Жанр: Ужасы и Мистика » Говард Лавкрафт » Хребты Безумия (страница 6)


     Результаты,   о   которых   тут   же  сообщили  по  радио,  поражали  и настораживали.  Говорить  об особой тщательности и аккуратности  вскрытия не приходилось  --  инструменты  с  трудом резали необычную  ткань,  но даже то немногое,   чего  удалось   достичь,   приводило  в   недоумение  и  внушало благоговейный страх. Вся биология подлежала теперь пересмотру: эта  ткань не имела клеточного строения. Однако организм принадлежал явно к  органическому миру,  и, несмотря на  солидный возраст -- около сорока миллионов лет,-- его внутренние органы  сохранились  в  идеальном  виде. Одним  из  свойств  этой неизвестной формы  жизни  была неразрушаемая  временем,  необычайно  плотная кожа, созданная  природой  в  процессе  эволюции  беспозвоночных  на  некоем неведомом нам этапе. Когда  Лейк приступил  к  вскрытию,  влага  в организме отсутствовала,  но постепенно, под влиянием  тепла, у неповрежденной стороны тела  собралось немного  жидкости с  резким,  отталкивающим  запахом. Густую темно-зеленую жижу трудно было назвать кровью, хотя она, очевидно, выполняла ее  функции. К  тому времени все тридцать семь собак уже находились в загоне -- не обустроенном, однако, до конца,-- но даже оттуда доносился их свирепый лай. С распространением едкого запаха он еще более усилился.

     Словом,  предварительное вскрытие не  только  не  внесло  ясности,  но, напротив, напустило  еще больше туману.  Предположения о  назначении внешних органов  неизвестной  особи  оказались  правильными,  и,  видимо,  были  все основания считать ее  принадлежащей  к животному миру,  однако  обследование внутренних  органов  дало много  свидетельств близости  к растениям, и  Лейк окончательно  растерялся. Таинственный  организм имел системы  пищеварения и кровообращения, а также выбрасывал продукты отходов через красноватые трубки у  звездчатого  основания.  На  первый  взгляд,  органы  дыхания  потребляли кислород, а не углекислый газ; внутри обнаружились также специальные камеры, где  задерживался  воздух;  вскоре  стало  понятно,  что  кислородный  обмен осуществляли еще и жабры, а также поры кожи. Следовательно, Лейк имел дело с амфибией,  которая  могла  прожить долгое время  без  поступления кислорода. Голосовые связки  находились, видимо,  в  непосредственной связи с  системой дыхания, но имели такие отклонения от нормы, что делать окончательные выводы не  стоило.  Отчетливая, артикулированная  речь  вряд  ли была возможна,  но издавать трубные звуки разной  высоты эта тварь  вполне  могла.  Мускулатура была развита даже чрезмерно.

     Но  особенно обескуражила  Лейка невероятно  сложная  и  высокоразвитая нервная система.  Будучи в  некоторых  отношениях чрезвычайно примитивной  и архаичной,  эта тварь имела систему ганглиев и нервных волокон, свойственных высокоразвитому  организму.  Состоящий  из  пяти главных  отделов  мозг  был удивительно  развит,  наличествовали  и  признаки   органов  чувств.  К  ним относились и жесткие волосики на  головке, хотя полностью уяснить их функцию не  удавалось  --  ничего  похожего у  других земных  существ  не  имелось. Возможно, у  твари было больше, чем пять  чувств: Лейк с  трудом представлял себе поведение и образ жизни,  исходя из известных  стереотипов. Он полагал, что встретился с  высокочувствительным организмом, выполнявшим в первобытном мире специализированные функции, вроде  наших муравьев и  пчел. Размножалась тварь как  бессемянные растения  --  ближе всего  к  папоротникообразным: на кончиках  крыльев  у  нее  образовывались  споры --  происхождение  ее  явно прослеживалось от талломных растений и проталлиев.

     Причислить ее  куда-либо было невозможно.  Хотя  внешне тварь выглядела как  морская  звезда,  но  являлась  несравненно  более  высоким организмом. Обладая  признаками  растения, она на три четверти  принадлежала к животному миру. О ее морском  происхождении говорили  симметричные  очертания

и прочие признаки, однако далее она развивалась в других направлениях. В конце концов у  нее  выросли  крылья,  значит, не исключено, что эволюция оторвала  ее от земли. Когда успела она проделать весь этот сложный путь развития и оставить свои следы  на архейских  камнях, если Земля в те  далекие годы была  совсем молодой  планетой? Это:  невозможно  уразуметь. Замечтавшийся Лейк припомнил древние мифы о Старцах, прилетевших с далекой звезды и шутки ради, или по ошибке,  сотворивших  здесь жизнь, припомнил он  и  фантастические  рассказы друга-фольклориста из Мискатоникского университета о  живущих в горах тварях родом из космоса.

     Лейк, конечно, подумывал  и о том, не  могло ли  на докембрийском камне оставить следы  существо более примитивное,  чем лежащая перед ним особь, но быстро отказался от  такого легкого объяснения.  Те следы  говорили скорее о более  высокой  организации. Размеры лженоги у позднейшей особи уменьшились, да и вообще форма и  строение как-то огрубились  и упростились. Более  того, нервные  волокна и органы вскрываемого  существа указывали на  то, что имела место   регрессия.  Преобладали,   к   удивлению  Лейка,   атрофированные  и рудиментарные   органы.   Во  всяком  случае,  для   окончательных   выводов недоставало информации,  и тогда Лейк  вновь обратился к мифологии, назвав в шутку найденных тварей Старцами.

     В половине третьего ночи, решив на  время прекратить  работу  и немного отдохнуть, Лейк, накрыв  рассеченную  особь брезентом,  вышел из палатки и с новым   интересом  стал  изучать  неповрежденные   экземпляры.  Под   лучами незаходящего  антарктического солнца  они несколько обмякли,  углы головок и две или три трубочки немного распрямились, но Лейк не увидел в  этом никакой опасности, полагая, что процесс распада не может идти  быстро  при минусовой температуре. Однако  он сдвинул  цельные  экземпляры  ближе друг  к другу  и набросил  на  них свободную  палатку,  чтобы предохранить  трофеи  от прямых солнечных  лучей.  Это к  тому  же умеряло  неприятный едкий  запах, который необычайно  возбуждал собак. Они  чуяли его даже на значительном расстоянии: за ледяными стенами, которые росли все выше и выше,-- над воздвижением этого снежного убежища  теперь трудилось  вдвое больше человек. Со стороны могучих гор подул сильный ветер, там, видимо, зарождалась буря, и Лейк для  верности придавил  углы палатки  тяжелыми льдинами. Зная, насколько свирепыми  бывают внезапные антарктические ураганы,  все под  руководством  Этвуда  продолжили начатую  ранее  работу  по  укреплению снегом  палаток, загона  для  собак и сооруженных  на скорую руку укрытий для самолетов. Лейка  особенно тревожили недостаточно  высокие снежные стены этих укрытий,  возводившихся в свободную минуту, от  случая к случаю, и он наконец бросил всю рабочую силу на решение этой важнейшей задачи.

     После  четырех часов Лейк дал радиоотбой, посоветовав нам  отправляться спать; его  группа, хорошо поработав, тоже немного отдохнет. Он перемолвился несколькими   теплыми  словами  с  Пэбоди,  еще  раз  поблагодарив  того  за удивительное  изобретение,  без  которого им вряд  ли  удалось  бы совершить открытие. Этвуд тоже дружески попрощался с  нами. Я еще раз поздравил Лейка, признав, что он был прав, стремясь на запад. Мы договорились о новой встрече в  эфире в  десять утра.  Если ветер утихнет,  Лейк  пошлет за нами самолет. Перед  сном я  отправил последнюю  сводку на "Аркхем",  попросив  с  большой осторожностью  передавать  эфир  информацию  о  сенсациях дня.  Слишком  все невероятно! Нам могли не поверить, нужны доказательства.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать