Жанр: История » Владимир Муравьев » Во времена Перуна (страница 7)


- Князь, я твой племянник, - сказал Алвад, - а Олег даже не нашего рода.

Со двора донеслись голоса и звон оружия.

- Что там? - тревожно спросил Рюрик.

- Это, князь, по моему слову пришла дружина проститься с тобой, сказал Олег.

- А-а-а... - На лице Рюрика появилось подобие улыбки, он отстранил от себя Игоря. - Возьми, Олег, князя Игоря, даю тебе его с рук на руки. Отныне ты ему отец и оборона.

Олег взял мальчика.

- Будь покоен, князь! - И, повернувшись к воеводам, он сказал: - Кого любил и жаловал отец, того будет любить и жаловать сын.

- Да будет так, - проговорил Рюрик. - Клянитесь, воеводы...

По горнице пронёсся глухой шорох вытаскиваемых из ножен мечей.

После клятвы Рюрик сделал рукой знак, чтобы все ушли и с трудом сказал:

- А ты, Олег, останься...

Когда все ушли, Рюрик заговорил снова, медленно, всё тише и тише с каждым словом:

- Олег... помни... свою клятву...

ПОХОРОНЫ

Рыданья женщин-плакальщиц огласили княжеский дом.

Олег приказал Ролаву и Добромиру охранять Сбыславу и Игоря, чтобы не случилось с ними чего недоброго в суматохе.

На высоком берегу Волхова, там, где стоял Рюрик с дружиной, когда пришёл к Новгороду, призванный Гоетомыслом, рабы выкопали глубокую яму временный приют князя. В неё опустили одетое в богатые одежды тело Рюрика, там оно будет находиться, пока всё будет готово к торжественным похоронам.

Когда рабы покрыли яму настилом из смолистых сосновых брёвен, к старшей жене Рюрика и стоявшему возле неё Алваду подошла одетая в чёрное старуха, высокая, крепкая и широкоплечая. Это была распорядительница похорон. Её называли Прислужница Смерти. Уже многих знатных мужей и простых воинов снарядила она в дальний путь - в мир мёртвых.

Старуха поклонилась. Алвад кивнул в ответ.

Старуха подняла вверх костлявые руки и, повернувшись к толпе рабынь и служанок, хриплым голосом воззвала:

- Кто из вас умрёт вместе с ним?

И не успела она договорить, Сбыслава рванулась вперёд и закричала:

- Я! Я! Я умру с моим господином! - и она разрыдалась.

Все оцепенели. Обычай предписывал, чтобы умершего в мир мёртвых сопровождала служанка, а не жена, которая должна была заботиться о детях. Но и запрещения для жён, желающих разделить судьбу мужа, тоже не существовало.

Но существовал другой, требующий неукоснительного выполнения закон: женщина, вызвавшаяся умереть вместе с покойным, не могла отречься от своих слов.

Как только Сбыслава сказала первое слово, к ней подошли две девушки в чёрной одежде - помощницы Прислужницы Смерти - и встали за её спиной. Теперь они будут повсюду следовать за ней, куда бы она ни пошла.

Сказав роковые слова, Сбыслава успокоилась.

Старуха, как чёрная птица, легко и неслышно, поспевала повсюду, и повсюду, казалось, стояла её нетающая тень.

Живые готовили умершего в дальний путь.

Женщины кроили и шили драгоценные погребальные одежды из самых дорогих материй - парчи, бархата, византийских наволок, шёлка.

По обычаю, на одежды выделили треть всех его сокровищ.

Треть останется жёнам и детям.

Треть пойдёт на мёд и вино для тризны.

На княжеском дворе поставили столы с мёдом, вином и всякими угощениями для всех новгородцев. Стояли столы и в княжеских покоях, и в друж:инной, и у рабов. Все должны проводить князя, пируя и веселясь, чтобы пиром и весельем началась его загробная жизнь и так продолжалась вечно.

Наконец наступил день, когда Рюрик должен был отправиться в царство мёртвых.

На берегу Волхова сложили из сухих брёвен большой костёр, на костёр поставили ладью, в ней уплывёт князь к праотцам.

Князя одели в драгоценные погребальные одежды и положили в шатре на ладью.

Закатилось солнце, и с последним его лучом к костру привели Сбыславу, также одетую в драгоценные одежды.

Два воина склонились перед ней, она поставила ноги им на ладони, и они подняли её.

- Вот я вижу своего отца и свою мать, - сказала она, как требовал того обычай, и её опустили на землю.

Подняли во второй раз, и она сказала:

- Вот я вижу, сидят все мои умершие родственники.

Её снова опустили и подняли в третий раз.

- Вот я вижу своего господина, - сказала Сбыслава, - он сидит в зелёном саду, вокруг него мужи и отроки. Вот он зовёт меня. Так ведите же меня к нему!

Сбыслава сняла с запястий два ручных браслета и отдала их старухе Прислужнице Смерти, сняла с ног ножные браслеты и отдала девушкам, служившим ей.

Затем в сопровождении старухи она взошла на ладью и скрылась в шатре.

Воины принялись колотить палками по щитам, и этот стук заглушил слабый крик Сбыславы.

Старуха вышла из шатра, спустилась с ладьи.

Алваду подали пылающий сосновый факел. Им он поджёг костёр под ладьёй.

Сухие дрова вспыхнули ярким широким пламенем. Поднялся ветер, и огонь охватил всю ладью.

ПУСТЬ РЕШИТ ПЕРУН

Олег знал, что Алвад не примирится с тем, что не он наследовал княжение. У Алвада было много сторонников в дружине.

Олег знал, что рано или поздно недовольные должны что-то предпринять против него.

Перейдя жить в княжеские хоромы, он привёл с собой своих слуг, поселил в доме своих дружинников. Ролаву приказал состоять дядькой при княжиче.

- Игоря береги пуще собственного глаза, - сказал Олег, - чтобы никто ему никакого вреда не причинил и чтобы лихой человек не выкрал его. Трудное дело поручаю тебе, день и ночь как на стороже: днём взора не отводи, ночью спя бодрствуй. Из дому с ним идёшь - без меча не выходи.

- Буду беречь княжича, как велишь, - ответил Ролав.

С тех пор Ролав повсюду таскал мальчика с собой: сам идёт на торг, и Игоря ведёт, в гриднице с друзьями мёд пьёт, и княжича рядом на лавку сажает. На одних мамок редкоредко оставлял. А после того как кто-то, пробравшись на чердак, пытался разобрать потолок над покоем Игоря, да, видно, спугнули, Ролав совсем перестал отпускать княжича от себя.

А перед ночью сам осматривал двор и дом.

Однажды, в начале лета, Ролав вышел в свой обычный дозор и увидел стоявшего на крыльце Олега. Ночь была безлунная. Сияли звёзды. В темноте со всех сторон трещали кузнечики, то поодиночке, то все вместе. А когда они на какое-то мгновение замолкали, то становился слышен глухой гул голосов из гридницы.

- Ишь расшумелись, и сон их не берёт, - сказал Ролав, прислушался. Как будто голос Алвада...

Олег шагнул с крыльца и пошёл тихими, сторожкими шагами к гриднице.

Ролав пошёл за ним.

Неуслышанные и незамеченные, они подошли к дверям гридницы.

Из общего гула голосов явственно выделялся резкий голос Алвада:

- Кто мы - бабы или воины? Сколько будем терпеть?

- Ты начинай, мы поддержим, - сказал густой бас. - Объяви Олегу, что, мол, не желаем тебя князем иметь.

- А может, меч или стрела всё-таки вернее? - возразил кто-то третий.

Ролав схватился за рукоятку меча. Олег остановил его:

- Подожди. Тут я должен драться сам.

Олег вбежал на крыльцо, с шумом распахнул дверь в сени, нарочно гремя мечом, прошёл через сени и рывком открыл дверь в гридницу. Тяжёлая дверь заскрипела, поворачиваясь в подпяточнике.

Олег переступил порог.

В гриднице наступила тишина. Все повернулись к нему.

- О чём речь? - спросил Олег.

- Так, о всяком говорили, князь... - ответил один из дружинников.

Наступила напряжённая тишина.

Олег тяжёлым взглядом смотрел на Алвада, и тот не выдержал. Он вышел из-за стола и встал перед Олегом.

- Говорим, что не по праву ты занял княжеский престол.

Есть люди, более тебя достойные занять его.

- Кто ж это? Ты?

- Хотя бы и я. Я племянник Рюрика, а ты ему - никто.

- Значит, ты, Алвад, хочешь быть князем, нарушив волю усопшего. А ты не боишься?

- Нет.

Олег обратился к дружине:

- Дружина тоже сомневается в моём праве?

Несколько мгновений все молчали. Молчание стало гнетущим. Алвад срывающимся голосом крикнул:

- Ну!

Тихо сказал один дружинник:

- Да, сомневаемся.

- Пусть будет так, - сказал Олег. - Пусть нас с тобой, Алвад, рассудит поединок. Ты согласен?

Алвад оглянулся на дружинников.

Дружина ждала его ответа. Отступать было некуда, и Алвад сказал:

- Согласен.

Олег громыхнул мечом.

- Завтра бьёмся в Перуновой роще. Перун решит наш спор.

ПОЕДИНОК

Утром, едва только рассвело, из детинца выехала княжеская дружина с князем, промчалась по городским улицам и ускакала за город в поле, к Ильменю.

- Что случилось? Или опять кто-то поднялся против варягов? - спрашивали друг друга новгородцы.

Но все спрашивали, и никто не мог ответить на вопросы.

Тревога охватила город. Купцы медлили открывать лавки. Хозяева запирали ворота. На улицах появились какие-то подозрительные люди, которые посматривали за заборы домов побогаче.

- Чего тут думать да гадать? - сказал кузнец Шостак. - Пойду узнаю, куда их понесло.

К Шостаку присоединились сын соседа-плотника, неженатый парень Дудик, и работник купца Берсеня Куря, которого послал хозяин.

Ещё издали они увидели, что княжеская дружина остановилась возле мольбища Перуна, дружинники спешились.

- Жертву, наверное, будут приносить, - сказал Шостак. - Видать, дело нешуточное. Как бы нам, братцы, не попасть им под горячую руку. Давайте-ка по лощине к роще проберёмся и там спрячемся.

- Правильно говоришь, - согласился Куря.

Шостак с товарищами, обойдя справа по лощине прямую дорогу к Перуновой роще, взобрались на поросший молодым березничком холм. Оттуда было видно всё, что происходит возле идола Перуна.

Дружина в боевом снаряжении большим полукругом обступила площадку перед идолом. Несколько человек складывали два жертвенных костра. На правом крыле внутри полукруга стоял Олег, на левом - Алвад.

Задымились разожжённые костры. Когда пламя охватило поленья и поднялось коротким ярко-жёлтым цветком, из толпы дружинников вышли два воина. Они вручили соперникам блестящие жертвенные ножи. Затем другие воины дали каждому по чёрному петуху со спутанными ногами.

Олег опустился на одно колено, прижал петуха к земле, коротко ударил ножом, из петушиного горла хлынула кровь.

Петух затрепетал крыльями и затих. Тогда Олег бросил его в пламя костра.

После этого Олегу подали второго петуха. Всего он принёс в жертву семерых петухов.

Семерых петухов принёс в жертву и Алвад.

Олег и Алвад разошлись и встали друг против друга на расстоянии десяти шагов.

Поединок начался со схватки на мечах.

Ловя движения друг друга, противники боком, выставя вперёд щиты, с опущенными мечами, пошли на сближение.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать