Жанр: Современная Проза » Джон Ирвинг » Сын цирка (страница 130)


Заместитель комиссара полиции спросил мадам о дверном звуке, который ее разбудил. Не стала бы дверь так шуметь, если бы ее открыли изнутри, а затем закрыли вслед за уходящей монахиней? Мадам согласилась, что это мог быть такой звук. Короче говоря, если бы мадам не услышала шум открываемой двери, она никогда бы не увидела монахиню. К тому времени, когда миссис Догар взяла такси, чтобы ехать домой, она уже не выглядела как монахиня.

Детектив Пател очень вежливо задал мадам самый очевидный вопрос.

— Вы никогда не думали над такой возможностью: что не очень старый мужчина и эта монахиня являлись одним и тем же человеком?

Мадам вздрогнула и стала сомневаться в том, что смогла бы опознать мужчину или монахиню. Когда заместитель комиссара полиции захотел получить более определенный ответ на свой вопрос, мадам добавила, что в тот момент была сонной. Именно в таком состоянии ее будили не очень старый мужчина и монахиня.

Возвратившись домой, Пател застал Нэнси еще спящей. К тому времени он отпечатал предварительный доклад о происшествии, снял с должности офицера-наблюдателя и перевел его на работу в отдел писем полицейского управления. Он хотел быть дома, когда жена уже встанет. Пател также не хотел звонить Инспектору Дхару и доктору Дарувалле из полицейского участка, давая им возможность подольше поспать.

Заместитель комиссара полиции представлял, что Эйше сломали шею без труда по двум причинам. Во-первых, она была маленькой. Во-вторых, в этот момент девочка оказалась полностью расслабленной. Рахул, наверное, попросил ее лечь на живот, как будто хотел заняться сексом в этой позиции. Разумеется, никакого секса не последовало. Глубокие раны от ногтей на веках девушки, а также чуть ниже подбородка давали основание предположить, что голову маленькой девочки Рахул крутил назад и в сторону до тех пор, пока не сломал шею.

После этого он перевернул Эйшу на спину, чтобы нарисовать на животе рисунок. Сам рисунок оказался совершенно обычным, но менее качественным. Преступник делал его с необъяснимой торопливостью. Это казалось странным, поскольку ничто не заставляло миссис Догар быстрее покинуть бордель. Однако Рахул торопился. Что же касается ужасающей новой отличительной черты убийства, то при виде ее детектива затошнило. Нижняя губа убитой была насквозь прокушенной. Живую Эйшу нельзя было укусить так жестоко, иначе ее крики разбудили бы весь бордель. Разумеется, это произошло после убийства и завершения рисунка. Минимальное кровотечение свидетельствовало о том же: Эйшу укусили после того, как ее сердце остановилось. Полицейский подумал, что именно желание укусить жертву подгоняло миссис Догар. Она не могла закончить рисунок, поскольку губа Эйши вводила преступницу в сильное искушение.

Даже слабая кровь на губе нарушила привычный ритуал убийства. Должно быть, миссис Догар и поставила кастрюлю воды на плиту, поскольку лицо ее или рот оказались в крови проститутки. Когда вода согрелась, Рахул обмакнул в нее какие-то вещи убитой, чтобы смыть кровь. Потом он ушел, переодевшись монахиней, однако забыл выключить плиту. Кипящая вода и привлекла внимание мадам. Хотя идея переодеться монахиней была очень удачной, однако реализована она оказалась неаккуратно.

Нэнси встала примерно в восемь утра с сильным похмельем, однако детектив Пател рассказал ей о случившемся, после чего услышал, как жену вырвало в ванной. Затем он позвонил вначале актеру, а затем — сценаристу. О губе он сообщил актеру, но не доктору. Заместитель комиссара полиции хотел при встрече с Даруваллой подчеркнуть необходимость подготовки хорошего сценария для Дхара на время его ленча с миссис Догар. Пател сказал обоим, что должен арестовать преступницу сегодня, для этого у него немало доказательств. Но вот оснований содержать ее под стражей у него недостаточно, поэтому актер и сценарист должны сделать так, чтобы за ленчем что-нибудь произошло.

Заместитель комиссара полиции с одобрением отнесся к информации, сообщенной ему виновным офицером-наблюдателем. После того, как переодетая миссис Догар прошла из такси в дом, свет появился не в спальне, а на первом этаже, и горел там до позднего утра. Детектив Пател представлял, что Рахул занимался рисованием.

За последние пять суток первая спокойная ночь Даруваллы окончилась довольно рано, хотя на этот день он не планировал ни операций, ни встреч в офисе. Он надеялся хорошо отоспаться. Но позвонил Пател, и сценарист включился в работу. Перед ленчем Дхара в клубе Дакуорт ему предстояло много сделать. Хуже всего, что в репетициях будет участвовать не только Джон Д, но и мистер Сетна, о чем заместитель комиссара полиции уже уведомил пожилого старшего официанта.

От Джона Д Фарук услышал новость о нижней губе убитой Эйши.

— Рахул, должно быть, думал о тебе! — воскликнул доктор.

— Ну, теперь мы знаем, что он помешен на кусании. По всей видимости, это началось с тебя, — сказал Дхар.

— Что ты имеешь в виду? — всполошился доктор.

— Все началось с тебя, с большого пальца на твоей правой ноге. В Гоа именно Рахул укусил тебя. Все это время ты был прав: это была не обезьяна.

Не та Мадху

В тот понедельник мальчик-калека проснется от покашливания львов задолго до того, когда в цирке «Большой Голубой Нил» в Джунагаде наступает время кормления хищников. Глухое урчание львов усиливалось и затихало в унисон с ритмом дыхания. Для этого

места в штате Гуджарат утро выдалось холодным. Первый раз в жизни Ганеша смог увидеть пар от своего дыхания. У львов оно напоминало взрывы парового котла — так пар вырывался из их клеток.

Рабочие-мусульмане развозили мясо в деревянном вагончике, покрытом мухами Пол вагончика сняли с тележки и опустили между палаткой поваров и клетками со львами. На эти неструганные доски укладывали свежую говядину кусками величиной примерно с двойную дверь. Хотя воздух был холодным, мухи пикировали на мясо, которое сортировал повар Чандра. Иногда между кусками говядины попадались куски баранины, их повар откладывал, так как кормить бараниной львов и тигров было слишком накладно.

Огромные кошки рычали. Они чувствовали мясо, а некоторые видели манипуляции повара с кусками баранины. Калеку напугало, как жестоко львы и тигры разрывали свежее мясо, однако доктор Дарувалла об этом никогда не узнает, как и то, опечалил ли его вид львов в клетках, скользящих лапами по жиру от мяса. Именно это немногое и расстраивало доктора в цирке.

В тот же самый понедельник кто-то решил жениться на Мадху. Как и полагается в подобных случаях, сначала предложение довели до сведения мистера и миссис Дас, чему инспектор манежа и его жена очень удивились. Они не только еще не начали тренировать Мадху, поскольку та совершенно ничего не умела, но никто из артистов еще не знал ее. Предложение руки и сердца сделал джентльмен, заявивший, что он присутствовал в воскресенье на вечерних выступлениях цирка и влюбился в Мадху с первого взгляда. Утром он прибыл, чтобы засвидетельствовать серьезность намерений.

Инспектор манежа и его жена происходили из этнических бенгальцев. У них были дети, но они отказались от карьеры цирковых артистов, и мистер и миссис Дас учили чужих детей ремеслу цирковых акробатов. Они по-доброму относились к таким приемным детям и особенно оберегали девочек. Ведь после цирковой подготовки те начинали представлять какую-то ценность не только для самого цирка — приобретали внешний лоск, зарабатывали немножко денег, при этом не тратя их, так как инспектор манежа и его жена обычно собирали для них приданое.

Супруги Дас мудро советовали девочкам, стоит ли принять или отвергнуть то или иное предложение. Как правило, приемных дочерей они выдавали замуж за достойных кандидатов и зачастую сами вносили определенный вклад в приданое девочек. Инспектор манежа и его жена, бывало, настолько сильно привязывались к детям, что очень тяжело расставались с ними. Почти все девочки в конце концов покидали цирк, а немногие оставшиеся сами становились тренерами.

Мадху была слишком молода, не имела ни циркового опыта, ни приданого. Однако перед ними стоял обеспеченный господин, хорошо одетый и по виду явно городской житель. У него имелась собственность — увеселительное заведение в Бомбее. Супруги Дас нашли, что Мадху повезло, поскольку он мог взять бедняжку в жены без всякого приданого. Несомненно, в этих предварительных обсуждениях серьезно рассматривался также вопрос о компенсациях инспектору манежа и его жене, поскольку не исключалась возможность того, что Мадху может стать звездой «Большого Голубого Нила». С точки зрения мистера и миссис Дас, им предложили значительную сумму за девчонку, из которой вообще могло не получиться акробатки. Их ведь не просили расстаться с молодой девушкой, которую они любили — с Мадху супруги едва ли перекинулись двумя-тремя словами.

Может быть, они и подумали о том, что следует известить доктора или миссионера, а также обговорить вопрос о замужестве с Диной, поскольку та рассчитывала, что Мадху в будущем станет выступать в номере «Девочка без костей». Однако жена карлика все еще болела в своей палатке. К тому же инспектор манежа был зол на Вайнода, поскольку завидовал его таксомоторной компании. Ведь, оставив цирк, карлик неизменно преувеличивал свои успехи в предпринимательском деле. Кроме того, жена инспектора манежа считала, что по социальному положению она намного выше жены карлика и полагала недостойным консультироваться с Дипой, даже если бы та и была совершенно здорова. Миссис Дас быстро убедила мужа в том, что замужество Мадху — это хорошая сделка. Разумеется, для них это оказалось выгодной сделкой.

Если Мадху не проявит интереса, они оставят глупую девчонку в цирке, однако, если эта недостойная особа найдет в себе достаточно мудрости осознать то счастье, которое ей привалило, — инспектор манежа и его жена благословят ее и отпустят.

Джентльмен из Бомбея ничего не знал о калеке-брате, поэтому мистер и миссис Дас чувствовали определенную ответственность за то, что калека останется один. Они предусмотрительно обещали доктору Дарувалле и Мартину Миллсу, что предоставят Ганеше возможность реализовать себя. Инспектор манежа и его жена не видели необходимости обсуждать судьбу Ганеши с Дипой, поскольку этот калека не являлся ее находкой. Жена карлика заявляла лишь о том, что нашла девочку на цирковой номер. Теперь она болеет. А вдруг у нее какая-нибудь заразная болезнь?



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать