Жанр: Фэнтези » Дэвид Дрейк, Эрик Флинт » В сердце тьмы (страница 31)


Глава 11


Ровно через две недели после прибытия Велисария в Каушамби малва наконец решили заплатить установленную им цену. Учитывая все обстоятельства, Велисарий был доволен собой. А что касается предательства, он считал, что заключил удачную сделку. В особенности для новичка.

Нанда Лал тоже так думал.

— Ты подобен торговцу лошадьми, — усмехнулся чиновник малва. Он идеально говорил на греческом. На то, что язык был для него не родным, указывал очень слабый акцент и абсолютно правильное использование грамматики. Нанда Лал снова усмехнулся — Ты уверен, что ты — только полководец?

Велисарий кивнул.

— Я был солдатом всю взрослую жизнь. Но рос я в сельской местности. Крестьяне по своей природе умеют торговаться.

Нанда Лал рассмеялся. Очень открытым, сердечным смехом. На Велисария он произвел впечатление. Он думал, что никогда в жизни ему не доводилось встречать лучшею лжеца, чем Нанда Лал. И такого, чья душа так не соответствовала внешнему парадному мундиру.

Официально у Нанда Лала имелось много титулов.

Во-первых, он был одним из анвая-прапта сачива. Фраза приблизительно переводилась, как «занимающий пост министра по наследству». Это означало, что Нанда Лал принадлежал к самой эксклюзивной из элит малва, которые являлись кровными родственниками императора и таким образом имели право называть себя частью династии малва. Ни один человек в империи малва, который не являлся анвая-прапта сачива, не мог надеяться подняться достаточно высоко, чтобы занять любой из самых высших официальных постов, как военных, так и гражданских.

Во-вторых, Нанда Лал был мантрином — высшим советником — и таким образом являлся членом центрального совета императора Шандагупты, мантри-паришада. Да, Нанда Лал являлся одним из младших членов этого совета, тех, которых малва называли кумара-матья, или кадет-министр, но тем не менее его статус считался одним из самых высоких во всей Индии.

В-третьих, Нанда. Лат занимал специфический пост, который малва именовали акшапатал-адхикрита. Этот титул грубо переводился безобидно звучащей фразой «хранитель государственных документов».

На самом деле он был шпионом. Может, лучше сказать Шпионом. С большой буквы. Или еще лучше — главным начальником всех шпионов.

Смех Нанда Лала затих, и он в последний раз печально покачал головой.

— Итак, полководец, расскажи мне все подробно. Твои впечатления. Твое мнение? На самом деле мне очень любопытно. Знаешь ли, я только шутил о торговле лошадьми — Он снова усмехнулся. — Только полководец потребовал бы продемонстрировать ему наши военные мощности перед тем, как согласиться вступить с нами в союз. Конечно, в дополнение к огромным деньгам. — Снова усмешка. — Еще к одному огромному сундуку, мне следовало бы сказать. — Усмешка. — Кстати, обустроил ты все очень умело, если позволишь мне высказать мое мнение. — Усмешка. Нанда Лал небрежно взмахнул рукой и попытался скопировать тон Велисария: — «О, что-нибудь простенькое. Типа того сундука, который вы мне презентовали».

Велисарий пожал плечами.

— Я привык говорить прямо, называть вещи своими именами. И я хотел знать… Давай лучше скажем, что я до смерти устал от прижимистых, даже жадных императоров, которые хотят чудес за горстку монет. А что касается твоего вопроса — мое мнение?..

Перед тем как ответить, Велисарий внимательно осмотрел помещение. Он не искал подслушивающих. Он нисколько не сомневался, что они тут. Ему было просто интересно.

Покои Нанда Лала по стандартам малва выглядели аскетично. И Велисарий еще раньше отметил, что Нанда Лал собственноручно заваривал и подавал чай, который они пили. Никою из слуг не пускали во внутренние покои.

«Умелые руки», — подумал Велисарий, глядя на них.

Как и многие члены династического клана, Нанда Лал был грузным мужчиной. Но крупное тело начальника шпионской сети не отличалось рыхлостью, свойственной большинству анвая-прапта сачива. Как подозревал Велисарий, под одеждой скрывались мускулы. И он не сомневался, что руки Нанда Лала умеют хорошо не только заваривать чай. Несмотря на их безупречность и маникюр, это были руки душителя, а не писаря.

— Увиденное произвело на меня большое впечатление, — признался Велисарий. — В особенности масштаб производства пушек и боеприпасов. У вас — то есть нас — огромная огневая мощь.

Он замолчал и в задумчивости почесал подбородок.

— Но?.. — спросил Нанда Лал.

— Вы недостаточно продумали материально-техническое обеспечение, — многозначительно заявил Велисарий — Есть старая солдатская: поговорка, Нанда Лал: любители изучают тактику, профессионалы — матобеспечение. Оружие Вед, каким бы ни было его происхождение — и, пожалуйста, обрати внимание, что я не спрашиваю об этом, — на самом деле не является магическим. Даже с ним вам потребовалось два года, чтобы взять Ранапур. Вам следовало сделать это гораздо быстрее.

Теперь Нанда Лал искренне заинтересовался.

— Правда? Позволь мне спросить тебя, полководец: сколько времени тебе бы потребовалось, чтобы взять Ранапур?

— Восемь месяцев, — немедленно последовал ответ — Без пушек. С ними — четыре.

Глаза чиновника малва округлились.

— Так быстро? Что мы сделали не так?

— Две вещи. Во-первых, как я сказал, у вас отвратительно поставлено материально-техническое обеспечение. Вы заменяете навыки и опыт массовостью. Вам следует развить профессиональную квартирмейстерскую роту, военно-хозяйственное управление вместо… — он с трудом сдержал презрительную насмешку. — Вместо того чтобы грузить десятки тысяч человек друг на друга. Если вы изучите ранапурскую кампанию, я уверен, вы обнаружите: направлялось абсурдное количество провизии для осаждающих.

Велисарий

склонился вперед.

— И это подводит меня ко второму вопросу, который я хочу покритиковать. Ваши армии слишком медленные и, ну… я не стану говорить: робкие. Не совсем. Ваши солдаты обладают достаточной смелостью, в особенности йетайцы и раджпуты. Но их робко используют.

В глазах Нанды Лала в равной степени соединились заинтересованность и подозрительность.

— А ты бы использовал их лучше? — спросил он — Если бы мы сделали тебя главнокомандующим?

Велисарий не упустил скрываемого антагонизма. Подозрительность была так же естественна для Нанды Лала, как плавание для рыбы.

Полководец резко отмахнулся от идеи.

— Зачем спрашивать, Нанда Лал? Мы уже согласились, что от меня будет больше пользы, если я вернусь в Рим. Я буду поддерживать амбиции Юстиниана по покорению Западного Средиземноморья и проверю, чтобы его армии завязли там на долгие годы. Это очистит путь для вашего вторжения в Персию.

— А после Персии?

Велисарий пожал плечами.

— Это проблема будущего. Когда наконец начнется война между малва и Римом, мне придется открыто перейти с одной стороны на другую. Когда этот момент настанет, вы решите, какой пост в вашей армии дать мне. В настоящий момент меня этот вопрос не волнует. До его решения еще несколько лет.

Подозрительность исчезла из глаз Нанды Лала. Чиновник малва резко поднялся.

— Я внимательно обдумаю проблемы, которые ты поднял, полководец. Но думаю, на настоящий момент мы можем отложить это обсуждение.

Велисарий сам встал и потянулся.

— Подозреваю, на сегодня мы еще не закончили? — спросил он с грустной улыбкой.

Нанда Лал покачал головой так же грустно, как улыбался Велисарий.

— Боюсь, нет. Еще не вечер, полководец. По крайней мере четверо официальных лиц настояли на встрече с тобой именно сегодня. А затем, вечером нам предстоит посетить важное мероприятие.

Велисарий приподнял брови. Нанда Лал пожал плечами, этим жестом изысканно выражая одновременно отчаяние, смирение и тщательно скрываемое раздражение. Сопровождающая улыбка выражала сочувствие и понимание тяжести испытаний.

— Великая Госпожа Холи — возможно, ты слышал о ней?

Велисарий покачал головой.

— Нет? Ну, это любимая тетушка императора. Женщина производит впечатление, несмотря на возраст. Она давно требует встречи с тобой. Кажется, она очарована всеми рассказами о таинственном иностранном полководце.

Нанда Лал взял Велисария под локоток и стал подталкивать к двери. Его улыбка стала шире.

— Как я подозреваю, в основном ее интересует твоя внешность — то, что о ней говорят. Она очень любит общество молодых красивых мужчин.

Заметив, как Велисарий слегка дернулся, Нанда Лал рассмеялся:

— Не бойся, полководец! Ей почти семьдесят. И она действительно аскетка. Уверяю тебя, она просто любит посмотреть.

Нанда Лал открыл дверь. Как и всегда, сам. Никого из слуг в эти покои не пускали. Последовал за Велисарием в коридор.

Заперев дверь — это была единственная дверь во дворце с замком, по крайней мере Велисарий других не видел, — Нанда Лал повел его в большой зал.

— В любом случае она уже много дней досаждает императору. Наконец он от нее устал. Поэтому утром, как раз перед твоим прибытием, он приказал мне отвести тебя к Великой Госпоже Холи сегодня вечером после того, как мы закончим с делами.

Велисарий вздохнул. Нанда Лал скорчил гримасу.

— Я понимаю, полководец. Но, пожалуйста, не грусти. Уверяю тебя: долго мы там не задержимся. Несколько минут, чтобы засвидетельствовать почтение, немножко поболтаем, и все.

Велисарий смирился и расправил плечи.

— Как хочешь, Нанда Лал. Она живет во дворце?

Нанда Лал снова грустно покачал головой.

— К сожалению, нет. Ей не нравится дворец. Она говорит, что здесь слишком шумно и полно народу. Поэтому она живет на барже, на реке у причала.

Он усмехнулся.

— Все не так плохо! До твоего отъезда тебе обязательно следует посмотреть на баржу Великой Госпожи Холи! На самом деле там есть на что взглянуть. Она великолепна. Самая роскошная баржа из когда-либо построенных!

— Не могу дождаться, — пробормотал Велисарий.

Теперь они проходили мимо главного входа в Большой Дворец. Полководец остановил Нанду Лала, положив руку ему на предплечье.

— Подожди минутку. Мне нужно сообщить катафрактам о наших планах. Зачем им стоять на жаре и солнцепеке остаток дня?

Нанда Лал милостиво кивнул. Велисарий вышел из дверей дворца во двор. Как и всегда, трое катафрактов ждали его прямо у главного входа в Большой Дворец. Их лошади, как и лошадь Велисария, были привязаны рядом.

С первого дня после прибытия в Каушамби, когда Велисарий начал затянувшиеся переговоры с мантри-паришадом, он приказал катафрактам оставаться снаружи. Если бы он брал их с собой во все места, которые посещал во дворце, это означало бы определенную робость, что совсем не подходило для человека, планирующего предательство. И, кроме того, катафракты неизбежно омрачили бы переговоры. Многие из анвая-прапта сачив присутствовали в императорском шатре, когда казнили правителя Ранапура и его семью. А те, которые не присутствовали, слышали рассказы. Конечно, было бы забавно смотреть, как самые высокопоставленные малва сжимаются в присутствии Валентина. Забавно, но непродуктивно.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать