Жанр: Психология » Мэри Нэф » Личные мемуары Е П Блаватской (страница 32)


Архивы МS. содержат следующие дополнительные детали: "Он бегал по улицам и базарам Каира с курковым револьвером, выкрикивая, что я три ночи подряд подсылала ему демонов, едва не задушивших его.

Он ворвался в мой дом с револьвером в руках и обнаружив меня в столовой, заявил, что пришел убить меня, но подождет, пока я закончу свою трапезу. Это было очень любезно с его стороны, и я воспользовавшись этим, заставила его, бросив свой пистолет, стрем-глав бежать из моего дома. Сейчас он заперт в психиатрической лечебнице, и я поклялась навсегда положить конец подобным сеансам " они слишком опасны, а я не настолько сильна, чтобы держать под контролем злые привидения, которые могут досаждать моим друзьям.

Я говорила вам прежде, что этот вид смешанных сеансов с негодными медиумами " настоящий водоворот дурного магнетизма, где так называемые духи (злые кикиморы!) буквально пожирают нас, как губкой впитывают наши жизненные силы и низвергают нас до своего уровня. Но вы никогда не поймете этого, не прочитав хотя бы часть того, что написано по данному поводу". [22]

Как это опасно не только для присутствующих, но и для медиума, следует из письма Е.П.Б. своей сестре Вере, написанного в Каире: "Моя подруга, молодая англичанка " медиум, стояла, записывая что-то на листках бумаги, опершись на древнее египетское надгробие. Карандаш ее выводил какую-то тарабарщину.., как вдруг из-за ее спины я заметила, что записи она начала вести на русском языке. Я вовремя успела помешать ей уничтожить этот листок бумаги, как она уничтожила остальные. Каково было мое удивление, когда в ее записях я обнаружила обращение к себе по-русски!

" Барышня, милая барышня, помоги, о помоги мне, несчастной грешнице! Я страдаю, пить, пить, дай мне пить!.."

Бедная девушка, едва написав по-русски адресованные мне слова, вся задрожала и попросила напиться. Ей принесли воду, но она отвергла ее и продолжала просить пить. Тогда ей предложили вина, и она жадно выпила один за другим несколько стаканов, а затем к ужасу окружающих забилась в судорогах с криком "вина, пить!" потеряла сознание. В таком состоянии ее отвезли домой в экипаже. Несколько недель после этого она была больна". [20, с.129, 130]

Мистер Синнет писал: "Последовали новые сплетни и скандалы. Негодяи, посещавшие "Спиритуалистическое Общество" из любопытства, убедившись в его полном провале, обратили все это себе на пользу. Высмеивая идею феноменов, они провозгласили их мошенничеством и шарлатанством. Умело извращая факты, они не останавливались ни перед чем, пытаясь представить дело так, что медиумы не оплачивались Обществом, а сама мадам Блаватская наживалась на них, выдавая шарлатанские трюки за настоящие феномены.

Беспочвенные наговоры и слухи, распространяемые ее врагами, в основном уволенными "медиумами-француженками" не помешали госпоже Блаватской продолжать свои изыскания и доказывать каждому честному исследователю, что ее необыкновенные способности ясновидения есть непреложный факт, ее умение передвигать предметы при помощи взгляда с годами возросло.

М.Г. Яковлев, посетивший в то время Египет, писал: "Однажды я показал ей закрытый медальон, изготовленный в Москве. В нем был портрет одного человека и прядь волос другого, о нем знали очень немногие. Не прикасаясь к нему, она сказала мне: "Это портрет вашей крестной, а прядь волос принадлежит вашей кузине. Обе уже умерли". Затем она стала описывать их, как будто они были перед ее глазами. Как могла она это знать!" [20, с.126, 127]

Доктор Роусон писал, что Е.П.Б. говорила графине Казиновой, "что она разгадала по крайней мере одну из египетских тайн и продемонстрировала это, выпустив змею из сумки, спрятанной в складках ее платья". [22]

Полковник Олькотт говорил: "Я узнал от очевидца, что во время пребывания Е.П.Б. в Каире в ее комнате происходили самые необыкновенные феномены, например, настольная лампа перемещалась по воздуху с одного стола на другой, как будто кто-то нес ее в руке; тот самый таинственный Копт вдруг исчезал с дивана, на котором он сидел, и много других чудес". [18, т.1, с.23]

Что касается ее писем к сестре того времени, то по свидетельству господина Синнета часть их состояла из листков, вырванных из записной книжки и исписанных карандашом. Странные события, о которых говорится в них, были зафиксированы на ходу " в тени великой пирамиды Хеопса или в склепе Фараона. Оказывается, госпожа Блаватская была там несколько раз, а однажды с большой компанией, где было несколько спиритуалистов. Некоторые удивительные феномены, затем описанные ее компаньонами, произошли в пустыне средь бела дня, когда они расположились на какой-то скале; в других же записях госпожи Блаватской упоминается странное видение, наблюдаемое в непроглядной тьме царского склепа, где она в одиночестве провела ночь, уютно устроившись внутри саркофага". [20, с.129]

Выполнив различные поручения, она упоминает о Греции, Сирии, Константинополе и "некоторых других местах " она навестила свою семью, ненадолго остановившись в Одессе. В 1872-73 годах она ездила с фортепианными концертами по Европе под именем "Мадам Лаура". Согласно утверждению своего кузена, графа Витте, она какое-то время дирижировала придворным хором короля Сербии Милана. Доктор Корсон говорил: "Моя мать рассказывала, что Е.П.Б. импровизировала за пианино, демонстрируя при этом такое редкое мастерство, как будто ею руководил дух". [21, с.33] Это было в Итаке, Нью-Йорке в 1875 году.

Полковник Олькотт писал: "Она была великолепной пианисткой, ее игру отличала эмоциональность, выразительность, совершенство. Ее руки были идеальной моделью для скульптора, когда

летая по клавиатуре, извлекали из нее божественные звуки. Она была ученицей Мошеле и еще девочкой в Лондоне исполняла на благотворительном концерте с Кларой Шуман и Арабеллой Годдард пьесу Шумана для трех фортепьяно. Некоторое время спустя я узнал от членов ее семьи, что незадолго до ее приезда в Америку, Е.П.Б. предприняла концертное турне по Италии и России под псевдонимом "Мадам Лаура".

За все время нашего знакомства она играла очень редко...

Временами, поглощенная общением с одним из Махатм, она играла особенно красиво. Сидя в сумерках за прекрасно звучащим инструментом, она исполняла такие импровизации, что их можно было принять за Гандхарвов или небесных певчих". [18, т.1, с.458, 459]

Е.П.Б. писала Синнету: "В марте 1873 года из Одессы отправилась в Париж вместе со своим кузеном Николаем Ганом [сыном дяди Густава Гана (брата отца) и графини Адлерберг], остановилась, по-моему, на Университетской улице, д. 2, затем в июле этого же года поехала, как было приказано, в Нью-Йорк. С этого момента пусть люди знают все. Все открыто". [14, с.153, 154]

Доктор Л.М.Маркет из Нью-Йорка, встречавший ее в тот момент в Париже, писал полковнику Олькотту 6-го декабря 1875 года: "Я виделся с ней почти ежедневно, и проводил много времени в ее обществе, когда не был занят с больными и не посещал лекции... Она много рисовала и писала, редко выходя из дома. У нее было немного знакомых, среди которых М. и мадам Леймер".

[18, т.1, с.28]

После того, как мадам Блаватская уехала из Одессы в Париж, ее семья, естественно, была удивлена ее внезапным отъездом в Нью-Йорк. Ее сестра Вера говорила: "Мы, ближайшие родственники, впервые услышали упоминание об этих загадочных существах [Учителях] в 1873-74 гг., когда она обосновалась в Нью-Йорке. Дело в том, что ее отъезд из Парижа в Америку был таким же внезапным, как и необъяснимым, поскольку она никогда не объясняла, что руководило ею, и только через много лет она сказала нам, что эти самые Учителя приказали ей сделать так, не называя причины. Она объяснила, что раньше не упоминала о них, т.к. считала, что мы не поймем, не поверим и похоже, что так". [15, декабрь, 1894]

По словам полковника Олькотта: "Е.П.Б. говорила мне, что она приехала в Париж, чтобы обосноваться там на некоторое время под покровительством своего родственника, но однажды получила от "Братьев" повелительный приказ ехать в Нью-Йорк и ждать дальнейших распоряжений. На следующий день она отплыла, почти не имея денег, кроме как на билет". [18, с.20]

Произошло одно характерное событие, описанное Вильямом Джаджем в "New York Times" от 7-го января 1889 года: "Она прибыла в Гавр, имея билет первого класса до Нью-Йорка и денег один-два доллара. Во время посадки она увидела на пристани бедную женщину с двумя детьми, всю в слезах. "Почему вы плачете?" " спросила она. Женщина ответила, что муж прислал ей из Америки деньги на дорогу, и на них она купила билеты четвертого класса, оказавшиеся фальшивыми. Находясь в незнакомом городе без гроша в кармане, она не знала, где теперь искать мошенника, так бессердечно обманувшего ее.

"Пойдемте со мной", " сказала Блаватская, и обратившись к агенту пароходной компании, попросила поменять ее билет первого класса на билеты четвертого класса для себя и женщины с детьми. Тот, кому доводилось пересекать океан на палубе среди толпы эмигрантов, оценит подобное самопожертвование женщины с обостренными чувствами, свойственное немногим". [25, с.147]

ГЛАВА 25

ЭПИЗОД С МИТРОВИЧЕМ

В мемуары, написанные Синнетом под названием "Эпизоды из жизни г-жи Блаватской", он хотел включить "Эпизод с Митровичем", но она непреклонно против этого возражала.

" Я никогда не буду писать ни про "эпизод с Митровичем", ни про какие-либо другие подобные эпизоды, в которых замешана политика, или которые являются тайной других, ныне умерших людей. Это мое окончательное решение. Если вы захотите сделать свои мемуары интересными каким-нибудь иным способом, делайте, и я вам помогу. Все, что вы пожелаете из событий после 1875 года. Вся моя жизнь после этого времени была открыта обществу, за исключением часов моего сна, я никогда не оставалась одна. Я готова опровергнуть любое обвинение, выдвинутое против меня". [14, с.148]

Когда она получила письмо, адресованное ей, "госпоже Митрович", она спокойно отрицала: "Это новое письмо " вымогательство и хулиганство... Что эта подлая клика думает, я не знаю, но что думает Куломб, я ясно вижу, ибо это старая-старая история... А теперь этот адрес: "Госпоже Митрович, иначе госпоже Блаватской" " это клевета и хулиганство, шантаж, вымогательство, чтобы вы ни говорили. Невоздержанные на язык люди никогда не перестанут твердить, что все мужчины, когда-либо приближавшиеся ко мне, начиная с Мейендорфа и кончая Олькоттом, были моими любовниками... Но я считаю, что если адвокат или адвокаты, опираясь на сплетни г-жи Куломб, пишут такое оскорбление, которое означает не только проституцию, но и двоемужество, то это означает их желание опозорить человека. Прошу показать это нашему юристу, чтобы он поставил их на место и сказал им..., если они письменно не извинятся, то я подам на них в суд за клевету". [14, с.188, 189]



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать