Жанр: Ужасы и Мистика » Говард Лавкрафт » Хребты Безумия (страница 11)


V


     Думаю,  в  этот  момент  мы  оба одновременно издали  крик,  в  котором смешалось  все  --  восторг, удивление,  ужас  и недоверие.  Конечно, у  нас имелись кое-какие познания, умерявшие наши чувства.  Можно  было,  например, вспомнить  причудливую  природную  форму  камней Сада Богов в  Колорадо  или удивительную симметричность  отполированных ветром скал Аризонской  пустыни. Или принять открывшееся зрелище  за мираж, вроде того, что созерцали прошлым утром, подлетая к Хребтам Безумия.  Надо было непременно опереться на что-то известное, привычное, чтобы не лишиться рассудка при виде бескрайней ледяной пустыни, на которой сохранились следы разрушительных ураганов,  и кажущегося также   бесконечным   грандиозного,   геометрически   правильного  каменного лабиринта   со   своей   внутренней  ритмикой,  вздымающего  свои   вершины, испещренные  трещинами  и впадинами,  над  вечными  снегами. Снежный  покров здесь, кстати,  был не более сорока --  пятидесяти  футов, а  кое-где и того меньше.

     Невозможно  передать словами впечатление  от кошмарного зрелища -- ведь здесь,  не  иначе как по наущению дьявола, оказались порушенными все  законы природы.  На этом древнем плоскогорье, вознесенном а высоту  двадцати  тысяч футов  над уровнем  моря,  с климатам, непригодным для всего живого  еще  за пятьсот  тысяч  лет до появления человека,  на всем протяжении  этой ледяной равнины высились -- как бы ни хотелось, в целях сохранения рассудка, списать все на обман зрения -- каменные джунгли явно искусственного происхождения. А ведь раньше мы даже и мысли не допускали, что все эти кубы и крепостные валы могут быть сотворены отнюдь не природой. Да и как  допустить, если человек в те  времена, когда материк сковал вечный холод,  еще мало чем  отличался  от обезьяны?

     Но теперь власть разума основательно  поколебалась: гигантский лабиринт из квадратных, округлых и прямоугольных каменных глыб  давал недвусмысленное представление  о  своей подлинной природе.  Это  был, несомненно,  тот самый дьявольский  город-мираж,  только  теперь  он  раскинулся  перед  нами   как объективная, неотвратимая реальность.  Выходит,  проклятое наваждение  имело под  собой материальное  основание: отражаясь  в облаках ледяной пыли,  этот доисторический каменный  монстр  посылал  свой  образ через  горный  хребет. Призрачный фантом,  конечно, нес в себе некоторые преувеличения и искажения, отличаясь от  первоисточника,  и  все  же  реальность  показалась  нам  куда страшнее и опасней грезы.

     Только  колоссальная, нечеловеческая плотность массивных каменных башен и  крепостных  стен уберегла  от гибели это жуткое творение,  которое  сотни тысяч  --  а может, и миллионов  --  лет дремало здесь, посередине  ледяного безмолвия.  "Corona Mundi-- Крыша Мира... " С наших губ срывались фразы одна бессвязнее   другой;   наши   головы   кружило  от   невероятного   зрелища, раскинувшегося внизу.  Мне  вновь пришли на ум  таинственные  древние  мифы, которые  так  часто  вспоминались   в   этом  мертвом  антарктическом  крае: демоническое  плато  Ленг; Ми-Го, омерзительный снежный человек с  Гималаев; Пнакотические рукописи с  содержащимися там намеками  на их "нечеловеческое" происхождение;  культ  Ктулху,  "Некрономикон";  гиперборейские  легенды   о бесформенном Цатогуа звездных пришельцах, еще более аморфных.

     Город тянулся бесконечно далеко в  обе  стороны, лишь изредка плотность застройки редела. Как бы пристально  ни вглядывались мы в его  правую от нас или левую части, протянувшиеся вдоль низких предгорий, мы не видели большого просвета -- только  с левой  стороны от перевала,  над которым мы пролетели, была небольшая прогалина.  По  чистой случайности  мы  наткнулись как  бы на пригород  --  небольшую  часть  огромного  мегаполиса.  Предгорья  заполняли фантастического  вида каменные  постройки, соединявшие зловещий город  с уже знакомыми нам кубами  и крепостными  валами; последние,  по всей  видимости, являлись не чем иным, как оборонительными сооружениями. Здесь, на внутренней стороне хребтов, они были, на первый взгляд, столь же основательными, как  и на внешнем склоне.

     Неведомый  каменный лабиринт  состоял по большей части  из стен, высота которых  колебалась от десяти до  ста пятидесяти  футов  (не считая скрытого подо льдом),  а  толщина --  от пяти  до десяти  футов. Сложены они были  из огромных глыб  -- темных  протерозойских сланцев.  Строения очень отличались друг от друга размерами. Некоторые соединялись на манер сот, и сплетения эти тянулись  на  огромные  расстояния.   Постройки  поменьше  стояли  отдельно. Преобладали  конические,  пирамидальные  и   террасированные   формы,   хотя встречались сооружения в виде нормальных цилиндров, совершенных кубов или их скоплений, а  также  другие прямоугольные  формы; кроме  того,  повсюду были разбросаны   причудливые   пятиугольные   строения,   немного   напоминавшие современные  фортификационные объекты. Строители постоянно и со знанием дела использовали  принцип  арки;  возможно также, что  в  период расцвета  город украшали купола.

     Все эти каменные дебри изрядно  повыветрились, а само ледяное поле,  на котором  возвышалась  верхняя  часть   города,   было   засыпано   обломками обрушившихся глыб, покоившихся здесь с незапамятных времен. Там, где лед был попрозрачнее, просматривались фундаменты и нижние этажи гигантских зданий, а также

каменные  мосты,  соединявшие  башни  на  разных уровнях. На  открытом воздухе мосты не уцелели, но на стенах от  них  остались  следы. Вглядевшись пристальнее, мы заметили  изрядное количество довольно больших окон, кое-где закрытых ставнями  --  изготовленными  изначально,  видимо, из дерева, а  со временем  ставшими окаменелостью,-- но в  массе своей  окна угрожающе  зияли пустыми глазницами. Крыши в основном отсутствовали, а края стен  были стерты и  закруглены,   но  некоторые   строения,  преимущественно  конической  или пирамидальной  формы,  окруженные высокими  ограждениями,  стояли  незыблемо наперекор времени и стихиям. В бинокль нам удалось даже  разглядеть орнамент на карнизах -- в  нем  присутствовали все те же странные группы точек, что и на древних  камнях, но теперь  это представлялось в совершенно  новом свете. Многие  сооружения  разрушились,  а  лед   раскололся   по   причинам  чисто геологического свойства. Кое-где камень истерся вплоть до самого льда. Через весь  город  тянулся широкий, свободный от построек "проспект"  --  он шел к расщелине  в  горной  низине, приблизительно в миле  от перешейка. По  нашим предположениям,  это могло  быть русло большой реки, которая протекала здесь миллионы  лет назад,  в  третичный период,  теряясь  под  землей  и впадая в бездонную  пропасть  где-нибудь под огромными горами, Ведь район этот --  со множеством  пещер и  коварных бездн  -- явно таил  в  себе недоступные людям подземные тайны.

     Удивительно,  как  нам  удалось  сохранить  равновесие   духа  при  том изумлении, которое охватило  нас от поразительного,  невозможного зрелища -- города,  восставшего из  предвечных  глубин,  задолго до  появления на Земле человека.  Что  же  все-таки происходило? Путаница  с хронологией?  Устарели научные теории? Нас подвело собственное сознание? Ответа мы не знали, но все же  держали  себя в руках,  продолжая  заниматься своим  делом вели  самолет согласно  курсу,   наблюдали  одновременно   множество  вещей  и  непрерывно фотографировали,  надеясь, что  это  сослужит  и нам  и  всему  человечеству хорошую  службу.   В  моем  случае  работал  укоренившийся  навык   ученого: любознательность одержала верх над понятной растерянностью и даже страхом -- хотелось проникнуть  в  вековые тайны  и узнать, что за существа жили здесь, возводя свои жилища на столь  огромной  территории, и как они соотносились с миром.

     То, что мы увидели, нельзя  было назвать обычным городом,  нашим глазам открылась поразительная страница из древнейшей и невероятнейшей главы земной истории. Следы ее сохранились разве что в самых темных, искаженных легендах, ведь  глубокие  катаклизмы  уничтожили  все,  что могло  просочиться  за эти гигантские  стены. Страница,  однако, подошла  к концу задолго  до того, как человечество   потихоньку  выбилось  из  обезьяньего  царства.   Перед  нами простирался  палеогенный   мегаполис,  в  сравнении  с  которым  легендарные Атлантида и Лемурия,  Коммория, Узулдарум и Олатое  в земле Ломар относились даже не ко вчерашнему дню истории,  а к сегодняшнему; этот мегаполис вставал в один  ряд с  такими  дьявольскими  порождениями, как Валусия, Р'лай,  Иб в земле Мнар  и Безымянный город в Аравийской  пустыне. Когда  мы  летели  над бесконечными  рядами  безжизненных гигантских башен,  воображение то  и дело уносило меня в мир фантастических ассоциаций, и тогда протягивались незримые нити между этим затерянным краем и ужасом,  пережитым мной в лагере и теперь бередившим мой разум неясными догадками.

     Нам  следовало соблюдать  осторожность  и не слишком затягивать  полет: стремясь  как можно больше уменьшить вес, мы залили неполные баки. И все  же мы основательно продвинулись вперед, снизив высоту и тем самым ускользнув от ветра. Ни горным хребтам, ни подходившему к самым предгорьям ужасному городу не было,  казалось, ни конца ни края. Пятьдесят миль полета вдоль хребтов не выявили  ничего  нового  в  этом  неизменном  каменном лабиринте. Вырываясь, подобно заживо погребенному, из ледяного плена,  он  однообразно простирался бесконечность. Впрочем, некоторые неожиданные вещи все же встречались, вроде узоров,  выбитых  на скалах  ущелья, где  широкая река когда-то прокладывала себе  дорогу через предгорья,  прежде чем  излиться  в подземелье. Утесы  по краям  ущелья  были  дерзко  превращены  безвестными  ваятелями в гигантские столбы,  и  что-то  в  их  бочкообразной  форме  будило в Денфорте  и во мне смутные, тревожные и неприятные воспоминания.

     Нам также повстречались открытые пространства в виде пятиконечных звезд (по-видимому, площади),  обратили мы внимание и на значительные неровности в поверхности. Там,  где  дыбились  скалы,  их  обычно  превращали  в каменные здания,  но мы  заметили по меньшей мере два  исключения.  В одном  случае камень слишком истерся, чтобы можно было понять его предназначение; в другом же из скалы был высечен грандиозный цилиндрической формы памятник, несколько напоминающий знаменитое Змеиное надгробие в древней долине Петры.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать