Жанр: Детектив » Элла Никольская » Русский десант на Майорку (Русский десант на Майорку - 3) (страница 13)


Надо полагать, Лиза знает цену местным кавалерам, а молодых шведов и прочих здесь и в помине нет, не сезон... Что за чушь, право, лезет в голову... Но поссорился он с ней утром зря, не надо бы...

В полицейском участке возле двери, ведущей к начальнику, сидела Марина.

- А ты ещё зачем? - даже не посчитала нужным скрыть, что неприятно удивлена.

- Лизу ищу, - не растерялся Павел, - Она здесь где-то. Вчера специально за ней приезжали, опять просят переводить.

- Не понимаю, - пожала плечами Марина, - Переводить и я могу, уж наверно получше, чем полиглотка твоя. Я, кстати, здесь полчаса, но её не видела.

- Может, ещё не доехали, - как бы забеспокоился Павел, - Подожду на улице. Кстати, паспорт Горгулова у тебя?

- У меня. А что?

- Да так. Ты его в полицию не отдала разве?

- Только показала - и обратно взяла. Мне же тело сопровождать, чтоб его.

Маргариту он успел перехватить прежде, чем она вошла в участок.

- Пойдем в бар, - позвал он в надежде, что она откажется, и тогда можно будет просто посидеть на скамейке. Рамбла - коротенькая улочка-бульвар - манит тенью, располагает к разговорам по душам. Маргарита, однако, предпочла бар, и он, вздохнув про себя, мысленно пересчитал оставшиеся деньги. И отправились все в тот же Босх, минуя прочие, с раннего утра работающие заведения. Однако именно вожделенный этот бар не готов был принимать гостей: двое мужчин в длинных, до земли белых фартуках передвигали столики, выметали из-под них мусор. А тенистый бульвар вот он, рядом, и Павел с белокурой, по-утреннему свежей дамой расположились-таки на одной из скамей, которая при ближайшем знакомстве оказалась каменной, а потому крайне неудобной.

- Ну что, Паульхен, что, сынок? - спросила Маргарита, и этот иронический тон был, пожалуй, единственно верным в данных обстоятельствах. Не в мексиканском же сериале они, на самом деле. Цивилизованным людям ни к чему лить слезы и заламывать руки. А если у взрослого, трезво мыслящего человека, каким считает себя Павел, все же щемит сердце, то по единственной причине: он горячо любил ту, которую считал матерью, а её уже нет на этой земле и не заменит никто. Похоже, что никто и не собирается: взгляд Маргариты ласков и, как было уже сказано, слегка ироничен, к выражению чувств не располагает.

- Ингрид улетела?

- Да. - вздохнула Маргарита, - Теперь увижу её только на рождество. Если она захочет приехать...

- Может и не захотеть?

- Кто знает... Первая любовь - и такое потрясение. Ее чувство оскорблено, обожжено. Поверила она мне или только сделала вид - не могу поручиться. Твоя младшая сестра - человек сложный.

Опять она о родстве. Видимо, именно в это утро Павлу Пальникову суждено проникнуть во все семейные тайны. И причина ясна: та, что готова их раскрыть, хочет загородиться прошлым, далеко, кажется, не безупречным, от ещё более непривлекательного настоящего... Что ж, Павел терпелив и выслушает её, тем более, что времени много...

Глава

Из какой вы семьи, господин Пальников? Этот вопрос задал ему когда-то один подследственный, вернее - подозреваемый. Вальяжный такой господин, похожий с виду на Чехова Антона Павловича - то бишь на эталон российского интеллигента, а на самом деле человек дурной, непорядочный, хотя, по законам божеским и человеческим, никак не преступник. Просто старый греховодник, и грешки его двум женщинам и одному мужчине стоили жизни, однако судить его оказалось не за что. Что-то в манерах следователя не устроило этого барина, вот и задал Павлу такой странный вопрос, да ещё глянул при этом высокомерно, вскинув голову. А, может, просто пытался получше рассмотреть Пашину физиономию сквозь сползающие с носа очки. Что тогда Павел ответил? Запамятовал, не больно много значения придавал собственному происхождению. Какая разница, кто из рабочих, кто из крестьян, а кто ещё откуда-то...

Теперь, пожалуй, он считает иначе. Корни - это главное, вот как ему теперь представляется. Слушает пространный рассказ Маргариты - и прикладывает к обстоятельствам своей жизни, к поступкам и чувствам. Вроде как в фильме "Обыкновенное чудо" - это не сам король виноват, а тетушка его по материнской линии... Неужели мы так похожи на своих предшественников, и на кого из них именно, и почему?

Кстати, Маргарита, если присмотреться, не так уж повторяет Гизелу. Внешнее сходство несомненно - черты лица, руки, походка. Но вот когда говорит, рассказывает, смеется - все, все другое.

- Пауль, Пауль... Уехала я из Москвы - и дня так, минуты не проходило, чтобы я тебя не вспоминала, мучилась невыносимо...

- Но Макс всегда был рядом, правда? Утешал...

Маргарита неожиданно взяла его руку, сжала пальцы.

- Не надо, Паульхен. Ты ведь все у Ингрид выспросил, и подружку свою любознательную подключил, глупая девочка все вам и выложила, как на духу. Вы ей понравились. Напоследок ещё привет вам передала. А вы вдвоем - как это? - Лиса Алиса и кот Базилио. Хи-итрые...

Поморщилась неодобрительно. Обвели, мол, девочку вокруг пальца... А что, собственно, произошло?

- Ну узнал я, что вы с Максом не поженились, ещё про мачеху свою Ингрид рассказала. Тоже мне, военная тайна.

- Я бы и сама тебе рассказала, но ты нетерпелив.

- Зато обо всем, что касается убийства, твоя дочь молчала, как партизанка. Не так уж она простодушна, имей в виду.

- А вы и об этом у неё допытывались? Зачем? Почему ты вообще полез в это дело? На отдыхе, за границей...

Вот тут Павел готов был с ней и согласиться, но что-то

тянуло его перечить этой женщине. Может быть, её вновь обретенная самоуверенность, небрежные нотки в голосе. Не должна она так с ним разговаривать!

- У тебя ко мне счет, сынок? Плохая мать, бросила тебя. Правда, плохая... Если бы не бросила - лучше было бы? Кто знает? Сам ведь говорищь - Гизела тебе роднее... Я ушла - и вы все трое были без меня счастливы, все выиграли. Только я в проигрыше, да и то как посмотреть.

Маргарита помолчала, Павел её не торопил. Она права, все к лучшему. Пусть рассказывает, ей надо выговориться, а другого случая может и не быть.

...Это был удар - когда выяснилось, что их брак, заключенный в посольстве Западной Германии в Москве, недействителен. Но Макс и правда собирался разводиться - детей у них с женой не было, что бы его держало? Еще и старше она на десять с лишним лет. Денег к тому времени он заработал порядком - не зависел уже от её папаши, мог открыть свое дело... А вот же не развелся. Она не скандалила, не грозила, нет, просто плакала, не просыхая. Он не решился. Ничего плохого от неё никогда не видел - и обидеть не смог. Так и сказал Маргарите - люблю тебя, но остаюсь с нею. А ты остаешься со мной...

Сначала она взбунтовалась - он же разбил её семью, заставил бросить ребенка! Нет, я его не виню - заставить нельзя, я сама... Потом смирилась. Обе они смирились, и жена, и Маргарита. Так и живут по сей день. Правда, детей Маргарита ни за что не хотела - это была месть Максу, он мечтал о ребенке. Но время шло, надвигалось одиночество - тогда-то на свет появилась Ингрид. Но на неё Максова жена руку наложила, заставила назвать своим именем, и чтобы жила у отца. Пусть, лишь бы девочке было хорошо, правда?

Ее рассказ неожиданно тронул Павла - собеседница не выставляла себя жертвой, в самом деле - кто уж так пострадал? Не он сам, это точно: у него было счастливое детство, рос в семье, где царили любовь и согласие. Было бы так, если бы не Гизела, а её дочь, холодная и рассудительная, жила в московской квартире? Ведь это сама она предпочла делить этого коварного Макса с другой женщиной, не пожелала уйти, устроить жизнь иначе? Значит, сочла за лучшее - он, должно быть, её неплохо содержит. Или, правда, любовь?

- У тебя есть работа? - спросил Павел как бы не о самом главном, но на самом деле как раз важном для понимания происходящего.

- Конечно. Я эксперт по драгоценным камням. Как Макс, - ответила Маргарита не без гордости, - Для этого пришлось закончить специальные курсы. Хорошая профессия: приглашают на аукционы, на выставки, иногда, представь, на полицейские расследования. У меня независимый доход, уже давно. Хочешь спросить, почему не ухожу от Макса? Уходила - и возвращалась, другие оказывались хуже. Мы с ним вместе больше двадцати лет, это чего-то стоит. Любовь не только из поцелуев состоит, а ещё из дней и лет...

- Тебе видней, - холодно отозвался Павел, ему и нравилось, что Маргарита не позволяет себя жалеть, и раздражало почему-то, - Антонио в эту идиллию как-то не вписывается...

- Ты находишь? - Маргарита засмеялась, но смех прозвучал деланно, - Я бы тебе объяснила, не будь ты мой... близкий родственник...

А это её уже занесло. Не так все просто, и бравада, видно, дается нелегко.

- Кстати, об Антонио, - как бы спохватился Павел, хотя ни на миг не забывал, - Пора его выручать. Ты хотела пойти в полицию...

- Хотела? М-мм. Не сказала бы. Но пойду. Неприятное занятие - искать преступников. Почему ты его выбрал?

Действительно, почему? По глупости. Коньков присоветовал, старый романтик. Отец был против - но женщине, задавшей вопрос, знать об этом не обязательно, и, решив не отвечать, Павел увел беседу в сторону:

- Кто все же убил Горгулова?

- Должно быть, женщина, что была у него в комнате. Ингрид видела её потому и побежала дальше по балкону. А та вскрикнула, когда Ингрид внезапно появилась на пороге. Я не хотела, чтобы расспрашивали Ингрид, потому и промолчала - мало ли что могло всплыть... Теперь можно.

Женщина? Не позволил бы здоровенный амбал убить себя какой-нибудь бабенке, с ним и мужик не каждый сумел бы справиться. Хотя - что там говорила Лиза? Точный удар, ювелирная работа. Нож... Откуда он, кстати, взялся?

Маргарита смотрела выжидающе.

- Странное дело, - пробормотал следователь, - Не того убили, не тот убил...

Он расправил салфетку, достал авторучку, изобразил с трудом - рыхлая бумага мялась под шариком - три длинные параллельные прямые:

- Смотри, вот общий балкон, вот коридор, тоже один на всех.

Пространство посередине обозначало комнаты - сколько их?

Маргарита взяла ручку, уверенно поперечными линиями разделила полосу на квадраты, получилось их шесть.

- Шесть комнат на этаже?

- Да. Крайняя слева пустует - естественно и заперта с обеих сторон. Следующая - та, где были мы с Антонио. За ней - как раз средняя, комната, в которой произошло убийство. Дальше по коридору - вот здесь - помещается пожилая шведская пара, а в последней слева пожилой англичанин или, может быть, тоже швед, а то и немец, кто его разберет. Я его пару раз видела, но не разговаривала.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать