Жанр: Русская Классика » Елена Нестерина » Маленький мальчик нашел пулемет (страница 16)


- Век не забуду... Ее тоже больше нет?

- А вот с ней больше проблем. - вздохнул профессор. - Пока вы стихи эти помните, то есть, они у вас в активной памяти находятся, искаженная реальность может снова вас в себя засосать. Ведь эти гнусненькие дяденьки все ещё разгуливают на свободе и могут отыскать вас. И тогда все начнется по-новой...

- Ой-ей-ей... - Любочка прижала ладошки к щекам.

- Мы начинаем с этим бороться, ребята. Нужно сделать следующее: заполнить вашу память чем-нибудь достойным. И тогда эта информация вытеснит из вашей памяти эти навязчивые стишки и песенки. - произнес профессор. - Но нужно очень напрячь память. Сможете?

- Да! - за двоих ответила Любочка. - Сможем! Потому что домой очень хочется! А от дядьки бегать и прятаться - нет! Что нужно запоминать?

- Сейчас объясню. - сказал профессор. - Ты, Любочка, в какой класс перешла?

- В пятый.

- А ты?

- А я в шестой. - сказал Сережа, не понимая, к чему этот вопрос.

- Перцев, - произнес профессор. - подберите для ребят тексты, соответствующие их школьной программе.

Бородатый лаборант принялся перебирать книги и брошюры. Через некоторое время он протянул профессору две тонкие книги. Профессор прочитал их названия и одобрительно кивнул.

- Так, Любочка, - профессор дал Любочке книгу, - это тебе. Лермонтов, поэма "Бородино". Действуй. Всю поэму ты должна выучить наизусть и рассказать нам. Без запинок и ошибок.

- И тогда можно домой идти? - не очень уверенно спросила Любочка, пролистывая свою книжку. Количество страниц напугало её.

- И тогда наступит наше исцеление? - переспросил Сережа.

- Да. - уверенно кивнул профессор. - Проверено на многих детях. А Сереже вот эта поэма. Тоже выучи её наизусть и расскажи комиссии.

- "Мороз - красный нос"! - прочитал Сережа название и обрадовался тому, что ему достались такие веселые новогодние стихи про Деда Мороза. Супер! Скажите, профессор, а когда я выучу эти стихи и буду вслух произносить их, то я сразу начну в них участвовать?

И улыбнулся, представив, как это будет здорово - среди лета вдруг оказаться на новогоднем празднике!

Однако профессор Ферзик и лаборант Перцев усмехнулись.

- Вряд ли будешь участвовать. - произнес профессор. - Искаженная реальность на такие стихи не распространяется. Потому что на тех кровожадных стихотворениях лежало заклятие злобного поэта. Ведь это он их все написал. А поэму "Мороз - красный нос" создал русский поэт Некрасов. И там речь идет не о кровавых гадостях, а о тяжелой жизни крестьян девятнадцатого века. Так что почитай - и у тебя сразу пропадет желание в том, что там описывается, участвовать.

- Ясно. - ответил Сережа. Он открыл книжку на первой же попавшейся странице и прочитал:

Люблю я в глубоких могилах

Покойников в иней рядить,

И кровь вымораживать в жилах,

И мозг в голове леденить...

"Вот это русский поэт Некрасов! Вот это навернул! - глядя в книгу, вытаращил глаза Сережа. - Не хуже добренького дяденьки! Да уж, никакого у меня желания в этом участвовать нет. Прав профессор."

После этого лаборант Перцев вывел Сережу в коридор и повел в противоположный его конец. Любочку увели в другой кабинет.

- Желаю удачи и скорейшего исцеления! - крикнул профессор, помахав Сереже и Любочке.

...И вот, забыв обо всем, Сережа склонился над книжкой и повторял:

...Не ветер бушует над бором,

Не с гор побежали ручьи

Мороз-воевода дозором

Обходит владенья свои...

Поэма оказалась совсем не про деда Мороза и Новый год, и даже не про мороженых покойников с заледеневшими мозгами, а, как и предупреждал профессор, грустной. У крестьянских детей умер сначала отец, а потом замерзла в лесу мать. И все-таки профессор ошибся - попасть внутрь этого стиха Сереже очень хотелось! Уж он не допустил бы, чтобы все в этой семье получилось так плохо! Он, казалось Сереже, обязательно отыскал и принес бы лекарства заболевшему отцу ребят. Не пришлось бы дедушке долбить мерзлую землю на кладбище - рыть могилу. Нашел бы Сережа родителям бедных-несчастных мальчика и девочки высокооплачиваемую работу, вывел бы тетеньку Дарью из леса и не допустил, чтобы свирепый Мороз-красный нос заморозил её до смерти! Так сильно Сережа переживал за героев поэмы, что незаметно всю её выучил назубок. Выучил - и сам удивился своей скорости. Сережа повторил поэму ещё раз, и при этом честно не заглянул ни разу в книгу. Можно было звать лаборанта Перцева, дежурившего под дверью. Задача выполнена.

- Ты что, правда все уже выучил? - лаборант удивился. - Знаешь, сколько времени прошло? Два часа пять минут. За такой срок поэму целиком не выучить.

- Не верите? - сказал Сережа. - Тогда слушайте!

Он набрал в легкие побольше воздуха и принялся тараторить, точно заведенный. На середине поэмы Перцев его остановил.

- Верю! - воскликнул он, качая головой и почесывая свою смешную бородку. - Вот это да! Ну что, пойдем представимся строгой научной комиссии.

Они вышли в коридор. И тут Сережа увидел странное шествие. Несколько человек, ободранных, раскрасневшихся и запыхавшихся тащили огромный термос из полупрозрачного стекла. Внутри этого сосуда кто-то отчаянно бился и завывал.

- Неужели поймали? - воскликнул Перцев, обращаясь к людям, на лицах которых были следы жестоких обморожений.

- Да. - ответили ему. - Как же он сопротивлялся, сколько народу покалечил... Но теперь все - отпрыгался наш монстр.

Сосуд с бьющимся в нем монстром внесли в лабораторию. Дверь захлопнулась.

- Кого это поймали? - спросил Сережа у лаборанта.

- Ледяного призрака. - ответил лаборант. - Да ты помнишь. Ледок-Белые Штанишки. Страшное морозное чудовище. Завелся на хладокомбинате. Там была утечка газа особо низких температур... Он из газа и образовался. Долго Ледок город один терроризировал. В ледышки всех превращал. Наши ученые туда выехали, привезли его в институт, да только Ледок ухитрился сбежать. Но ничего, опять его отловили...

- А мальчика, которого он в подвальном коридоре заморозил, спасут? Сережу больше это интересовало. Тем более, что он помнил, как это "приятно" - мерзнуть в холодильнике.

- У нас есть врачи, - ответил лаборант Перцев, раскрывая дверь, - они постараются. А из Ледка сделают то, чем ему и положено быть - сухой лед, которым мороженое в коробках перекладывают. Ну, вот и комиссия. Не дрейфь, парень. Расскажи поэму - и шпарь домой! Ни пуха, ни пера!

За длинным столом сидела многочисленная комиссия. Возглавлял её все тот же профессор Ферзик. Но Сережа держался очень уверенно. Да и чего ему было бояться? Ему, успешно убежавшему и от КРАЗа, и от пирующих покойников, да к тому же съеденному крокодилом, ударенному током и взорванному в бензине! Чего он только ни пережил... И теперь он комиссии будет бояться? Сережа вышел на середину комнаты, сосредоточился и, не торопясь, с чувством принялся рассказывать поэму... Никогда его не слушали так внимательно - ни в школе на уроках, ни во дворе, где он рассказывал кровавые стишки. А здесь солидные дяди и тети прислушивались, затаив дыхание.

И Сережа оправдал их надежды - он ни разу не запнулся и не перепутал слова. Произнеся последнюю строчку, Сережа увидел, что все присутствующие встали со своих мест. Раздались аплодисменты.

- Умница, мальчик! - раздавалось со всех сторон. - У тебя отличная память и сильная воля!

- Иди-ка, я тебя осмотрю! - подскочил к нему профессор с фонендоскопом и прямоугольным приборчиком в руках. - И тогда можешь домой отправляться!

Он подвел Сережу к стеклянному медицинскому столику, который притаился за белой ширмой, измерил ему давление, пульс, стукнул резиновым молоточком по коленкам. А затем надел на голову сложную металлическую конструкцию и, глядя на свой прямоугольный приборчик, заявил, что и с мозговой деятельностью у Сережи все в порядке.

- Ты теперь вполне здоровый мальчик! - радостно заключил он. - Ты избавился от вредоносного влияния поэта кровавого жанра. Больше он и ему подобные, которые тоже могут попасться, не причинят тебе вреда и не подчинят своей воле. Только ты уж сам держись, не поддавайся. Если, конечно, тебе этого не хочется. А если уж тебе нравится подобная эстетика...

- Нет! - замотал головой Сережа.

- Верю. - улыбнулся профессор. - Ну, а теперь, Сережа, не смеем тебя больше задерживать. Смело садись в лифт, спускайся на первый этаж - и беги домой!

Сережа попрощался со всеми и вышел в коридор.

"Любочка! - тут же подумал он. - Где же она? Почему я про неё забыл спросить? Загордился, типа поэму выучил - и самый крутой... Она же маленькая, вдруг, не сможет длиннющую поэму "Бородино" всю выучить? Пропадет же девчонка! Надо её искать!"

И Сережа бросился открывать дверь кабинета, за которой, как ему казалось, должна находиться Любочка. Но вместо Любочки он увидел там огромную установку, подсвеченную зеленоватым сиянием. Там плескалась какая-то дряблая разбрюзгшая масса. Старичок в форменном халате наблюдал за ней, изредка кидая в установку крупных бородавчатых лягушек и тут же внося данные своих наблюдений в компьютер. Масса тут же обволакивала несчастную лягушку и с хлюпаньем и чавканьем растворяла её в себе. После лягушек старичок закинул в емкость металлический совок, а затем полено. Разбрюзгшая масса тут же поглотила и полено, и совок. Старичок ухмыльнулся, покачал головой, взял со стола стеклянную бутыль с надписью "Серная кислота" и забросил бутылку своему бесформенному питомцу. Раздалось громкое похлюпывание - и бутылка с кислотой растворилась без следа. Как и не было. Дряблая зеленоватая масса издала довольный всхлюп, а старичок бросился к компьютеру и быстро защелкал по клавишам.

"Вроде, дверь точно эта. - подумал Сережа, завороженно глядя на противное разбрюзгшее чудовище, которое медленно переваливалось с боку на бок за стеклом. - А вдруг Любочка не смогла без запинки поэму рассказать и её в эту гадость превратили?! Или она сама превратилась? Ведь дядькино заклятье ещё имеет силу!"

- Скажите, пожалуйста, что это такое? - смело обратился Сережа к старичку. - Давно оно у вас? И девочку белобрысенькую с красным бантиком вы случайно не видели?

- Ты чего разволновался-то, мальчик? - удивился старичок, не сходя со своего поста. - Что, страшный у нас тут фрукт сидит? А-а... Неделю уже сидит. Выловили из канализации. Жрет все подряд. То есть растворяет. Без остатка. И органическое, и неорганическое. И даже кислоту. А девочки я тут не видел. Загляни в соседнюю лабораторию, может, там у кого спросишь.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать