Жанр: Исторические Приключения » Дороти Даннет » Игра королев (страница 36)


Не обращая внимания, Ричард продолжил:

— Ты, мерзкий маленький вампир, тебя ничем не проймешь!

— Ну, не стоит терять надежду, Ричард… — коротко ответил Лаймонд. — Эрскин, если Ачесон освободился, то он направится прямиком в Гексем. Вы знаете это?

— Не беспокойтесь, — угрюмо заметил Эрскин. — Мы поймаем его раньше, чем он доберется туда. Ричард…

— Делайте, что вам угодно. Мне надо кое-что закончить здесь, — заявил лорд Калтер.

— О, ради Бога, Ричард, — застонал Лаймонд. — Эрскин, я могу проводить вас прямо туда, куда он направляется. Как, черт побери, вы собираетесь его поймать, не зная дороги? Дайте мне лошадь и любое число стражей, но поторапливайтесь. Мне наплевать, что вы думаете о том, кто вез письмо, но Ачесону известно его содержание.

Ричард поднял с пола свою шпагу и встал между братом и дверью.

— Тебе не удастся ускользнуть.

— Ричард…

— Не будьте идиотом. Он проводит вас прямо к лорду Грею.

— Мы должны рискнуть, — жестко ответил Эрскин. — Он прав. Пропустите его, Калтер.

— Не пропущу, пока не кончим боя.

Эрскин из последних сил сдерживался:

— Послушайте. Если письмо попадет…

Ричард резко развернулся к нему:

— И вы полагаетесь на Лаймонда, чтобы перехватить письма? Ну и простофиля же вы. Поезжайте, если считаете нужным, я вас не держу. Но не пытайтесь взять его с собой. Я убью всякого, кто приблизится к нему.

С бледным лицом и сверкающими глазами Ричард повернулся к брату.

— Ты считаешь ниже своего достоинства нападать? Так вот теперь, черт возьми, тебе придется это сделать. — Смертоносная шпага сверкала в руке Ричарда, зловеще блестел короткий клинок. — Ты хочешь выйти, братец? В дверях стою я. Пробейся, если сможешь.

Наступила тишина. Эрскин резко приказал:

— Джеми, возьми лошадей и ступай по следам беглеца. Мы поскачем за тобой, как только освободимся.

Лаймонд шевельнулся. Никто из присутствующих никогда не видел его таким: собранный, холодный, как сталь собственного клинка, он медленно произнес голосом, столь знакомым шестидесяти разбойникам.

— Ладно, ты получишь, что хочешь, Ричард.

И стремительно бросился в атаку.

В сравнении с тем, что было прежде, бой выглядел так, будто спала пелена, и фигуры предстали в четкой красоте очертаний, как на искусной гравюре, блестящей безукоризненной изысканностью линий.

Оба брата были прирожденными фехтовальщиками. Броски, выпады, удары острых клинков, винтообразные движения сменялись перед глазами зрителей с возрастающей скоростью, и ничто не напоминало об осторожном ровном фехтовании, свидетелями которого они были мгновением раньше. И тот, и другой выказывали классическое мастерство, отточенностью напоминавшее драгоценный камень искусной огранки, каждое движение бесконечно восхищало зрителей, и изящество этих движений было тем более впечатляющим, что таило в себе смерть.

Все знали Ричарда как непревзойденного мастера. Теперь им представился случай наблюдать, как Лаймонд меняется на глазах, как сдерживаемая энергия прорывается наконец сквозь элегантное спокойствие, с которым он прежде противостоял всей мощи атак Ричарда, как отныне каждый мускул, сильный, упругий, подчиняется одному стремлению — победить.

Для каждого из двоих жизнь сосредоточилась на острие клинка, зажатого в умелой руке противника: лишь колючий блеск глаз выдавал огромное внутреннее напряжение. Зрители затаили дыхание, слышался только звон стали и скрежет сцепляющихся клинков. Казалось, оба уже превзошли всякий мыслимый предел совершенства, но ни одному не удалось прорвать защиту другого.

Лаймонд боролся с несгибаемым упорством, орудуя шпагой с фантастической быстротой и энергично атакуя кинжалом. Эрскин с замиранием сердца следил, как Лаймонд неуклонно теснит Ричарда, ударом отвечая на удар, отклоняя самые неожиданные выпады брата.

Удары следовали один за другим, затем рука Ричарда дрогнула, и Лаймонд немедленно сделал выпад справа, клинки соприкоснулись, и острие скользнуло вниз, постепенно приближаясь к Ричарду, пока тот не собрал все силы и не освободил свою шпагу, одновременно парируя удар кинжала. И тут Ричард рванулся вперед.

Он был одержим лишь одним желанием: смыть оскорбление, нанесенное предыдущими двадцатью минутами боя. По этой причине ему удалось обрести второе дыхание, и хотя силы его начинали иссякать, он умело отражал невероятные выпады брата. А Лаймонд впервые в жизни был утомлен до предела: он задыхался, и с каждой минутой ему становилось все труднее сосредоточиться.

Вскоре после Ричарда и Лаймонд допустил ошибку. Он только что сделал выпад и держал шпагу почти Горизонтально в напрягшейся правой руке. Калтер плашмя прижал его клинок своим и резко опустил руку.

Раздался скрежет стали, клинок повернулся в ослабевшей руке Лаймонда, и синие глаза его сузились. Хозяин Калтера отчетливо сознавал, что его пытаются обезоружить. Одно короткое мгновение он полностью сосредоточился на том, чтобы высвободиться из опасного захвата, и Ричард не преминул воспользоваться представившимся шансом.

Внезапно отводя назад правую руку, он резко выбросил вперед левую, а затем, зажав кинжал Лаймонда между своих двух клинков, выдернул оружие у него из руки и бросил на пол.

Лаймонд выскользнул, как змея, избегая ближнего боя. Пот струился по его лицу, по ямке под ключицей: теперь он должен был противостоять ничуть не поколебленной мощи Ричарда, имея в распоряжении одну

лишь шпагу.

Новая атака заставила Хозяина Калтера метаться по всей комнате, ибо он вынужден был соблюдать дистанцию, избегая левой руки Ричарда с занесенным кинжалом. Ближний бой был для него теперь смерти подобен.

Ричард прекрасно понимал это и бился, торжествуя, в полную силу: клинки в его руках двигались словно серпы Хроноса 15) — неумолимо. Он теснил и теснил Лаймонда, загоняя его в угол огороженного веревками пространства.

Все в комнате затаили дыхание. Сомервилл, инстинктивно отведя глаза, почувствовал, что У него вспотели ладони. Лаймонд, прижатый вплотную к веревкам, бросил на хозяина дома мимолетный взгляд. Когда Ричард нанес решающий мастерски точный удар, Лаймонд вдруг рухнул как подкошенный, рассчитанным движением выбросив в рывке левую руку. Пока Ричард, который, потеряв равновесие, споткнулся, сообразил, что к чему, Лаймонд вскочил на ноги, сжимая в левой руке вновь обретенный кинжал.

Лорда Калтера била дрожь. Как и Лаймонд, он тяжело, прерывисто дышал, волосы слиплись от пота, а руки онемели от непрестанных ударов. Выпады обоих постепенно становились все небрежнее: сказывалось утомление. Зрители невольно вздохнули с облегчением, и Ричард краем глаза заметил всеобщее замешательство. Взоры присутствующих были прикованы к нему. Он поднял голову, было видно, как напряглись мышцы под тонкой тканью сорочки, и твердой рукой принялся разить своего утонченного брата.

Лаймонд же практически исчерпал все свои ресурсы. Он устал, и это накладывало отпечаток на его блестящую технику, но отчаянно сопротивлялся, когда Ричард попытался вновь заставить его метаться по залу. Сомервилл заметил, что Лаймонд старается не приближаться к веревкам, которые угрожали ему со спины. Но ему следовало также опасаться окон, ряда скамеек под ними и раскрытой скатки, из которой Эрскин извлек злополучную депешу, которая предавала королеву в руки врагов.

Ричард тоже уловил, чего недостаточно опасается его любезный братец. Долгих пять минут эта мысль преследовала его — и наконец Калтер забыл о приличиях и о честной игре. Как вихрь налетел он на Лаймонда, оттеснил его от веревок, прогнал через всю комнату к самым окнам, к мягкой, притаившейся в тени скатке.

Лаймонд попался в ловушку. Он запутался в одеялах, оступился — и Ричард размахнулся изо всей силы, готовясь снести с плеч непутевую голову.

Раздался скрежет стали.

Лаймонд прекрасно отдавал отчет в своих действиях. Он поскользнулся намеренно и точным движением вскинул вверх оба свои клинка, сверкнувшие на солнце, зажал шпагу Ричарда меж двух скрещенных эфесов и вырвал ее у него из рук. Неуловимый, точный поворот — и, вывихнув Ричарду левое запястье, Лаймонд заставил его выпустить и кинжал.

За долю секунды лорд Калтер, не успев сообразить, что с ним произошло, оказался впервые в жизни обезоружен.

Таково было напряжение, что, остановившись, противники едва не лишились чувств. Они стояли рядом лицом к лицу, тяжело дыша. В руках Лаймонда сверкали шпага и кинжал.

Он легонько потряс ими, его запавшие от усталости глаза сияли.

— Моя победа, милый Ричард. Мой шанс. И выбор за мной: вонзить ли этот клинок, или этот, или оба сразу в тучное тело дорогого брата.

Длинные пальцы, сжимавшие обе рукоятки, побелели.

— Раз, два, три, четыре, пять, выходи меня искать… Ричард, в какой руке?

Все молчали. Во взгляде лорда Калтера в этот решающий миг не чувствовалось ни слабости, ни страха.

Лаймонд расхохотался. Смеясь, он швырнул шпагу на пол и вскочил на скамейку у окна, прихватив скатку одной рукой. Мгновение он помедлил, собранный, элегантный, насмешливый, как всегда.

— Если ты не можешь водить, Ричард, то следуй за мной!

С этими словами он бросил скатку в окно со всего размаху, выбил стекло и прыгнул вниз. Они услышали звук падения, затишье, затем шорох шагов по мягкой траве. Внизу, все знали, стояли лошади.

Шотландцам ничего не оставалось, как последовать за Лаймондом.

Гидеон нашел жену в музыкальной комнате: Кейт глядела из окна на дорогу, ведущую к югу. Он положил руки ей на плечи.

— Ты верно служишь его величеству английскому королю? — насмешливо поинтересовался он.

— Боюсь, что нет, — грустно заметила Кейт. — Это Филиппа показала им дорогу сюда.

— Знаю.

Последовало молчание.

— Они сражались?

— Блестяще.

И, взяв жену за руку, Гидеон отвел ее вниз, где легкий ветерок задувал в разбитое окно, а брошенная шпага Лаймонда, знак победы, которой тот пренебрег, сверкала среди осколков.

Они скакали в клубах пыли под палящим солнцем. Впереди несся Лаймонд.

Где-то вдали, возможно, скакал во весь опор Ачесон, Там, вне всяких сомнений, была английская армия. Чуть далее на дороге Эрскин обнаружил тех двоих, которых послал вперед. Все это время проплутав по пустошам, они так ничего и не узнали: на спекшейся от зноя земле не обнаружилось никаких следов. Очевидно, их единственной надеждой, в которой, возможно, таилась и огромная опасность, была быстро удаляющаяся фигура Лаймонда.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать