Жанр: Боевики » Андрей Воронин, Максим Гарин » Пощады не будет никому (страница 46)


«Скорее всего журналистка, — догадался парень, — а эти скандалят почище ветеранов второй мировой. Если тех еще можно чем-то напугать, то журналистов напугать невозможно. Эта мадам явно из газеты».

— Да-да, вон кабинка — восьмая, проходите, она свободна. Не знаю, вас ли там ждут, но кого-то ожидают.

Журналистка убрала бюст со стойки, парень даже привстал взглянуть на ее бедра. Те оказались ничуть не меньше, чем грудь.

Заинтригованная Варвара прошла по коридору и, хоть слабо себе представляла, где находится кабинка номер восемь, все равно ни о чем не спрашивала, считая, что тем самым уронит свое достоинство. Наконец она остановилась у двери с привинченным к ней номером.

«Восьмерка. Сюда, то, что надо».

Открыла дверь. В кабинке царил полный полумрак, лишь подмигивал красным огоньком видеомагнитофон.

Широкий мягкий диван, журнальный столик с грязной пепельницей. Никого там не было.

«Ага, — подумала она, — подожду пять минут, если ничего, то пойду печатать дальше».

Женщина сбросила шубу и уселась на диване. Вновь в ее пальцах появилась сигарета, и она задымила.

«Небось снимают эти кабинки те, кому негде потрахаться или выпить».

В комнате, лишенной окон, стоял запах пота, спиртного, табака и грязных носков. Но такие мелочи прожженную журналистку смутить не могли, они могли навеять лишь приятные воспоминания из личной жизни или новые сюжеты для творчества.

«Непременно напишу что-нибудь о видеосалонах», — решила она.

И тут дверь бесшумно открылась и тут же захлопнулась. Варвара Белкина даже не успела рассмотреть человека, вошедшего в помещение. Теперь в полумраке, царившем здесь, она видела высокого, крепко сложенного мужчину в лыжной шапке, натянутой по самые глаза.

Насколько она могла судить, у него была довольно солидная борода, ворот куртки поднят.

Мужчина тихо сказал:

— Это я вам звонил. Вы Белкина? — и подошел к видеомагнитофону.

— Да я! А как вас зовут?

— Сергей, — не задумываясь, ответил пришедший мужчина.

— Фамилия?

— Если бы я хотел назваться Ивановым, то сказал бы, что меня зовут Иваном Ивановичем, — довольно странно ответил он на вопрос.

Белкина решила больше не спрашивать.

— И что же мне интересного скажет Сергей Иванович Иванов?

— Я вам кое-что покажу.

— Мое время дорого стоит.

— Мое тоже.

Он вставил кассету, которую, вытащил из-за пазухи, нажал кнопку. Экран телевизора ожил, в комнате стало немного светлее. Мужчина уселся на край дивана так, чтобы оказаться чуть впереди Белкиной, чтобы она не видела его лица.

— Вы боитесь, что я увижу ваше лицо?

— Я не хочу этого.

— Понятно.

— Не на меня же вы пришли смотреть.

На экране пошла картинка. Лица двух мужчин, развлекавшихся в бане с проститутками, были ей незнакомы.

Она с опаской посмотрела на своего соседа и подумала, как обычно употребляя нецензурную лексику:

«Вот, бля, никому не сказала, куда еду, поймали меня на крючок. Может, это какой-нибудь маньяк и он сейчас попробует меня изнасиловать? Вполне возможно, начитался моих статеек и решил отомстить. Последняя моя статья — это статья про маньяков, которых полно в Москве и которых никак не могут переловить».

Но мужчина вел себя вполне мирно.

— Вы смотрите? — спросил он, не оборачиваясь.

— А что же я делаю?

— И как?

— Впечатляет, но пока я не могу понять, к чему вы клоните.

— Вы знаете этих мужчин?

— Нет, как и девиц не знаю, как не знаю и вас.

— Тот, что постарше, — это Юрий Михайлович Прошкин, один из районных прокуроров Москвы, второй — преступный авторитет, Чекан.

— Это вы снимали?

— Нет, — не стал вдаваться в подробности мужчина, сидевший спиной к Белкиной.

— А кто?

— Главное, кого снимали, а не кто.

Теперь Варвара смотрела на экран телевизора куда более заинтересованно. Движущаяся картинка сама собой рождала в ее голове строки будущей статьи, а также возможные названия: «Прокурор на рабочем посту», «Голая правда о прокуроре», «Лучше голая правда, чем красивая ложь» или просто «Голая правда и красивая ложь». Белкина даже почувствовала зуд в подушечках пальцев.

— Вы мне просто показать принесли или оставите в собственность?

— Вопрос не конкретен, — сказал мужчина. — Сперва я должен знать, нужна вам эта кассета или нет.

— Очень нужна! — честно призналась Белкина.

— Что вы собираетесь с ней делать?

— Буду работать, публиковать…

О том, что именно сейчас она пишет статью о коррупции среди прокурорских работников, ей говорить не хотелось, она боялась, что мужчина сейчас же заломит за кассету дикую сумму, которую редактор не согласится оплатить, а с собой у нее имелось где-то около двухсот долларов.

— Я могу ее отдать почти бесплатно.

— Что значит почти?

— С условием, что вы дадите ей ход. Опубликуете материал и некоторые кадры видеозаписи.

— Я на все согласна. Так, значит, денег не надо? — с замиранием поинтересовалась Белкина, боясь вспугнуть удачу.

Такого в ее практике раньше почти не случалось, за все материалы приходилось платить, и иногда своим собственным телом. Здесь же не требовали даже этого.

Она подвинулась чуть ближе к мужчине, улавливая запах дорогого одеколона.

— А вы не из ФСБ будете? — спросила она на всякий случай.

— Нет.

— Не из МВД?

— Я из общества зеленых, из «Гринписа».

— Тогда понятен ваш интерес, вам не нравится, на что они используют в бане березовые веники.

— Я эту кассету уже видел, и не раз, так что, если хотите,

можете досмотреть до конца в одиночестве. Но ничего принципиально нового вы там не увидите, разве что парочку новых поз.

— Да, позы действительно впечатляют, — прочувствованно сказала Варвара, закидывая ногу за ногу и кладя руку на спинку дивана.

Мужчина, если бы захотел, мог бы откинуться и воспользоваться предложением. Но он продолжал сидеть не оборачиваясь. Варвара мгновенно вспомнила, что презервативы лежат в боковом кармане рюкзака, так что в случае чего они под рукой, даже не придется вставать с продавленного дивана.

— Я пошел, — мужчина, даже не дожидаясь ответа, поднялся и приоткрыл дверь.

— А как вас найти потом? — крикнула ему вдогонку Белкина.

— Зачем?

— Вдруг понадобится…

— Никак. Я сам вас найду и скажу спасибо.

Она стояла в коридоре, глядя на удаляющегося мужчину. Лыжная шапка и поднятый воротник куртки — вот почти и все, что она запомнила. А еще, спокойный низкий голос и запах хорошего одеколона, который продолжал витать в вонючей просмотровой кабине.

Белкина даже не досмотрела кассету, бросила ее в рюкзак и в расстегнутой шубе выскочила на крыльцо.

Бросилась в машину и приказала шоферу, будто бы собиралась лететь на пожар, который вот-вот погасят и она не успеет ничего увидеть:

— В редакцию гони!

Привыкший к подобному шофер не стал задавать вопросов, а сразу же поехал в редакцию, где возвращения Белкиной уже ждал главный редактор, которому насплетничала Люся.

Он знал: если Варвара Белкина срывается с места, значит, подвернулось что-то стоящее.

Белкина шла по коридору так, как идет знаменосец на параде под звуки фанфар. Она ногой толкнула дверь кабинета главного редактора и, ничего не объясняя, закрыла замок на ключ.

— Ты чего? — спросил главный поверх очков, глядя на свою сотрудницу.

— Не бойся, приставать не стану, не время да и не место.

— Почему? И время, и место.

— Нет, — возразила Белкина, садясь на письменный стол, прямо на бумаги. Она вытащила из сумочки кассету:

— Вот это дорогого стоит, — сказала она, держа кассету над головой.

— Что на ней?

— Крутая порнуха.

— Порнуха, дорогого стоит?

— Еще какого! Главное, кто и где этим занимается.

Сейчас увидишь. Кстати, видак работает? А телевизор?

Тогда прекрасно.

Белкина сунула кассету в видеомагнитофон, перемотала ее на начало, завладев пультом, уселась опять же на стол, закурила.

— Ну, смотри. Ты готов?

Пепел падал на рукописи.

— Готов, — пожав плечами, ответил редактор.

— Тогда протри очки. То, что ты сейчас увидишь, повергнет тебя в ужас.

И на экране пошла картинка. Редактор, видавший виды, многое не сразу понял, но комментарии Варвары все поставили на свои места.

— Ух ты, бля! — единственное, что произнес редактор. — Откуда это?

— Оттуда, — сказала Белкина. — Надеюсь, когда будешь выписывать гонорар, учтешь мои затраты и тот риск, с которым было связано предприятие.

— Какой же там был риск?

— Огромный, — многозначительно сказала Варвара, стряхивая пепел прямо в карандашницу. — Это, это, это, — она указывала пальцем на стоп-кадры, — надо будет распечатать. Кассету спрячешь в сейф, ведь могут затребовать.

— Обязательно затребуют, — с видом знатока сказал — главный редактор.

— Вот когда затребуют, тогда и покажешь. А еще лучше сделать несколько копий. В отделе новостей есть еще один видак, и кассет у них, как грязи. Сделаем копии.

Учти, я за нее заплатила пятьсот баксов.

— Ты с ума сошла! Это же сумасшедшие деньги! — воскликнул главный редактор.

— А что, не стоит, по-твоему? Если бы запросили тысячу, я бы не задумываясь отдала.

— Естественно, ты отдаешь не свои деньги.

— А то чьи же?

— Редакционные.

— Да ладно тебе! Через час я принесу тебе статью, она уже вся у меня вот здесь, — и Варвара постучала указательным пальцем по своему низкому лбу.

Главный редактор был ошеломлен, но он даже боялся себе в этом признаться. Его грело другое: завтра выйдет газета, а именно такого в ней и не хватало. Была обещанная статья Белкиной, но теперь с фотографиями, с фамилиями, с именами — это совсем другой коленкор! Большую фотографию-коллаж на первую страницу, несколько фотографий в середину.

"И тогда, — редактор самодовольно заморгал глазами и улыбнулся, — тогда мы станем еще более известны.

И в типографии следует заказать еще десять тысяч тиража, как-никак раскупитея. А если разгорится скандал, а то, что он разгорится, сто процентов, можно будет еще допечатать тысяч десять. Итого — двадцать тысяч сверху. Причем тут пятьсот долларов?"

Главный редактор посмотрел в глаза Белкиной, в чистые и невинные, чуть навыкате.

— Фамилии, звания, должности героев, надеюсь, ты уточнишь?

— Так точно, — отрезала Варвара. — У меня, слава Богу, в прокуратуре знакомых хоть пруд пруди, все регалии и послужные списки предоставят мгновенно.

— Только осторожно, пока волну не гони.

— Я пока и не буду гнать.

Дело завертелось. Через час распечатки фотографий были уже готовы, и художник-ретушер доводил их до кондиции, прикрывая надписями срамные места.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать