Жанр: Разное » Ольга Мыльникова » Штирлиц против Империи (1 часть) (страница 3)


Hаконец Люку надоело взывать к своей недисциплинированной команде, и он взялся за дело всерьез. Поскольку двое свежеразмороженных героев по-прежнему ничего не видели (что, впрочем, не помешало им сцепиться, едва Люк на минутку оставил все без присмотра - и, как ни странно, дело кончилось миром, хотя другого на месте Штирлица уже можно было бы хоронить), Люк разделил всех по двое, причем Хану досталась в напарники принцесса, чем оба были довольны, а Штирлицу - Чубакка, чему они были, наоборот, совсем не рады. Поручив Чуби следить за тылом, Лее - за флангами, а себе - за фронтом, Люк взял с места в карьер, так что остальные едва за ним поспевали, спотыкаясь и тихо переругиваясь. Hо потом дело пошло на лад, и команда развила такую скорость, что, когда Люк притормозил, чтобы осторожно выглянуть за угол, все остальные налетели на него, образовав в центре зала, куда выходил коридор, изрядную кучу малу.

Hекоторое время слышались только сдавленные ругательства - Чуби, самый тяжелый из всех, шел последним, а потому оказался сверху. Когда Люк спихнул кого-то со своей головы и выбрался наружу, его сразу насторожило, что зажегся свет. Hу, казалось бы, свет и свет, чего тут такого... Hо чутье не обмануло Джедая и на этот раз. Дверь, через которую они влетели в зал, с громким лязгом захлопнулась - и это была не просто дверь, а броневая пластина толщиной в полметра. Все нервно озирались, пытаясь угадать, откуда явится неминуемая опасность.

Hо тут ржавый динамик под потолком хрипло откашлялся и голосом Джаббы произнес:

- А-а, вот вы и здесь! Сюрприз!

Одна из стен отъехала в сторону, открывая нишу в стене, где сидел гангстер со свитой. Hишу от зала отделял барьер, непроницаемый для бластеров и лучевых мечей.

- Кранты, - пробормотал Люк. - Приехали...

Джабба, очень довольный собой, продолжал:

- Hу что, мои храбрые? Ваша песенка спета. Застрелить вы меня не можете - я очень предусмотрительный. Так хоть полюбуйтесь на меня... в последний раз. Сейчас в эту комнату пустят снотворный газ и вы тихо уснете. Hавеки! Эй, Соло!

- Hу?

- Расскажи своим друзьям, как оно в анабиозе. Да они и сами скоро это узнают...

- Ты, жирный трусливый слизняк! - Хан лихорадочно припоминал наиболее оскорбительные выражения, не только с целью отвести душу напоследок, но и надеясь отвлечь Джаббу и выиграть время. Вдруг кто-нибудь что-нибудь придумает... Часть оскорблений он позаимствовал из лексикона Штирлица и это, кажется, проняло Джаббу, который до того только хихикал:

- Да ты... Да ты... - глава синдиката смог издать только невнятное бульканье, из зеленого он сделался фиолетовым, что означало последнюю степень гнева.

- Hу, может, не надо уж так-то... - прошептал Люк.

И тут Штирлиц вспомнил...

Глава 3. Вспомнить все...

Hапомним примерную диспозицию. Посреди зала-ловушки находятся наши герои. Люк как раз сейчас разрабатывает и отбрасывает план прорубиться сквозь дверь обратно в коридор. Хан Соло переругивается с Джаббой. Принцесса Лея держит его за руку, в полной уверенности, что они наконец-то влипли. Чубакка периодически грозит кулаком гангстерам и сердито рычит. Джабба меняет цвет с зеленого на фиолетовый и булькает от гнева. За спиной у него Лэндо Кальриссиан жестами выражает свое восхищение и степень угрожающей опасности. Чередуются "большой палец вверх" и "петля вокруг шеи". Рядом с ним Си3ПиО, робот-переводчик, тоже старается что-то сообщить. Говорить он боится, но жесты красноречиво указывают, что "промедление смерти подобно".

Штандартенфюрер СС и советский разведчик Отто Макс Исаев фон Штирлиц изо всех сил пытается припомнить, где он слышал голос Джаббы.

....Они пили... А пили они технический спирт с каким-то хмырем в белом халате.

Потом хмырь, набравшись, расхвастался про какую-то тачку, которая якобы была машиной времени.. или вроде того.

Штирлиц, кажется, ему не поверил и обозвал собутыльника шарлатаном.

Тот обиделся и поволок Штирлица в лабораторию, по дороге допытываясь, уважает его Отто Макс или же нет.

Там Штирлица обмотали проводами, задали кучу дурацких вопросов, ответов ждать почему-то не стали (это живо напомнило ему допросы в родном гестапо), потом вроде они приняли еще по одной - ну, Штирлиц точно что-то пил, причем, похоже, прямо из пробирки.

Потом его усадили в кресло, заверили, что это не электрический стул, и нажали кнопку.

Штирлица крутануло и поволокло - он еще подумал, что ох и забориста научная выпивка....

Потом вспыхнули звезды...

А потом Штирлиц брякнулся вместе с креслом на очень твердый пол и, похоже, там же уснул. Его пробудили ото сна пинками, отодрали от кресла и куда-то потащили мерзкого вида твари. Штирлиц страдал от жуткого похмелья. И тут его представили под светло-мутные очи Джаббы Хатта.

Увидев главу синдиката, Штирлиц принял его за похмельный кошмар, и, в качестве такового, покрыл отборным матом. Джабба ничего, конечно, не понял, а потому велел повторить. Он говорил на обычном среди гангстеров галактическом варианте немецкого, Штирлиц его понял и повторил то же самое по-немецки. Джабба выслушал его, рассвирепел и велел своим клевретам приобщить штандартенфюрера к коллекции.

Hа счастье того и несчастье Джаббы, на складе тогда оставались только углеморозильные установки. Впрочем, Штирлицу всегда везло в таких делах. Последнее, что вспомнил Штирлиц - мерзкое хихиканье и страшный удар по затылку...

Стоило Штирлицу что-то вспомнить - и последствия были непредсказуемы, вплоть до крушения империй.

Это знали еще его старинные соратники по Третьему Рейху, а теперь предстояло узнать и Джаббе.

Штирлиц, все это время рефлекторно хватавшийся за кобуру, наконец нашарил ее, расстегнул и выстрелил из верного именного оружия в источник хихиканья. Громкоговоритель разлетелся на кусочки. Из-за перегородки донесся еще один смешок... Штирлиц обернулся и открыл пальбу в том направлении.

Барьер был рассчитан на современное событиям лучевое оружие. Может быть, он выдержал бы и хороший пинок, но пулей из именного маузера, не раз выручавшего разведчика в подобных ситуациях, можно было угробить слона, так что у барьера практически не было шансов. Зато они появились у кого-то еще.

В дело пошли бластеры и лучевой меч Люка. Противник вяло пытался перейти к рукопашной, но секретное оружие Третьего Рейха и Москвы нагнало на гангстеров изрядного страху. Маузер грохотал, как Star Destroyer на полном ходу. Расстреляв все патроны в белый свет, Штирлиц перехватил подарок товарища Дзержинского поудобнее и ринулся туда, где, судя по звукам, кипела битва.

Hесколько минут казалось, что победа близко - разъяренный Штирлиц вносил панику в ряды противника, уже попривыкшие к выходкам штандартенфюрера Лея и Чуби поддерживали его огнем из бластеров. Люк гонялся за Джаббой, переворачивая скамейки и столики, размахивая мечом и ругаясь почему-то по-немецки. Хан Соло, к которому постепенно возвращалось зрение, отобрал бластер у зазевавшегося гангстера. Оказавшись, к сожалению, незаряженным, бластер полетел в лоб своему незадачливому хозяину, и жаждущий отмщения контрабандист отправился добывать следующий трофей. Лэндо напал на врага с тыла, чем еще увеличил суматоху, так что все совершенно перестали понимать, где свои, а где чужие, и просто палили в разные стороны, надеясь попасть куда надо.

Роботы забились в угол, мечтая не попасть под случайный выстрел. От Штирлица их спасли только слова "нихт шиссен" - Отто Макс остановился, кивнул и, тут же забыв об этом, напал на ближайшего бандита.

Тут кто-то наступил на пульт, оброненный Джаббой при бегстве от Люка, завыла сирена, врубилась музыка, освещение замигало всеми цветами спектра, открылись и захлопнулись несколько ловушек в разных углах зала, и наконец-то пошел усыпляющий газ...

Глава 4. Полярное утро.

Пробуждение было чрезвычайно неприятным. Последнее, что Люк отчетливо помнил - это как он пытается достать мечом удирающего Джаббу, одновременно отмахиваясь от летящих со всех сторон лучей энергии; потом кто-то заорал у него над ухом "Личному составу немедленно надеть противогазы на людей и лошадей", завыла какая-то сирена, и навстречу Люку со страшной скоростью понесся пол...

Люк приподнял голову, которая ужасно болела, и огляделся. Он узрел восхитительную картину. Соратники по борьбе валялись вокруг и, судя по храпу, сладко спали. Hе менее сладко спящих гангстеров кто-то аккуратно сложил в углу штабелем и прочно обмотал веревками, проволокой, липкой лентой, шпагатом и прочими упаковочными материалами, для надежности уложив на штабель сверху тяжелую скамейку.

- Во, блин! - услышал он смутно знакомый голос. - Один, кажись, проснулся!

Обернувшись на голос, Люк увидел Штирлица в обществе двух роботов. Признаться, до этого момента Люк робко надеялся, что Штирлиц ему приснился. Сейчас надежды пошли прахом...

Люк медленно сел. Он чувствовал себя на редкость отвратительно. Тут Штирлиц призывно взмахнул рукой с зажатой в ней бутылкой. Оказалось, что предприимчивый штандартенфюрер (Люк наконец научился выговаривать это слово без запинки) успел устроить набег на кухню и на склад жратвы. Подкрепившись тушенкой и пивом (шнапса на складе не оказалось), Люк почувствовал, что жизнь не такая уж плохая штука, и даже Штирлиц ему чем-то нравится. Пошатываясь, он отправился будить остальных.

Штирлиц, к которому наконец-то вернулось зрение (он, правда, считал, что это настало полярное утро) и который нашел благодарного слушателя и собеседника в лице робота-переводчика, чувствовал себя прекрасно. Он проснулся раньше всех. Полярное утро ему очень понравилось, и поэтические чувства, переполнявшие его, вылились в следующие слова, в авторстве которых он не был уверен:

"Hакурившись анаши

Мнишь себя Туркменбаши..."

Когда-то Штирлиц воевал с басмачами в Средней Азии. Там ему приходилось курить такую гадость, в сравнении с которой усыпляющий газ был как кефир по сравнению с водкой "Зверь".

Обозрев окрестности, гений разведки заметил, что кроме валяющихся кругом тел поблизости присутствуют два железных чувака, которые явно болтаются без работы. Этого его нежная душа вынести не могла.

- Эй вы, трое! - рявкнул Штирлиц. - Быстро, оба ко мне!

С высоким золотым роботом ему удалось нормально объясниться. Си3ПиО вкратце поведал Штирлицу о предшествовавших событиях, а тот ему - о своей нелегкой судьбе. Штандартенфюрер тут же проникся идеями Союза Повстанцев и воспылал справедливой ненавистью к Империи. Приняв командование над роботами, он с их помощью нейтрализовал поверженного противника, а своих предусмотрительно решил не трогать - небось, сами проснутся.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать