Жанр: Научная Фантастика » Наталия Никитайская » Правильная жизнь, или Жизнь по всем правилам (страница 5)


- Лена, да ты что?.. Я же не против тебя - я за общую справедливость...

- Ха-ха-ха! - сказала Ленка ядовито, и в глазах ее полыхнул желтый огонь.- Сочувствую вашему сектору,- добавила она, выходя.

В секторе и до ее прихода было тихо, а теперь тишина прямо нависла тяжелая и ощутимая. Сбрендила, свихнулась, спятила... Столбняк, глаза над полем, желтый огонь в Ленкиных глазах, голоса... Да, но поступки-то мои здесь при чем? Что же это выходит? Если ты здорова, то можешь спокойно проходить мимо спаиваемых младенцев или мимо явной несправедливости?..

И ведь проходила же.

Ах, как же мне захотелось увидеть того парня, из автобуса,- увидеть и запустить в него вазой, которой место во дворце, а не в его мещанской квартире. Я так сосредоточилась на этом желании, что на какое-то время мне даже почудилось, будто прямо из грифельной доски, висящей на стене перед моим столом, выплывает его нахальное и почему-то встревоженное лицо. Но только я успела угадать в нем эту тревогу, эту изумленную настороженность, как лицо парня загородила от меня внушительная фигура шефа:

- Да,- сказал он, глядя поверх меня, но обращаясь именно ко мне,недолго же снедал вас трудовой энтузиазм. А ведь я решил было, что сегодня таблицы лягут на мой стол.

У шефа есть одна хорошая черта - искренность.

И сделал он мне выговор не из желания расквитаться со мной за то, что попал в списки опоздавших, а просто потому, что разочаровался во мне.

- Они лягут,- сказала я со слезой в голосе и вышла из комнаты.

Я поступила, конечно, очень невежливо. Однако было бы хуже расплакаться у шефа на глазах. Я ушла в туалет. Заперлась там, сняла очки и поплакала.

Павел, Ленка, подбитый глаз, справедливые упреки шефа... Не много ли?.. Но я и не подумаю сдаваться.

И пусть аккумулируются вокруг меня ненависть и напряжение. Это, разумеется, тяжело. Но не навеки же?

Наступит же день и час, когда меня поймут и поддержат?

Ближе к обеду раскрылась дверь и в нашу комнату вошла Ниночка Яковлевна - соискательница, а заодно и спекулянтка.

Мы все оживлялись, когда приходила Ниночка Яковлевна. И даже если ни одна из принесенных ею вещей не подходила,- какое это было удовольствие, наслаждение: рассматривать, прикидывать, любоваться, ужасаться ценам и в уме подсчитывать ресурсы: сто есть у меня, сто даст свекор, десятку можно выторговать... Вещей Ниночка Яковлевна приносила немного.

Зато что это были за вещи!.. Как они превосходили качеством те, что грудами навалены на прилавках!..

Увидев сумку, которую Ниночка Яковлевна поставила - нет, водрузила! на стол Лидии Мартыновны, я вся закипела радостью. Я потянулась к этому столу, к этой сумке, к самой Ниночке Яковлевне. Я ПОТЯНУЛАСЬ. Но та, другая "я" - чужой человек во мне, который последние дни руководил мною,- тут же меня осадила: "Держись! Быть зависимой от вещей отвратительно, а попадать в зависимость к людям, которые поставляют тебе эти вещи, втройне позорно".

- Ну, что ж ты медлишь, друг прелестный,- проворковала Ниночка Яковлевна, заметив, очевидно, мои колебания,- тут есть кое-что специально для тебя...

Я уткнулась в таблицу.

- Не обращайте внимания, Ниночка Яковлевна,ответила Лидия Мартыновна вместо меня,- у девушки резкий приступ трудолюбия!..

- Трудолюбие - хотя бы и приступами - во много раз предпочтительнее вашего хронического безделья,- ответила я, не задумываясь.

Совсем одурела. Разве можно трогать Лидию Мартыновну? Ее и сам шеф не трогает.

- Слышали?.. - торжествующе возвестила Лидия Мартыновна.- Нет, вы это слышали?! Уже лучшие подруги говорят ей в глаза, что она ненормальная! А ей все равно. И мы тут сидим, терпим. Ко мне уже люди из других отделов приходят, врача советуют вызвать. А я защищаю - как же иначе! - честь мундира... Всех она уже уличила, всем указала, как жить, что делать. Нам пример подает - трудится не разгибая спины. За полгода не могла таблицы обработать, а тут засела... Героиня труда!..

Ниночка Яковлевна озабоченно поводила своей кудрявой головкой: обстановка в секторе ее смущала.

Я молчала, мне нечего было сказать: Лидия Мартыновна все сильно преувеличивала, но по существу была права: прежде я не больно-то утруждала себя работой.

Что ж, теперь приходилось глотать пилюлю.

Николаша подошел ко мне, наклонился, посмотрел прямо в глаза и многозначительно произнес:

- А ведь, скорее всего, ты не больна. Просто с возрастом человек начинает определяться. И ты становишься похожей на Лидию Мартыновну, не замечаешь?

Меня всю передернуло. Быть похожей на Лидию Мартыновну! Только этого не хватало! Да, она тоже кричит и обличает. Но за ее-то криками и обличениями всегда стоит корысть. А я? Мне ведь только нужно, чтобы все было по-честному. Для себя-то мне ничего не нужно.

- Неужели ты не видишь разницы между борьбой за справедливость и интригой, склокой? - удрученно спросила я Николашу.

- Я не вижу разницы между тобой и Лидией Мартыновной.

Пока мы тихо переговаривались с Николашей, Ниночка Яковлевна засобиралась, заторопилась. Я видела, да и все видели, что она уходит из-за меня. Ну и правильно, пускай уходит. И в то время как она собиралась, я успела в популярной форме разъяснить присутствующим, что такое спекуляция, что за нее полагается и как она растлевающе действует и на тех, кто душу готов прозакладывать, лишь бы добыть заграничные шмотки, и на тех, кто наживается столь низким способом. Низким и подсудным.

Ниночку Яковлевну просто вынесло из сектора. Но прежде чем закрыть за собой дверь, она обернулась и отчетливо произнесла:

- Ишь прокурорша нашлась! Да чтоб тебе...

Она не договорила и со страхом захлопнула дверь, потому что я со зверским, видимо, выражением лица ринулась за ней.

Теперь в секторе со мной перестали разговаривать все, кроме Николаши. Бойкот. Их дело. Я не чувствовала за собой никакой вины.

Незадолго до окончания рабочего дня меня вызвал к себе директор. Он долго смотрел на меня, потом негромко спросил:

- Вы хотите продолжать работать в нашем институте?

Я задумалась.

- Не знаю,- ответила я чуть погодя.

- Как это - не знаете? - удивился директор.Вы входите в состав совета молодых ученых, у вас перспективная тема диссертации, вам вот-вот защищаться...

- Вряд ли моя работа заслуживает степени,-сказала я честно.

Кажется, я совершенно сразила директора. Он раскрыл рот.

- Да, если уж начистоту, работа моя никуда не годится. Если бы не помощь шефа, мне не с чем было бы выходить на защиту. Но я не Лидия Мартыновна и не хочу жить за чужой счет.

Директор молчал. Потом раздумчиво произнес:

- Уверен, что вы наговариваете на себя. Кто из нас на первых порах не опирался на опыт и знания своих руководителей...

- Некоторые всю жизнь опираются: сначала на руководителей, потом на подчиненных,- проронила я, имея в виду Горлова.

- Не перебивайте меня,- прикрикнул директор,уроды встречаются, но не о них речь. Речь о вас. Мне кажется, что вы переживаете критический период, когда происходит переоценка ценностей, меняется взгляд на окружающий мир и на себя в этом мире. И боюсь, что вы сейчас смотрите на все сквозь призму максимализма молодости... Хотите, я дам вам пару недель за свой счет? Погода замечательная. Отдохнете. Придете в себя...

- Вы тоже считаете, что я не в себе?! - спросила я.- А ведь могли бы и понять - именно вы могли бы,- что я очень даже в себе. Наверное, впервые в своей сознательной жизни...

- Снимите очки! - вдруг прервал он меня.- Они мне мешают!

Я послушалась. Я вообще забыла, почему я в очках.

- Это что такое?! - спросил директор, глядя на мой синяк.- Наденьте очки!..

- Снимите-наденьте...- проворчала я.

Кажется, он что-то понял:

- Еще одна битва за справедливость?.. Ну-ну...Он откинулся в кресле.А ведь и с лаборантами, и с опоздавшими вы правы. По существу... Форма оставляла желать лучшего...

- Тем хуже для меня,- ответила я не нагло, но как-то ухарски.

Директора передернуло:

- Идите уж...

В тот же вечер я нашла комнату. В огромной коммунальной квартире с телефоном. Съездила за вещами - много брать не стала, самое необходимое на первый случай,- и все. Алексею Палычу оставила телефон с условием, чтобы Павлу не давал, а только сам звонил мне, когда будут известия от свекрови.

Павел следил за моими сборами молча. Наверняка считал мои действия блажью и в серьезность моих намерений не верил. Мне больно было его видеть, и я постаралась поскорее уйти.

Из нового своего дома позвонила Ленке. Сама не знаю зачем. Может быть, надеялась, что она воспользуется моим первым шагом к примирению и покается: мол, сгоряча наговорила обидных глупостей... Напрасные надежды. Ленка повесила трубку.

Я напилась в кухне чаю. Кухня запросто могла бы вместить всю нашу четырехкомнатную квартиру. Соседей было немного. Я, как сумела, удовлетворила их любопытство: рассказала им, кто я и что я. И пошла спать.

Засыпать было горько.

Часть шестая. ГОСТИ

В половине двенадцатого меня разбудил свекор.

Он пришел не один.

Я сидела на краю постели в купальном халате с ощущением не затихшего во сне горя и тупо смотрела на Алексея Палыча и незнакомца.

- Знакомься,- сказал Алексей Палыч,- это мой друг, замечательный человек и экстрасенс...

Интеллигентное, хотя и несколько испитое лицо экстрасенса было исполнено не то душевного, не то желудочного страдания и было вполне симпатично. Я бы рискнула, хотя и с некоторой натяжкой, назвать это лицо одухотворенным.

- Мне тоже нравится ваше лицо,- сказал экстрасенс неожиданно низким и тихим голосом.

Я вздрогнула.

- В вашем лице,- продолжал экстрасенс,- беда. А я люблю людей, которые не избежали испытания бедой. Настоящей бедой, что называется, полновесной,он улыбнулся сочувственно.- Не понимаю пока, что вас больше задело: несостоятельность ваша в любви или несостоятельность ваша в науке... Трудно сказать...

В его проницательности было что-то сверхъестественное.

Я все сидела на кровати, а он принялся расхаживать по комнате, как будто к чему-то принюхиваясь и время от времени разводя руками. Вдруг он замер и стоял так довольно долго: закрыв глаза и сложив руки на груди.

- Да, несомненно,- сказал он через некоторое время.- Кровать нужно поставить сюда. Самое безопасное место здесь.

Я не удержалась:

- Переставлять кровать будете вы с Алексеем Палычем - у меня на это силенок не хватит...



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать