Жанр: Современная Проза » Джон Ирвинг » Сын цирка (страница 58)


— Если вас не очень затруднит, сделайте мне одолжение. — Нэнси показала свое «сокровище», не вынимая его до конца из рюкзака. — Головка откручивается, но сейчас мне это не по силам.

Она говорила, глядя Джону прямо в глаза, пристально следя за выражением его лица, когда он обеими руками взялся за огромный пластмассовый член. Она запомнит Джона, потому что он остался величественно невозмутимым. Как только парень начал вращать головку пластмассового члена, американка его остановила.

— Достаточно, — кивнула она.

Нэнси не хотела, чтобы он увидел деньги. Ее разозлило самообладание Джона. Не может быть, что он такой непробиваемый. Американка решила смотреть ему в глаза до тех пор, пока парень не посмотрит в сторону.

— Я жалею тебя, совсем не обязательно знать, что находится внутри этой штуковины, — сказала она мягко.

Американка запомнит юношу по характерной усмешке, поскольку Джон Д стал актером задолго до того, как превратился в Инспектора Дхара. Нэнси запомнит эту усмешку, которую впоследствии узнает все население Бомбея. Она первая отвела взгляд в сторону, и это Нэнси тоже хорошо запомнит.

В Калангуте американка обошла стороной автобусную остановку, решив ехать до Панджима на попутной машине, даже если для этого пришлось бы долго идти пешком или отбиваться от бандитов саперной лопаткой. Женщина надеялась, что в ее распоряжении один или два дня до того, как найдут тела убитых. Однако тут же она вспомнила о большом куске стекла, который доктор вынул у нее из ноги, показал ей и положил в пепельницу на маленький столик рядом с гамаком. Вероятно, он его выбросит. Но что если он узнает о разбитых стеклах в «могиле хиппи» (так ее станут называть) и удивится тому, что осколок из ее ноги одного с ними цвета и размера?

Поздней ночью Нэнси вернулась к отелю «Бардез», однако входную дверь уже закрыли. Мальчик, спавший в холле на разложенных матах, еще разговаривал со своей собакой, вместе с ним охранявшей отель ночью. Из-за этого собака не услышала, как Нэнси карабкалась по лианам на балкон второго этажа. Действие укола давно прошло, нога болела, однако даже если бы больная криком кричала или стучала ногой по мебели, она все равно не разбудила бы Даруваллу.

Вследствие того, что ленч доктора уже подробно описан, нет необходимости детально рассказывать о его обеде. Можно лишь сказать, что вместо рыбы виндалуу доктор съел свинину, а также блюдо под названием «сорпотель», состоящее из свиной печени, тушеной во фруктовом уксусе. Дыхание доктора явственно доносило запах жареной утки с индийскими финиками, аромат редкого красного вина, от которого у него утром станет болеть голова и он будет лечить боль пивом. Джулия благодарила Бога за то, что ее муж захотел спать в гамаке на балконе, где только Аравийское море, ящериц и миллионы насекомых беспокоили звуки испускаемых им газов. Кроме того, жена доктора мечтала отдохнуть от той страсти, которую в Фаруке возбудил талант Джеймса Солтера. Ее сексуальные чувства были сейчас подавлены интимными размышлениями о пластмассовом члене ушедшей хиппи. Что же касается существ из мира насекомых и ящериц, то все гекконы и москиты, буквально облепившие противомоскитную сетку, которая закрывала спящего в гамаке Фарука, восторгались звуками и запахом, от него исходящими.

Перед сном Дарувалла принял ванну и обсыпал пудрой «Кутикура» все свое полное светло-коричневое тело — от головы до пальцев ног. Хорошо выбритые щеки и шею доктор освежил сильным вяжущим и ароматным дезодорантом с запахом лимона. Он даже сбрил усы, оставив лишь на подбородке маленький мохнатый клочок, лишний на его коже, мягкой, как у ребенка. Дарувалла благоухал свежестью и чистотой, и Нэнси подумала, что лишь противомоскитная сетка мешает гекконам и москитам его с жадностью съесть.

Доктор погрузился в глубокий сон, как в небытие. Ему казалось, будто после смерти его похоронили где-то в Китае, а ревностные обожатели выкапывают тело, чтобы доказать версию о его святости. Дарувалла хотел, чтобы тело его оставили в покое, поскольку он чувствовал, что покоится с миром. На самом деле доктор почти бесчувственно замер в гамаке по причине переедания и злоупотребления спиртными напитками. Поэтому и привиделся ему сон о гробокопателях как свидетельство непрощенных грехов. Доктор во сне просил преступников оставить его тело в покое, даже если оно и является чудом.

В это время Нэнси обнаружила то, что искала — осколок стекла в форме полумесяца. Он лежал в пепельнице и на нем запеклось немного крови.

— Оставьте меня в Китае! — закричал во сне Дарувалла, когда американка взяла осколок.

Доктор дернулся и Нэнси заметила, как одна красивая светло-коричневая нога вылезла из гамака и противомоскитной сетки наружу. От движения спящего человека ящерицы бросились в разные стороны, москиты загудели сильнее.

Американка замерла и стояла без движения, пока не убедилась, что Дарувалла крепко спит. Она не хотела будить своего благодетеля, но и не могла покинуть его в таком положении, когда нога человека, оказавшего ей огромную услугу, могла стать легкой добычей кровососущих насекомых. Нэнси уже начала примериваться, как бы вернуть ногу внутрь сетки, однако проснувшееся чувство самосохранения убедило ее не рисковать.

Так же по лианам женщина спустилась с балкона на землю. Обеими руками она держалась за ветви, кусок стекла осторожно

прихватила зубами, боясь порезать язык или губы. Прихрамывая, она зашагала по неосвещенной дороге в Калангуту и лишь спустя некоторое время бросила стекло в заросли пальм, где оно беззвучно исчезло. Никто не увидел этот кусочек стекла, он пропал столь же бесследно, как и былая невинность Нэнси.

Не тот палец

Американке повезло уйти из отеля вовремя. Она так и не узнала, что гермафродит жил в «Бардезе», а Рахул не узнал, что Нэнси лечилась у доктора Даруваллы. Для американки все завершилось очень успешно, поскольку ночью она не встретила Рахула, который тоже по лианам забрался на балкон. Нэнси уже исчезла, но нога Даруваллы все еще выглядывала из-под противомоскитной сетки, подвергаясь укусам хищных насекомых.

Гермафродит сам залез наверх как хищник. Выпытав у доверчивых дочерей доктора сведения о том, что Джон Д обычно спит в гамаке, он устремился на второй этаж, чтобы «успокоить» прекрасного юношу. Сексуально озабоченных людей могла бы заинтересовать эта тема — его попытка полового контакта с красивым парнем, однако Джон ее избежал, поскольку в эту сумбурную ночь в гамаке спал доктор.

Рахула сбила с толку темнота и собственное неуемное желание. Его ничто не насторожило. Спящее под противомоскитной сеткой тело источало аромат, который ему нравился. А цвет кожи? Может быть, виной всему был лунный свет, он сыграл с ним злую шутку, изменив цвет кожи, создав впечатление, будто Джон отрастил крошечную бородку. Что же касается ног, то они выглядели маленькими и безволосыми, как у молодой девушки. Рахул нашел, что верхняя часть ступни очень мягкая и мясистая, и представил, что низ ее имеет невинный розовый цвет, контрастирующий с загорелым коленом.

Дарувалле снилось, что он — Франциск Ксавьер, которого выкопали из могилы и против его желания привезли в храм Бом Иисус в Гоа. Если сказать более точно, то ему снилось, будто он — сказочно сохранившееся тело Франциска Ксавьера, с которым против его воли хотят что-то сделать. Несмотря на весь ужас положения, Фарук не мог закричать, его сильно отяжелили съеденная пища и обилие вина и он был вынужден страдать молча. Доктор не произносил ни слова, хотя осознавал, что сумасшедший паломник вот-вот откусит его палец: Фарук хорошо знал историю о Ксавьере.

Рахул провел языком по ароматной коже на ступне доктора, отдающей пудрой «Кутикура» и шафраном. Нога оказалась единственной частью тела, не защищенной сеткой, и Рахул мог продемонстрировать свое необоримое влечение к прекрасному Джону Д только тем, что взял большой палец этой ноги в свой теплый рот. После чего гермафродит стал сосать палец с такой силой, что Дарувалла застонал. Вначале Рахул сопротивлялся желанию укусить, однако не устоял и медленно погрузил зубы в палец. Затем еще раз поборол импульсивное желание укусить сильнее и ослабил хватку, но после этого укусил с еще большей силой. Для гермафродита это была настоящая пытка — удерживать себя от дальнейших действий по проглатыванию объекта любви целиком или по частям. Когда наконец он отпустил ногу доктора, оба они тяжело дышали. Во сне Дарувалле показалось, что сумасшедшая женщина уже откусила священный палец и сейчас произойдет трагическая утрата части погребенного в могилу священного тела.

Пока Рахул раздевался, доктор отдернул внутрь ногу от наполненного ужасами внешнего мира. В гамаке он плотно завернулся в простыню, видя во сне, что приближающиеся посланцы Ватикана намерены послать его руку в Рим. В тот момент, когда Фарук изо всех сил пытался закричать, Рахул хотел забраться внутрь противомоскитной сетки.

Будет лучше всего, подумал гермафродит, если Джон проснется и обнаружит свое лицо между грудями, поскольку именно они считались наиболее красивой частью тела Рахула. Предполагая, что молодой красавец уже возбудился от странного сосания и покусывания пальца ноги, гермафродит возлагал определенные надежды на свои более смелые действия. Его очень раздражали затянувшиеся поиски входа в свисавшую противомоскитную сетку. Именно в этот момент Фарук наконец нашел силы, чтобы сообщить о своем страхе.

— Я не хочу быть святым! Мне нужна эта рука, потому что она очень хорошая! — прокричал доктор.

Рахул узнал голос Даруваллы.

В холле несколько раз пролаяла собака мальчика, и хозяин опять стал ее уговаривать. Рахул ненавидел доктора столь же сильно, как любил Джона. Гермафродита затошнило при мысли, что он ласкал ногу доктора, целовал, сосал и кусал его большой палец. Торопливо одеваясь, Рахул ощущал полное смятение чувств. На его языке оставалась горечь от пудры «Кутикура» и, спускаясь по лианам вниз, он плюнул, отчего собака зашлась лаем. На этот раз мальчик открыл дверь и стал озабоченно вглядываться в туман на пляже.

— Людоеды! Католические маньяки! — заорал доктор Дарувалла на балконе.

Даже для неопытного индийского мальчика это было слишком. Какое сочетание! Собака снова залаяла у входа, поскольку, как и мальчик, удивилась внезапному появлению Рахула.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать