Жанр: Разное » Роман Никифоров » Смерть Комиссара Катани (страница 1)


Никифоров Роман

Смерть Комиссара Катани

Никифоров Роман

Смерть Комиссара Катани

Комиссар Катани давно догадывался о своей печальной участи. Когда он пришел к своему другу в больницу, все уже было предрешено, машины с убийцами уже съезжались со всех концов города с одной целью - убить комиссара. Слишком долго Катани мешал мафии делать свои грязные дела, слишком у многих встал поперек горла. Это должно было произойти уже давно, но только сейчас мафия подготовилась наконец как следует, смогла собрать вместе всех своих отборных негодяев, вооружила их до зубов и не оставила комиссару ни малейшего шанса спастись. В больнице Катани узнал от бывшего мафиози, давно раскаявшегося в своих грехах, много полезной информации, которая могла помочь ему добраться до самого сердца мафии и вырвать у нее это самое сердце, повергнуть зверя и спасти тысячи жизней. Hо такое желание никому не прощается. Когда речь идет о собственной сохранности, мафия не жалеет сил и оружия, чтобы защитить себя, полностью уничтожает своих врагов. Хотя комиссар и догадывался, что жить ему остается недолго, в тот момент он был слишком увлечен той информацией, которую ему удалось добыть, поэтому позабыл о собственной безопасности. В двух кобурах у него лежало по восьмизарядному пистолету, а автомат и гранатомет были в машине, до которых было еще далеко идти. Комиссар быстро спускался по лестнице, не догадываясь, что его ждет. Как только он вышел в больничный двор, его на секунду ослепил солнечный зайчик. Будь комиссар более внимателен, он бы догадался, что это блестит трубка оптического прицела на винтовке снайпера, но в тот день комиссар потерял осторожность. Снайпер мог бы выстрелить в тот же момент, но, видимо, из-за какой-то звериной жестокости он хотел дождаться, когда Катани пройдет по детской площадке, на которой, славу богу, не было детей - они болели холерой - чтобы прикончить его посреди деревянных зверушек. Как только Катани поравнялся с деревянным медведем, внезапно он услышал песню в исполнении Лучано Паваротти, раздавшуюся из машины, стоявшей в другом конце двора - это был сигнал к атаке. В тот же момент боль ужалила комиссара в плечо, повергнув его на землю. Он потянулся в поисках кобуры, но пуля попала ему в локоть,

сделав правую руку беспомощной. Катани инстинктивно покатился по земле, одновременно доставая другой пистолет левой рукой. Рядом с ним упало ухо жирафа, а затем и его голова. Зачем на детской площадке такой некрасивый и непропорциональный жираф - подумал комиссар, и с горечью понял, что вряд ли ему когда-нибудь удастся высказать свои мысли касательно устройства детских площадок. В ту же секунду пуля прошила ему голову, но, видимо, не задела никаких жизненно важных органов, потому что Катани продолжал свое движение. Только мысли его стали острее и беспорядочнее, он потерял ту рассудочность, за которую его ценили сотрудники. Катани вскочил и стал отчаянно стрелять из пистолета, видимо, надеясь прорваться до свой бронированной машины, где находилась рация и лежали боеприпасы. Он попытался припомнить, где оставил ключ от машины и понял, что забыл его в палате. Пути к отступлению были отрезаны. В этот момент у комиссара резко заболела пробитая пулей печень. Целый шквал огня обрушился на него, раздирая его тело на части. Обе руки бессильно обвисли, превратившись в кровавое месиво. Из его шеи хлестала кровь, оставляя страшные следы на зайчиках и лисичках, безучастно наблюдавших за происходящим. Катани поскользнулся и упал на гвоздь, неосторожно оставленный каким-то ребенком. Гвоздь воткнулся в его ногу, дойдя до самой кости. Поняв, что пробила его смертная минута, Катани вспомнил свою любимую с детства мелодию. Он стал напевать ее, но поврежденная гортань делала все его пение безнадежно фальшивым. Грохот беспорядочной пальбы стал поглощать его, Катани проваливался в небытие, его глаза бессильно закрылись, язык выпал, пиджак расстегнулся, шнурки развязались, волосы запутались. Хвост кенгуру ударил его по голове и он забылся. Очнувшись, он увидел радостное детское лицо. Это был его маленький ребенок, несмотря на свою молодость повидавший много горя. Катани увидел улыбающееся, но, видимо, чем-то озабоченное лицо хирурга. И хотя руки не слушались его, хотя весь он был обмотан бинтами, хотя позвоночник безумно болел, он знал, что выкарабкается, потому, что должен выкарабкаться.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать