Жанр: Современные Любовные Романы » Диана Локк » Испытание чувств (страница 13)


Потом был еще Дуг Ринехарт. Его отец был лыс, как кегельный шар. Дуг смазывал свои густые черные волосы жиром больше всех, так он беспокоился, что тоже облысеет. Хотела бы я знать, осталось ли у него хоть сколько-то волос.

Я фыркнула, с волнением предвкушая, как я снова их всех увижу. Келли была права – я потеряла связь с большинством своих соучеников, несмотря на то, что у нас была маленькая группа. Переезд из дома, женитьба, смена фамилий и стиля жизни положили конец дружбе многих ребят.

А они все теснились, мои мысли, прыгая с одного на другое, мудро избегая лица, которое, как маска, стояло перед моими глазами.

– Денис, м-м… ох, не могу вспомнить ее фамилию. Она была худая, элегантная, выглядела, как модельерша. Она уехала с этим парнем, Луи… Дизарро, вот как его звали. Великий мотоциклист всех времен и народов. Что за пару они составляли, и я думаю, они поженились. Ох, Келли, сколько людей, сколько жгучих вопросов. Я прямо вижу наш класс вместе, как раньше. Держу пари, что я за минуту найду нашу классную выпускную фотографию.

Сопровождаемая хохотом дочери, я спустилась в комнату, которую мы использовали в качестве офиса или кабинета Стюарта. Где-то там была коробка с сокровищами и воспоминаниями моих школьных дней, в том числе фотография, которую я хотела найти. Она была сделана в тот момент, когда мы надевали шапочки и мантии перед тем, как собрались в зале для получения наших вожделенных дипломов и наград. Но я по-прежнему отказывалась признать причину эмоций, бурливших во мне и готовых вылиться через край.

Передвинув несколько предметов в кабинете, я нашла коробку и принялась осматривать ее содержимое. Обрывки билетов на танцы и футбольные матчи, тонкая коричневая бумажная вещица, видимо, бывший букетик, прикалывавшийся к корсажу платья, розовая пластиковая книжка, заполненная именами, которые я уже не помнила, принадлежавшие людям, которых я тоже не могла вспомнить, моментальные фотографии, сделанные на вечеринках или во время лыжных поездок. Мои пальцы откладывали фотографии раньше, чем я понимала, почему это делаю. Я шарила в коробке и наконец достала то, что искала, и холодная тишина воцарилась вокруг меня, когда я уставилась на юную пару, сидящую в обнимку на снегу на фоне темных сосен. Ричард и я, оба в лыжных куртках. И воспоминания, с которыми я пыталась бороться, вырвались на поверхность…


В нашей школе был лыжный клуб, который мы называли «Олимпийская команда», и каждую субботу мы катались на лыжах где-нибудь неподалеку от города. Мы были новичками в лыжном катании и делали это просто для развлечения. Никто тогда не посещал занятий лыжной секции, по крайней мере, из нашей компании, и мы учились самостоятельно. В тот день, когда был сделан этот снимок, я каталась со склона, который был слишком крут, а лыжня была

слишком узка для моих ограниченных возможностей. Носки моих лыж скрестились, и я полетела, очевидно, громко крича и являя собой мешанину из лыжных палок и выпученных глаз, с мокрым снегом, забившимся в волосы и под куртку. Ремешок на одном креплении порвался, и лыжа самостоятельно продолжила свой путь вниз по склону.

Я тогда увлекалась Ричардом Осборном, мальчиком, жившим на другом берегу реки. Он катался неподалеку от меня, и на самом деле причина, по которой я выбрала именно этот склон, заключалась в том, чтобы ехать следом за ним. Ричард услышал мой крик и наблюдал, как я падала и скользила вниз. Вынув ноги из креплений, он споро забрался обратно на гору, по дороге собирая мои вещи. Когда он добрался до меня, я лежала навзничь на спине, смущенная, вся в снегу, ослабевшая от смеха. Ричард нагнулся, чтобы помочь мне подняться, но, когда я схватилась за его руку, он потерял равновесие и свалился рядом со мной. Мы хохотали, и он снял варежку, чтобы вытереть снег с моего лица. Когда он склонился надо мной, наш смех замер: его глаза смягчились, и он впервые поцеловал меня нежнейшим и ласковейшим поцелуем. Я помню, как звезды вспыхнули в моей голове… Это была лучшая минута в моей жизни.

Мы вместе учились в школе, так что, конечно, планы о встрече нашей группы неизбежно оказались связаны с воспоминаниями о Ричарде. Но я была просто потрясена, когда до меня дошло, что он заполнил все мои мысли с того самого момента, как я узнала о встрече группы. Мои прежние сны о Ричарде были кружевной дымкой памяти, закутанной в туман ностальгии, и почти всегда были сосредоточены на той ночи, когда мы расстались. Но вот он предо мной как живой, и вместе с ним во мне шевелится… что-то. И все же странно было бы, если бы я ничего не чувствовала: когда-то это был самый важный человек в моей жизни.


– Мама, ты еще не нашла эту фотографию? – вторглась Келли в мои мечтания. – Она вошла в комнату, увидела меня в окружении воспоминаний и разразилась хохотом: – Мама погрузилась в ностальгию! – закричала она Брайану, и он тоже засмеялся.

Но я не могла смеяться, я чувствовала удушье и тесноту в груди. Мне нужно было вдохнуть воздуха, куда-то уйти, побыть одной, очистить свою голову от этих воспоминаний. Я пошла за Келли на кухню.

– Я, пожалуй, схожу погуляю с Мозесом. Кто-нибудь хочет со мной пойти?

– Сейчас?

– Ну да, сейчас. Мозес сегодня еще не выходил, поскольку никто не хотел с ним гулять, а ведь ему нужно побегать.

Как я и надеялась, я услышала хор отказов. «Слава Богу!» – вздохнула я и быстро сбежала из дома, пока никто не передумал.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать