Жанр: Боевики » Николай Иванов » Чистильщики (страница 14)


Сопротивляться никто не думал, команды пришельцев выполнялись с полной безропотностью. Вскоре дверь сторожки заколачивалась досками, а отделенную троицу повернули лицом к дороге. Утром, вне сомнения, поставят к стеночке или привяжут камень на шею и — здравствуй, Балтийское море. Для остальных оно — вроде как родное, а Олег его так даже и не увидел.

Поддерживая обреченно вцепившегося в брюки Григория Григорьевича, пошли лесом к трассе. Сзади подгоняла подвывающая на малых оборотах конфискованная «ауди». Но идти все равно требовалось как можно медленнее, чтобы дать время «наружке» и Жоре подготовиться к действиям по освобождению нежданных заложников. Какие-то минуты даст и расшифровка, но из двух зол…

— Сучи, падла, ножками, — пистолетом подтолкнули Олега в спину.

Он остановился вообще.

— Между прочим, я работник военной прокуратуры.

— Ме-ент?!

— Военной прокуратуры, — уточнил Олег. — И не думаю, что это для вас окажется…

— А тебе думать за нас не надо. — Его толкнули снова: должность на уральцев не произвела никакого впечатления. — А ежели Богданович работал под твоей крышей — тем более мозги придется напрячь, чтобы вытащить к нам дружка. Или отшибем их. Неча на дармовщинку водку жрать и девочек трахать. Небось, на наши денежки кутить думали?

Ребята не шутили. Да и то — отдать сто тысяч баксов ради машин одного цвета в свадебный кортеж! Живут же люди.

На обочине трассы Олег огляделся, пытаясь отыскать своих и предугадать их замысел по освобождению. Но увидел одного Жору. Вернее, его горбатую спину, скрывающуюся вдали в дюнах. Куда он? А рядом — три иномарки уральцев и побитое авто тех, кто привез известие о нападении на карьер. Ну, здесь уже история римских времен: гонцам с плохими вестями всегда доставалось.

— В машину, — взашей толкнули повара. Вокруг — ни души. Значит, физзащита решила проявиться не здесь, станут тормозить машины на трассе или у поста ГАИ. Это посложнее, но, видать, ничего лучшего у ребят с ходу не получается. Эх, Расходова бы сюда в его светлом плаще с распахнутыми полами! Подполковник дело знал и не ошибся бы в выборе варианта.

— Пошел, — согнули несчастного Григория Григорьевича перед дверцей второй машины.

Прокурорским работникам, выходит, выделяется третья. И все же лучше появиться физзащите сейчас, пока не тронулись с места и не набрали скорость. Майстренко побежал за подмогой? Не успеет…

— Что, ментовская задница, — как перед этим Жору, пнули ногой и Олега. — Как настроение? Не вспомнил, куда дружка дел?

— Самому нужен, — чистосердечно признался Штурмин.

А сам продолжал суматошно проигрывать варианты: выбираться из разборки самостоятельно или пустить все на самотек? Вырваться и бежать — дело нехитрое, а как пуля полетит вслед? Не кино здесь — реальность. В то же время если банда ускользнет с косы и запрут в подвал — шансы уцелеть вообще сведутся к нулю: Богданович присвоил уральские бабки не для того, чтобы возвращать их затем с извинениями и процентами. А на попавших в заложники ему наплевать. Предупреждал же Дима-аналитик: попробуй поискать концы и в автомобильном бизнесе! А он лишь попросил генерала подготовить справку. Как приятно вспомнить об этом перед промасленным багажником, куда его сейчас попытаются впихнуть!

«Еду», — приказал самому себе Штурмин.

И в этот последний момент увидел бегущую по трассе парочку. Клинышкин, конечно, обогнал даму из «наружки», но и та следовала по пятам. Так что у машин оказались практически одновременно.

— Стойте, — задыхаясь от бега, выставил вперед руку Василий. — Освободите всех.

Уральцы переглянулись, удивились. Двое — горбоносый и квадратный коротышка с демонстративно выставленным кастетом — пошли выяснять отношения к спортсменам. Но и Вася, и девушка достали пистолеты, а Клинышкин продемонстрировал еще и зажатый в руке мобильный телефон:

— Не отпустите людей, перекрою выезд с косы.

Люди, пусть даже и с солдатским полубоксом, но имеющие право отдать распоряжение по телефону, всегда вызывали уважение. И уральцы в этом не составили исключения. Замерли, переглядываясь.

Вырывая руку из захвата, поспешил подыграть Василию и Штурмин.

— ОМОН подъехал?

— Так точно, товарищ майор. Расположились вдоль трассы, ждут ваших указаний. — И вот где пригодилась отработанная на Майстренко и попавшая в точку наглость: — А что с этими прикажете делать? — кивнул на уральцев, способных стереть всех здесь в порошок.

— Задача остается прежней: держать главный объект, — с долей раздражения ответил Штурмин: мол, отвлекаешь по каким-то пустякам.

Но сподобился, повернулся к патлатому, от количества серого вещества у которого начинал зависеть исход незапланированной встречи. Подавил в себе желание подозвать его пальчиком, ибо сейчас пока требовалось одно: одновременно и припугнуть, и успокоить банду. Дать им понять: абордажи не только не нужны, а чреваты серьезнейшими осложнениями. Но мы позволим вам спокойно уехать. И то лишь потому, что заняты более важными делами.

— Дорога, а она отсюда единственная, перекрыта армейским спецназом и ОМОНом, поэтому… — собрал воедино все сведения Олег и даже сочувственно развел руками: извини, братан, что не получилось нас повязать. — Я дам команду, чтобы вас пропустили беспрепятственно. И быстро отсюда, пока мы заняты своими делами.

Долго, очень долго соображал старший — не меньше минуты. Точку помог поставить появившийся наконец из дюн Жора.

— Здесь

все нормально, — крикнул он, привлекая к себе внимание.

Рюкзак стоял у ног Майстренко, и, скорее всего, именно по нему уральцы вспомнили путавшегося под, ногами бомжа. Сейчас он держал в руках пистолет, проявился как друг прокуратуры, а это означало, что на косе происходят свои разборки, от которых в самом деле лучше держаться подальше.

— Отпустить всех, — признал поражение патлатый. Тряхнул волосами и закричал, желая как можно быстрее прервать неприятную для уязвленного самолюбия процедуру: — Быстрее!

Повар и Григорий Григорьевич, как чертики из табакерки, извлеклись обратно. Почуяв в Олеге свою единственную и нежданную защиту, подались к нему.

— Но Богдану все равно передайте от меня привет, — указал им пальцем уралец. Посмотрел на Штурмина, потом на дорогу: она открыта?

— Открыта, — подтвердил Олег. — Мои вас пропустят, — и для убедительности взял у Клинышкина телефонную трубку.

«А про милицию не знаю», — добавил про себя. Ловить по стране стволы и разбираться с группировками — обязанности МВД и контрразведки, а они особо не жалуют, когда в их огород влезают с прополкой другие. Да и то: мало ли какая разработка может идти по их линии. Кесарю, как говорится, кесарево, а мак — он в одном случае деликатес, во втором — наркотик…

Машины уральцев покрутились на узкой асфальтовой ленте, но сумели отвернуть морды от остающихся на дороге и понеслись, уменьшаясь на глазах, в узкий сосновый коридор. Убедившись, что опасность миновала, Олег подошел к Клинышкину, молча пожал ему руку. Улыбнулся и девушке. Жора подбежал сам:

— С освобожденьицем, командир. Ты не заметил, что в последнее время заставляешь нас действовать в координатах войсковой операции: обход, охват, штурм? Может, фамилию пора сменить?

— Это не я, они заставляют нас считаться с силой, — Олег кивнул на опустевшую дорогу. — А где физзащита?

— У джипа мотор сдох, — простодушно признался Клинышкин. — Мы и про вас ничего не знали, про захват. Просто когда промчались эти три иномарки, мы с Верой на всякий случай ноги в руки — и сюда. Вроде вовремя.

Олег хотел спросить Жору, а зачем тот так спешил в дюны, но сзади, напоминая о себе, шмыгнул разбитым носом Григорий Григорьевич. Повернулся к нему, стеснительно придерживающему перед Верой брюки.

— Все нормально, Григорий Григорьевич. Идите, освободите остальных. И разъезжайтесь по домам. Шашлыка, как я понял, не предвидится. Богданович ведь не приедет сегодня?

— Нет, — машинально ответил тот и запоздало прикусил язык, боязливо глянув на повара. Тот если и признался в чем-то, то над огнем, а здесь вроде как добровольно… — Мы… можем идти?

— Конечно. Впрочем, я вас провожу.

В лесочке чуть придержал вице-президента за руку, давая возможность повару отойти подальше. И открыл забрало:

— Мне нужен Богданович, Григорий Григорьевич. Очень нужен. Больше, чем уральцам — те рвут глотку за свое, пусть и награбленное. А я ищу украденные Юрием Викторовичем государственные деньги. Вы ведь тоже по природе своей государственный человек, Григорий Григорьевич, потому и обращаюсь к вам: помогите. Как вы теперь поняли, я не водку приезжал пить сюда, а чтобы встретиться с вашим шефом. И арестовать его. Где он может быть?

Вице-президенту было бы лучше, если бы майор действительно приезжал пить водку. А теперь вроде как и молчать надо, но и не отблагодарить человека за освобождение — не по-людски получится. Да и в прятки играть с прокуратурой, занимающейся, оказывается, вовсе не цветными металлами, опасно. Однако и Богданович, если вдруг узнает…

Геометрия с биологией.

— Он… он здесь, в Калининграде, — переступил через себя толстяк. А после первых слов почувствовал облегчение, словно сбросил с себя тяжкий, непосильный груз. Единственное — говорил, не глядя на спутника, а словно в пустоту. — Но не сказал, где и у кого. Сам назначает места встреч. Вроде боится чего-то, раньше подобного за ним не замечалось.

— Значит, здесь, на пикнике, он не планировал появляться?

— Пятьдесят на пятьдесят. Обещал позвонить и посмотреть на обстановку. Могло статься и так, что пришел бы. На катере. Он очень торопился продать этот карьер, который вы закрыли. Хотя имел на нем, надо полагать, немалые прибыли.

— Подпольные цеха и затем реализация через собственные магазины?

— Да. Но этим сейчас многие занимаются.

— Теперь не позвонит?

— Вряд ли. Ему сообщили про нападение на карьер, а человек он как изворотливый, так и осторожный.

За разговором подошли к охотничьему домику, от дверей которого повар уже отдирал приколоченные доски. Олег потянул носом — шашлык сгорел. А жаль, пара шампуров на компанию за победу оказалась бы как нельзя кстати. Зато вице-президент, боясь новых просьб, заторопился вызволять вместе с поваром из «курятника» затворников, а Олег закрутился на месте, что-то отыскивая. Наконец увидел сцепившиеся закорючки соснового корня, поднял их. Начал всматриваться, воображая одному ему привидевшийся образ. Зафиксировал в памяти, довольно улыбнулся — и поспешил обратно.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать