Жанры: Иронический Детектив, Боевики » Фредерик Дар » Безымянные пули (страница 14)


Глава 13

«К. И. В.» означает «Компания по импорту вин». По крайней мере, так мне сообщает медная табличка, прибитая к двери дома сто четыре по улице Лафайет.

Рядом находится большой склад, земля вокруг которого потемнела от разлитого вина. Парни в кожаных фартуках перекатывают бочки.

Я вдыхаю мощные винные пары, прежде чем постучать в застекленную дверь кабинета. Сердитый голос приглашает меня войти. Захожу в комнату, похожую на аквариум, но никого в ней не вижу. Осматриваюсь и наконец обнаруживаю нечто черное, согнувшееся у ящика картотеки. Черная штука вдруг распрямляется и оказывается особой лет шестидесяти, похожей на аиста в трауре, явно оставшейся девственницей.

У нее на носу пенсне, как на старинных фотографиях, а на затылке пучок размером с ананас.

– Что вам угодно? – спесиво спрашивает она.

– Справочку.

Ставлю на стол бутылку из-под кьянти:

– Это ваше?

Она сует свой острый нос в бутылку и заявляет:

– Несомненно. А что? Вы хотите предъявить рекламацию?

Я вытаскиваю свое удостоверение и показываю ей. У нее захватывает дух.

– Что случилось? – осведомляется она.

– Представьте себе, я вбил себе в голову найти того, кто выпил эту бутылку...

Оказывается, старуха не страдает размягчением мозга. Не говоря ни слова, она смотрит на номер и, бормоча его, идет свериться с регистром.

Она перелистывает толстенную книжищу, высунув язык, что делает ее похожей на хамелеона.

– Эта бутылка была отправлена во франко-итальянский магазин на бульваре Барсес, – говорит она.

– Спасибо..

Я забираю бутылку.

– Всего хорошего, мадемуазель...

В тот момент, когда я выхожу за дверь, она не выдерживает.

– Господин комиссар... – бормочет она.

– Да?

– Произошло убийство? – спрашивает старая дева, предвкушая захватывающий рассказ.

– Нет, – отвечаю, – изнасилование... Она содрогается.

– Какой ужас! Как это произошло?

Сказываются шестьдесят лет воздержания.

– Садист лишил старую деву невинности при помощи ножа для колки льда, – небрежна говорю я. – Это было жутко..

И отваливаю, сдерживая сильное желание заржать, в то время как старуха захлебывается слюной.


Хозяин магазина – толстый брюнет, разговаривающий с великолепным пьемонтским акцентом.

Я ему показываю бутылку, удостоверение и свои глаза. Все это убеждает его энергично сотрудничать с полицией.

– Ету бютильку, – говорит он, – я знаю. Я продаль ее с мнёго дрюгих в дом стё двенадцать, булевар Рошешуар. Етот клиента пиль много кьянти Каждый неделью я посылаль ему штюк сорок...

Этот итальянчик просто льет бальзам мне надушу. Будь он чисто выбрит, я бы его расцеловал.

– Фамилия клиента?

– Дупон...

Мне требуется несколько секунд, чтобы понять, что он хотел сказать «Дюпон».

Дюпон! Анджелино не очень напрягает воображение, когда выдает себя за француза3.

– Вы знаете этого малого?

– Ньет. Я знаю толькЕ его слюжанка. Ето старая итальянка.

Он описывает ее, и я без труда узнаю милейшую Альду. Сейчас она интересует меня больше всех прочих женщин.

– Все совпадает, – говорю я. – Значит, так, старина, вы меня никогда не видели. Мне кажется, это избавит вас от многих неприятностей

Он становится серо-оранжевым.

– Мадонна! – шепчет он.

Он готов шлепнуться на задницу.


Теперь я могу улыбаться. Анджелино очень умен, но, как и все люди, совершает ошибки. Эта бутылка кьянти доставит ему немало неприятностей. Это мне говорит мой палец, а он в данном вопросе спец, поверьте мне.

Я отправляюсь на бульвар Рошешуар. Дом сто двенадцать рядом с большим кафе. Консьержка сообщает, что месье Дюпон живет на втором.

Анджелино питает к нижним этажам слабость. Может, он астматик, может, хочет жить поближе к выходу.

Я поднимаюсь и решительно нажимаю на звонок.

Проходит несколько секунд, прежде чем дверь открывается. Я ожидал оказаться нос к носу с Альдой или с амбалом вроде Мэллокса, но сильно ошибаюсь.

При нашей работе надо быть готовым ко всему.

Особа, держащаяся за открытую дверь, первоклассный кусочек. Не знаю, видели ли вы в журналах фото Мисс Вселенной? Так вот, эта девочка – Мисс Вселенная, умноженная на десять тысяч. Посмотреть на нее – все равно что съездить на Капри.

Представьте себе киску среднего роста, но так сложенную, как не мог себе представить и Леонардо да Винчи. Грудь, сразу вызывающая желание ее потрогать, горящие глаза, влажные губы, готовые к поцелуям, черные волосы и великолепная кожа янтарного цвета. Щечки напоминают оттенок некоторых провансальских фарфоровых вещиц. Она одета в красное платье, а запах ее духов отправляет прямо в рай.

– Что вы хотите? – спрашивает она меня. На ее полных губах расцветает легкая улыбка. Когда в моем жизненном пространстве появляется куколка с такой фигуркой и мордашкой, я чувствую, что у меня разжижается спинной мозг, и совершенно забываю, как течет Сена: то ли с запада на восток, то ли с юга на север...

– Увидеть месье Анджелино, – отвечаю. Я проглатываю слюну. У меня в горле как будто пачка ваты.

Ее улыбка становится шире.

– Вы, должно быть, ошиблись этажом, – отвечает она. – Во всяком случае, я не знаю человека с таким именем.

– Вы в этом уверены?

Ее улыбка мгновенно исчезает.

– Но, месье... – строго говорит она.

– Ладно, – быстро перебиваю я. – В таком случае я хочу сказать пару слов месье Дюпону.

– Кто его спрашивает?

– Двоюродный плетень забора Люка; того самого, у

которого на велике нет клапана. Понимаете, что я хочу сказать?

Ее классически прекрасное лицо краснеет, и она собирается резко захлопнуть дверь, но я привык к таким реакциям, и моя левая нога блокирует створку.

– Ну знаете! – возмущенно кричит она. – Вы нахал! – Она оборачивается и зовет: – Шарль!

Появляется здоровый малый. Он похож на футбольного вратаря и, как вратарь, одет в свитер со скатанным воротом.

Его волосы подстрижены бобриком, нос немного набок, глаза маловыразительны. – Я тут, – говорит он.

– Займись этим человеком, – велит прекрасная брюнетка. – Мне не нравятся его манеры...

Она отходит от двери в прихожую. Вратарь смотрит на меня.

– Вам кого?

– Месье Дюпона.

– Это я, – заявляет он.

– Я так и думал, – усмехаюсь я.

– Так чего вам надо?

– Мы можем поговорить?

– О чем?

– О том, о чем вы знаете, и о том, о ком вы думаете... За этим я и пришел...

Насмешка и ирония до него доходят туго. Он хмурит брови, спрашивая себя, издеваюсь я над ним или что...

Я переступаю через порог.

– Заходите, – говорит он запоздало. – Мне нужно срочно поговорить с Анджелино, – заявляю я. – И чем скорее я окажусь перед ним, тем быстрее вы избавитесь от моего присутствия.

– Анджелино? А кто это такой? – удивляется он. Красавица выражала свое изумление просто великолепно. У этого примитива так не получается. Он так же силен в искусстве притворства, как грудной младенец в игре в белот.

– Не притворяйтесь удивленным, – ворчу я. – Бегите сообщить итальяшке, что один его кореш хочет ему сообщить нечто ультраконфиденциальное.

– Это... это сделать трудновато, – говорит он. Мои нервы не выдерживают.

– Зато это легко, – отвечаю я и бью его кулаком в пузо. Вратарь складывается пополам. Он не ожидал, что разговор при мет такой оборот.

Не давая ему времени прийти в себя, я отправляю свое колено в его причинное место. Он визжит как поросенок и валится на пол. Я кончаю с визгом ударом каблука по шее.

Хотя это маленькое представление было быстрым, оно произвело некоторый шум, тем более что вратарь при падении опрокинул вешалку.

Вновь появляется сирена с огненными глазами. В руке она держит пистолет, который, кажется, намерена использовать против меня.

– Стоп! – кричу я. – Вокруг полно народу, девочка? Выстрел привлечет внимание и доставит тебе массу неприятностей, особенно если попадет по назначению.

Она стоит неподвижно, держа палец на спусковом крючке. Если тот чувствителен, то в самое ближайшее время со мной может случиться небольшая неприятность.

Внезапно я падаю вперед.

Она стреляет. Пуля рикошетом отлетает от стены.

Я качусь, как бочка, в ее сторону и сбиваю ее с ног. Именно в этот момент она открывает огонь снова.

Мне удается вывернуть ей руку, и пули летят в плиточный пол. Наконец я вырываю пушку из ее пальчиков.

– Ладно, – говорю, – а теперь побеседуем. Она не отвечает и прикусывает свое запястье, глядя в одну точку. Я прослеживаю за направлением ее взгляда и замечаю, что одна из пуль случайно влетела в затылок вратаря. Впрочем, случайно или нет, ему от этого не легче.

– Я его убила, – недоверчиво говорит она.

– Что-то вроде этого, – подтверждаю я. – Вот что бывает, когда красивая женщина начинает играть с огнестрельным оружием.

– Шарль, – бормочет она.

– Звать его бесполезно, – объясняю я ей. – Я еще ни разу не видел, чтобы покойник беседовал с дамой.

Сунув в карман ее пушку, я встаю на ноги и галантно протягиваю красавице руку, чтобы помочь ей подняться. Она, не подумав, берется за мою клешню, но, встав, отдергивает руку так быстро, как будто это гремучая змея.

– Я вас арестовываю по обвинению в убийстве, – объявляю я самым что ни на есть служебным тоном.

Я говорю себе, что девочка в квартире одна. Если бы тут был кто-то еще, он бы обязательно вылез после морской битвы такого масштаба. А раз она одна, я воспользуюсь этим, чтобы ее исповедовать.

– Где Анджелино? – спрашиваю я ее.

– Я не знаю... о ком вы говорите, – бормочет брюнетка. Вовремя спохватилась!

– Я говорю о толстом макароннике, у которого есть жена с очаровательным именем Альда.

– Не знаю такого.

Тут меня охватывает ярость, а в таких случаях я похож на вышедшую из берегов Гаронну: сметаю все на пути.

Забыв про пол и красоту собеседницы, я влепляю ей двойную пощечину – туда-обратно, – которая оглушает ее и заставляет пошатнуться. Я хватаю ее за плечи в тот момент, когда она начинает падать.

– Где Анджелино? – повторяю я. Она мотает головой. Упрямая девчонка.

– О'кей, – говорю, – я знаю занимательные трюки, делающие красивых девушек очень разговорчивыми. Таща ее за руку, обхожу квартирушку. В ней две спальни, кухня, столовая, гостиная и ванная. На кухне и на столе в столовой стоят бутылки кьянти. Хорошенько поискав, нахожу пару ножниц.

– Приди в себя, – говорю я девчонке, – и раскрой пошире уши. Предлагаю сделку: или ты ответишь на мои вопросы, или я обрежу тебе космы по самую черепушку. Ты уже видела лысых шлюх? Если нет, могу уверить, что зрелище малопривлекательное.

Я хватаю малышку за волосы.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать