Жанр: Героическая фантастика » Юрий Никитин » Семеро Тайных (страница 22)


На воротах стражи лишь скользнули по нему недружелюбно завистливыми взглядами: ишь какой рослый и широкий, где такие только и водятся, сотню-другую князю в дружину, и соседи бы присмирели...

Олег, стараясь держаться незаметнее, пробирался к центру. Если есть в городе колдун, то обязательно там. Либо при местном властителе, как думают все, а на самом деле правит именно он, либо вовсе не вмешиваясь в мелкие делишки не посвященного в высшие тайны люда.

Куры, что как раз переходили дорогу, внезапно с дикими криками бросились обратно. От их машущих крыльев взвилась тонкая придорожная пыль, воздух стал желтым. На Олега начали оглядываться совсем зло, кто-то пробормотал ругательство.

«От Мрака разбегались собаки, — подумал Олег несчастливо, — потому что видели в нем огромного волка, а от меня разве что куры...»

Вдруг в спину несильно клюнуло. Он оглянулся, непроизвольно дернул головой, и камень или комок сухой земли пролетел мимо. Мальчишка тут же скрылся за высоким забором, но краем глаза Олег видел, как еще двое воровато выглянули в сторонке из-за плетня, в руках камни. Детский срывающийся голосок выкрикнул:

— Рыжий, рыжий!

— Злой колдун! — поддержал другой.

Олег поспешно двинулся посреди улицы, не драться же с детьми. Он не тот древний пророк, что за подобные детские крики наслал на шалунов медведей, и звери разорвали сорок детишек...

Ободренные, незнакомец почти бежит, дети погнались с победными криками. Олег втянул голову в плечи. Камни и комья твердой земли били в спину, попадали по голове. Из окон и из дверей выглядывали взрослые, что за крики, с любопытством и недоброжелательностью смотрели на чужака.

Внезапно кто-то крикнул сердито, град ударов прекратился. Навстречу Олегу шел молодой мужик, очень худой, одет бедно, но с веселым лицом.

— Брысь! — крикнул он снова, стараясь сделать голос грозным. — Вы знаете меня, Горнила Закопченного! Если рассержусь, то рассержусь!.. Я беру этого человека под защиту!

Олег с изумлением оглянулся. Его мучителей как ветром сдуло, только вдали по улице слышался стук убегающих ног, а за плетнями вовсе затихло.

— Благодарствую, — сказал он с облегчением. — Я вижу, тебя здесь боятся. Кто ты?

— Да не боятся, — засмеялся человек, назвавшийся Горнилом Закопченным. — Просто я единственный

кузнец в этой части города. Их родителям я кую подковы...

— Родителям?

— Их коням, — поправился Горнило со смехом, — а детям делаю свистульки из глины. Детям, понятно, за так. Вот и боятся меня рассердить! Пойдем, сегодня мне заплатили за решетку на боярском окне. Я купил еды, прошу разделить ее со мной.

Дом его оказался поблизости, а когда Олег переступил порог, он поразился чистоте и бедности, в которой живет этот молодой кузнец, а еще удивился его постоянной улыбке, еще шуткам, жизнерадостности. Из еды кузнец купил только хлеб, правда свежий, да головку сыра, но в доме нашелся еще кувшин с чистой родниковой водой.

— Люди здесь не злые, — сказал Горнило за трапезой. — Просто наш город стоит вдали от дорог, здесь все друг друга знают. Когда-то его основали две семьи, что решили выбрать эту долину для жилья, потому все здесь одинаково длинноносые, у всех волосы русые, а брови мохнатые и широкие. Ты с твоей шевелюрой как диковинка! Мне отец рассказывал, что есть города и земли, где все люди либо с волосами цвета спелой пшеницы, либо с черными как ночь, а есть даже вот такие рыжие, как ты, незнакомец...

— Твой отец повидал мир, — заметил Олег.

— Да, он был купцом, — ответил Горнило. Глаза его слегка задернуло печалью, самую малость, но Олег заметил, смолчал, только проронил негромко:

— Люди могут быть всякими... Но как придумать так, чтобы стали хорошими?

Горнило скупо улыбнулся, жестом указал Олегу на хлеб и сыр.

— Для сына купца ты живешь небогато, — заметил Олег.

— Купцы бывают разные, — ответил Горнило. — Правда, мой был довольно богатым... Ты ешь, не стесняйся! Я молод и силен, завтра должен перековать тройку коней, так что будут и хлеб, и сыр!

На миг мелькнула мысль унести со стола далекого богача хорошие яства, устроили бы пир с этим добрым человеком, но посмотрел на довольного кузнеца, в сердце кольнуло сомнение.

Не стоит обесценивать дар кузнеца. Так он предложил чужаку половину своего богатства, и когда тот принял, то хозяин чувствует в полной силе свою доброту и щедрость. А появись на столе жареный кабан, щедрые дары кузнеца сразу померкнут.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать