Жанр: Боевики » Николай Иванов » Чистильщики (страница 10)


— Хорошая ночь, — начали издалека вышедшие из машин водители. Ясно, центровые-основные остались пока в машине. — А еще лучше беседы при ясной луне. Как насчет поговорить по душам?

Ответить Богданович не успел, хотя, если откровенно, еще не придумал, как вести себя: открывать стрельбу на поражение первому, уходить на скорости или все же выяснить, кто и чего от него хочет. Чуть сзади затормозила «Волга»-такси, из нее вылез… Трофимов. Оценив ситуацию, скрестил руки на груди и остался стоять поодаль.

— Вы что-то о погоде? — смог теперь со вздохом облегчения переспросить Богданович.

Водители уловили перемену в настроении жертвы, безошибочно оглянулись на того, кто придал ей уверенность. Максим чуть покачивался, но не от скуки или нервности, а на всякий случай разминая ноги. Уловить смысл в этом движении телохранителя, а тем более понять и оценить его налетчики не смогли. Традиционно пригрозили:

— Езжай, куда ехал.

— Езжайте, куда ехали, — эхом повторил Трофимов. — И вам ничего не будет.

Если самоуверенные испытывают наслаждение от страха противника, то вывести их из себя можно только наглостью. В другой раз Максим наверняка бы не стал накалять обстановку, а тем более доводить дело до угроз. Но стоявшие перед ним были совершенно незнакомы ему, а их вид и намерения не сулили дружеского пикника на лужайке. Поэтому, чтобы узнать врага, и нужно было идти на сближение — курс молодого бойца в спецназе. Засада всегда опаснее открытого боя, а в капкане и медведь становится не страшнее мышонка.

Но пристальнее всех за развитием событий наблюдал из машины Богданович. За себя почему-то в этот миг он особо не волновался — наверное, потому, что и в самом деле еще ни разу его вот так не останавливали и не угрожали, а «Макаров» с патроном в стволе уверенно тяжелил руку. Зато пришло время проверить в действии свой живой «бронежилет» — Трофимова. Хотя, даже если сейчас выяснится, что в каратистских трюках Белой Звезды содержатся лишь крики «дзя» и его отделают как котлету, — Максим останется в телохранителях. За интуицию. И что не бросил, оказался в нужное время в нужном месте.

— Мы ждем, — не тронулись с места водители, хотя и посмотрели непроизвольно на свои машины, где сидели заказчики встречи, вместо беседы вынужденные теперь наблюдать за перепалкой.

Но снова повторилось эхо, и снова в единственном числе:

— Я жду.

— Что?

Руки в карманы, где наверняка таились более весомые аргументы в споре, опуститься не успели, хотя водители и вознамерились это сделать. Не белой звездой, но черным метеоритом Трофимов пролетел через крышу одной из «БМВ». Сделал в воздухе шпагат — но не ради красоты и цирковых аплодисментов, а чтобы одновременно ударить в челюсти обоих собеседников. Получилось все равно изящно и красиво, а потому неправдоподобно. Даже для Богдановича, который что-то подобное видел в самый первый день знакомства. Но тогда нога телохранителя просвистела у носа, а сейчас водители, мотая головами, пытались встать с обочины. Единственное — теперь ничто не мешало противнику добраться до оружия. И они вновь потянулись за ним в карманы.

— В машину, — приказал своему водителю Максим.

Когда жизни угрожает опасность, станешь молиться и на холопа.

— Ко мне домой, — продолжал распоряжаться жизнями Трофимов, командуя водителем и не думая спрашивать совета у президента.

В убогонькой однокомнатной квартирке с разнокалиберной мебелью вначале плотно задернул шторы, потом лишь поставил на пол ночник и включил его. Водителю, поглядывавшему на часы и телефон, предложил отдельный вариант:

— Если хочешь, можешь добираться домой. Но без машины.

Тот задумался, но пока вскипал чайник, запросился в собственную кровать. Проводив его взглядом в окно и дождавшись затем телефонного звонка о благополучном прибытии, Трофимов немного расслабился. Даже вытащил бутылку коньяка:

— Первый раз в моей хибаре, нельзя не отметить.

— Снимаешь? — Президент решил, что после случившегося у них появились все основания перейти на «ты», и первым дал сигнал к этому.

— Авось с вашей помощью куплю когда-нибудь собственную, — не заметил или не принял «подарка» телохранитель, больше занимаясь сервировкой побитого по углам журнального столика, чем отношениями с шефом.

— Купишь. Завтра же, — расчувствовался Богданович.

— Спасибо. Только я люблю зарабатывать деньги, а не брать их в долг. Как заработаю — так куплю.

— Слушай, что ты такой гордый? Не мешает в жизни?

— Зато гордые могут оставаться свободными и независимыми. А это для меня важнее.

— Но я ведь от чистого сердца, в знак признательности, а не…

— У нас нормальные деловые отношения, — продолжал упрямствовать Трофимов. Впрочем, усилий для отказа ему прилагать не приходилось:

крутился себе и крутился у стола. — И пусть они остаются такими же.

Если Богдановича в голосе телохранителя поразила убежденность в своей незыблемой правоте, то в себе он снова отметил неприятные штрихи: охранник продолжает ставить условия, и он вынужден в который раз подчиниться им…

— Выпьем, — сминая раздражение, потянулся он к бутылке. — Только смотри, чтобы успел заработать. А то вот возьму и махну жить в Австралию. Почему-то захотелось туда.

После первой, без тоста и обязательств, рюмки Богданович тут же наполнил по второй. Придерживая свою стопку за разлапистое донышко — прием из фуршетной практики, когда в одной руке нужно удержать и тарелку, и бокал, — прошелся по комнате. Остановился у серванта, заполненного в большинстве своем книгами по Востоку. Перед ними лежала косичка с вплетенной красной лентой, и Богданович даже потрогал ее пальцами — настоящая. Повернулся к телохранителю.

— Если верить легенде, красная нить ведет к золоту Колчака, — пояснил тот.

— Куда?

— К монастырскому тайнику, где в двадцатых годах последними белогвардейцами спрятаны остатки царского золота.

— А почему ты тогда здесь, а не там?

— Не особо верю. Да и не так все просто, как кажется на первый взгляд.

— Не-ет, расскажи, — Богданович вернулся в кресло, обновил в рюмках спиртное.

— Было бы что, — махнул рукой Максим.

— Не-ет, я здесь гость, а гостю нельзя отказывать, — продолжал настаивать Богданович.

Скорее для того, чтобы завершить неожиданно возникшую тему, Трофимов быстро проговорил:

— Где-то между Владивостоком и Хабаровском действовал в свое время мужской монастырь, через подземные ходы которого колчаковцы уносили остатки золота своего атамана. Чтобы оторваться от красных, пришлось несколько ящиков со слитками замуровать под землей.

— Откуда знаешь? — Богданович и не пытался скрыть волнение и заинтересованность. Осторожно проверил: — Наверное, сказки.

Телохранитель пожал плечами: может, и сказки.

— Говори-говори, — не желал расставаться с тайной гость.

Максим опять пожал плечами, потом как о ненужном лично ему рассказал:

— Человек, который прятал золото, отдал мне перед смертью свою косичку с обозначением тропы.

— Слушай, едем в Хабару! — Богданович перевел взгляд на сервант. Даже вновь встал, чтобы убедиться в наличии косички.

— А как же Австралия? — Трофимов отпил глоток, дотянулся до апельсинной дольки. Издали с прищуром посмотрел на президента. Как легко взять богатого в руки…

— Успеем, — уже начал распоряжаться будущим Юрий Викторович. — Уезжать нужно с деньгами, нищих нигде не любят.

— Спасибо, но… Я люблю и признаю реальности. Тем более, что вместо монастыря там сейчас военный санаторий и что-то сверхсекретное противовоздушное. Я уже узнавал. Не подпустят и близко.

— Жаль, — Богданович на этот раз даже приподнял косичку за замасленную ленточку. — А то бы в один присест… Ладно, где спать уложишь, начальник?

— Вам — на диване.

— А ты, конечно, как гордый и деликатный, — на полу?

— Не привыкать. На этот случай у меня спальный мешок имеется. Извините за неудобства, но… лучше проснуться живым на помойке, чем навеки уснуть в шикарном гробу. Так говорил один мой знакомый в спецназе, простите за натурализм.

— Ничего, я полностью согласен с вашим другом. — До президента наконец дошло, что Трофимов так и не принял сближения, и он вернулся к традиционной форме общения. — Да, и насчет списка потенциальных врагов и конкурентов. Вы правы, его обязательно нужно составить. Утром займемся.

Перед сном Богданович еще раз, но теперь уже тайно, когда Максим умывался в ванной, внимательно осмотрел косичку. Даже провел пальцем по красной ленточке, то подныривавшей под пучки-реки, то тянущейся по одному краю, то перехватывающей сразу всю косичку. И долго потом ворочался.

— Непривычно? — почти угадал Максим.

Юрий Викторович чистосердечно соврал, тут же поверив в придуманное:

— Кот дома один. Не впервой, конечно, ему, но каждый раз жаль. Надо кому-то отдать, что мучить живность. Возьмешь? — Он продолжал чувствовать и считать себя хозяином и потому путался в обращениях.

— Нет. У меня за спиной только то, что могу защитить и сберечь.

— Счастливый. А здесь…

Богданович не стал развивать тему, поворочался еще немного и наконец притих. Услышав его мерное дыхание, позволил себе закрыть глаза и Максим.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать