его сторону — лишь костяшки пальцев белели на краю борта, и пробочкой выскакивал, когда опасность, в его понимании, миновала. Наверное, ноги его болтались в воде. Впрочем, похоже, никого из Плавучих Людей не волновало соседство с холодной водой.

Трехпалый стоял на носу лодки Лежебоки. Судя по всему, он являлся хозяйским сыном, хотя Шарина подозревала, что родственные связи в этом племени были крайне перепутаны.

Время от времени, с периодичностью в двадцать ударов весла, Трехпалый подносил к губам спиральную аммонитовую раковину и изо всех сил дул в нее. Если б удалось распрямить раковину, получился бы отличный горн восьми футов длиной. Поверхность аммонита отливала на солнце легким перламутровым блеском… Совершенно неожиданно красота этого зрелища примирила Шарину с той вонью, что царила вокруг.

Ноннус также рассматривал горн.

— Говорят, Плавучие Люди поклоняются Великим из Глубины, — сказал он, понизив голос до шепота. — Правда, люди много чего говорят. И о пьюльцах тоже…

Отшельник грустно улыбнулся своим воспоминаниям:

— Обычно правда и сама по себе достаточна отвратительна…

Прислушиваясь к словам старика, Медер с живейшим интересом разглядывал окружавшую его картину. В противоположность ему, госпожа прокуратор сидела молча, с абсолютно отрешенным видом — слишком измученная для выражения хоть каких-то чувств. Шарину внезапно поразила худоба женщины: похоже, она потеряла половину веса с тех пор, как появилась в Барке. То, что раньше не бросалось в глаза, теперь — в окружении других людей — стало явным.

Айсберг представлял собой просто необозримую массу, доминирующую над всем поселением. Его грани, в зависимости от освещения, отливали то голубым, то зеленым, то ослепительно-белым.

Ноннус заметил, что девушка разглядывает ледяную гору.

— Еда не является проблемой в море, — сказал он. — В противоположность пресной воде. Рассчитывать на дожди не приходится, к тому же воду трудно хранить.

Он сделал жест в сторону айсберга.

— Каждую весну от Льдистых Мысов отрываются такие ледяные горы. Они следуют теми же маршрутами, что и Плавучие Люди, — естественно, одни ветры, одни течения… Деревня выстраивается вокруг такого айсберга и существует год или около того — пока он не растает. Затем они находят новый…

— Айсберги это пресная вода? — спросила Шарина. — Думаю, да, раз они сходят с земли.

— Племя очень редко снимается с места, — продолжал рассказывать Ноннус. — Но иногда приходится видеть целую деревню, плывущую в море. Это, доложу я вам, зрелище!

С королевского катамарана раздался звук горна. Жители Плавучей Деревни начали покидать свои жилища, чтобы направиться туда на охотничьих яликах и странных плавательных приспособлениях — маленьких одноместных понтонах, как их определила бы Шарина. Эти штуки представляли собой кожаные пузыри с направляющей из китовой кости с

одной стороны. На них надо было садиться верхом, как на лошадь, и быстро грести двухлопастным веслом. Море просто кишело от этих невиданных «лодок».

— Ну, теперь начнется говорильня, — пояснил Ноннус. Несмотря на легкий тон, правой рукой он поглаживал древко своего дротика — это выдавало напряжение старика. — Сначала будут обсуждать нашу судьбу. Но это ненадолго. А затем примутся делить наш челнок, и вот здесь спор грозит затянуться.

Кожаная лодка двигалась так, будто была живая и к тому же обладала дурным характером. Ее каркас изготавливался из распиленных китовых ребер, составленных вместе и связанных сухожилиями. Поверх каркас покрывался китовой же кожей, сшитой изнутри торчащими стежками. Причем мастера умудрились не сделать ни одной сквозной дырки. И даже при этом все швы были тщательно промазаны густым жиром, вероятно, переработанной китовой ворванью.

Шарине многое казалось странным в здешних лодках. Например, то, что гребцы сидят лицом к носу, а не к корме, как принято повсюду. Высокие борта создавали у нее скорее впечатление ловушки, а не надежной крепости. Девушке не нравилось, как гнется дно у нее под ногами. И ей очень не нравилось, как эта лодка пахнет.

Правда, она отдавала должное судоходности местных судов: и способны уцелеть во время шторма, который погубит любую деревянную посудину. Ведь лодки держались на морской поверхности подобно масляной кляксе. Ничего удивительного: иначе невозможно было пережить зиму в здешних широтах.

Лодка Лежебоки приблизилась к королевской резиденции и остановилась — все весла одновременно развернулись и замерли. Причем за все время плавания не прозвучало ни одной команды: сигналы горна Трехпалого адресовались жителям Плавучей Деревни, а не команде. Тем не менее гребцы работали совершенно синхронно без всякого управления извне.

Шарине пришли на ум рыбьи косяки или стаи голубей, где тысячи отдельных особей функционировали как единый организм, внешне никак не координируя свою деятельность. Девушка поймала себя на том, что думает о Плавучих Людях (одной Госпоже известно, почему) скорее как о диковинных животных, чем о подобных себе.

Члены семейства Лежебока с гарпунами наперевес попрыгали на борт и двинулись вперед, расталкивая членов королевского семейства. Те толкали их в ответ, возникла сутолока. Одна из женщин упала в воду, но тут же поплавком выскочила и одним ловким, каким-то дельфиньим движением вспрыгнула обратно.

— Эй, кто-нибудь! — крикнул Лежебока. — Привяжите лодку!

Никто не откликнулся на его призыв. Сам Лежебока, не такой резвый, как его молодежь, тяжело перевалился через планшир. Ноннус скептически усмехнулся. Он пробрался на нос лодки и накинул фалинь63 на одно из китовых ребер, торчащих вверх из корпуса катамарана.

Веревка была не плетеная, а сделана из целикового куска толстой кожи — достаточно грубой и твердой, чтоб заставить Ноннуса потрудиться, прежде чем он сумел соорудить петлю.

— А что бы они делали, если б лодку отнесло? — спросила Шарина.

— Поплыли бы за ней, — ответил отшельник, пожимая плечами. — Плавучие Люди почти все делают на воде. На суше же полагаю, они стоят не более чем такая же куча тюленьих кишок. Кстати, очень полезное удобрение!

Осознав, что сказал, Ноннус сам поморщился.

— Прости, дитя мое, — пробормотал старик. — Я вернулся в места, где прошла моя молодость. И изъясняюсь, как по молодости… и по глупости.

Команда Лежебоки оставила своих пленников без внимания, зато вся королевская семейка облепила борта лодки, разглядывая чужеземцев.

Мужчины громко и заинтересованно обсуждали достоинства девушки. Шарина невольно напряглась. Ей приходилось оказываться в подобных ситуациях, например, за прилавком в отцовской гостинице во время Сельскохозяйственных Ярмарок, когда в Барке было не протолкнуться от приезжих. Но там у Райза приличное заведение, и если кто-нибудь из перепивших посетителей забывался, что ж… Всегда к их услугам был Гаррик и соседские парни.

Здесь же Шарина могла надеяться только на Ноннуса.

Одним прыжком отшельник вспрыгнул на бортик жилой лодки.

— Дайте пройти моим женщинам! — прорычал он, вращая над головой свой дротик. — Дайте пройти моему сыну!

Плавучие Люди сердито заворчали. Ноннус подпрыгнул, выбросив правую ногу, затем левую и снова правую… Со стороны казалось, что он исполняет какой-то сложный танец. На самом деле каждое такое па завершалось ударом в лоб кому-нибудь из аборигенов — таким образом отшельник расчищал место для своих подопечных.

— Пошли! — бросила Шарина аристократам. Она сунула свой топорик в веревочную петлю на поясе и довольно бесцеремонно рванула госпожу прокуратора к борту королевской лодки.

— Мы идем, Ноннус! — крикнула она.

Дул легкий бриз, охотничий ялик причалил с подветренной стороны от лодочного жилища. Поднатужившись, Шарина подпихнула туда Азеру. В тот же момент отшельник подхватил беднягу и перекинул ее через бортик, шлепнув у своих ног. Получилось на удивление лихо, будто этот маневр неоднократно отрабатывался раньше.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать