Жанр: Современная Проза » Джон Ирвинг » Сын цирка (страница 70)


— Но не преуменьшать грехи действия, — вставил Дарувалла.

Хотя ход рассуждений казался слишком явным и не требовал ответной реплики, доктор почувствовал, что только дурак не отзовется на такие слова. А он до сих пор молчал.

— Нам, католикам, временами кажется, что вы, протестанты, преувеличиваете человеческую склонность ко греху. — Иезуит выжидающе замер.

Доктор Дарувалла не знал, кивать ли ему головой в знак согласия или не соглашаться со сказанным. Поэтому он тупо смотрел, как вода выливается через отверстие ванны, делая вид, будто это не вода, а мысли, и они также стремительно покидали его голову.

— Вы знаете Лейбница? — внезапно нарушил молчание иезуит.

— Да, в университете… Но прошло уже много лет, — пожаловался доктор.

— Лейбниц полагает, что у человека не отняли свободу воли после его греховного падения. Эта мысль делает Лейбница нашим другом. Я имею в виду — другом иезуитов. Никогда не забуду такие его слова: «Хотя побуждение к действию и помощь исходят от Бога, однако они всегда сопровождаются определенным содействием самого человека. Если бы этого не случалось, то мы не могли бы утверждать, что делаем что-то». Вы соглашаетесь с этими словами, не так ли? — спросил Мартин.

— О да, конечно, — поспешно ответил Дарувалла.

— Ну, вот вы и поняли, почему я не могу быть только учителем английского языка. Разумеется, я помогу детям с английским, но поскольку мне дана свобода воли, хотя побуждение к действию и помощь исходят от Бога, я, конечно, должен сделать все, чтобы не только спасти свою душу, но и души других людей.

— Понимаю. — Дарувалла начал понимать, почему разъяренные трансвеститы не смогли ничего сделать с плотью и неукротимой волей Мартина Миллса.

В этот момент доктор обнаружил, что стоит в гостиной и наблюдает, как миссионер ложится на кушетку, хотя совершенно не помнит, как и когда они вышли из ванной комнаты. Иезуит вручил доктору железный ошейник, который Дарувалла принял с большой неохотой.

— Вижу, здесь мне это не понадобится. И без него мне обеспечено достаточно превратностей судьбы. Святой Игнатий Лойола также изменил мнение по отношению к этому инструменту укрощения плоти, — сказал иезуит.

— Неужели? — вежливо поинтересовался Фарук.

— Думаю, он его слишком интенсивно использовал, однако только по причине давних грехов юности. Фактически в последнем варианте книги «Упражнения духа» Святой Игнатий выступает против подобного укрощения плоти, как не одобряет он и слишком долгого поста, — пояснил Миллс.

— Я тоже не одобряю поста, — сказал доктор, который не знал, что ему делать с ужасным приспособлением.

— Пожалуйста, выбросите его. И, если можно, скажите карлику, что кнут он может оставить себе. Мне он не нужен, — сказал будущий священник.

Доктор Дарувалла знал все о ручках для ракеток, поэтому у него похолодело в груди, когда он представил, что может сделать карлик с этим кнутом. Внезапно доктор обнаружил, что Миллс заснул со сложенными на груди руками. Блаженство на лице миссионера делало его похожим на мученика, чья душа отходит в Царствие Небесное.

Фарук привел в гостиную Джулию, чтобы она посмотрела на спящего близнеца Джона. Вначале женщина не захотела даже приблизиться и осматривала Миллса так, будто перед ней — зараженный труп. Однако доктор подтолкнул ее и был прав. Чем ближе подходила его жена к миссионеру, тем раскованней она себя чувствовала. Казалось, спящий иезуит умиротворяюще действовал на окружающих. Наконец Джулия присела на пол рядом с кушеткой. Позже она скажет, что в этот момент миссионер напомнил ей Джона, молодого и беззаботного.

Фарук ее понимал: Мартин не занимался тяжелой атлетикой и не пил пива. В результате он не нарастил мускулы, но и живот у него не вырос. Доктор ощутил, что он сидит рядом с женой, хотя не помнит, как садился. Они оба примостились рядом с кушеткой, будто завороженные спящим телом, когда с балкона вошел Дхар, который хотел принять душ и почистить зубы. При виде открывшейся ему картины актер подумал, что Фарук и Джулия погружены в молитву. Потом Джон увидел мертвеца. Так ему показалось, что это — мертвец.

— Кто это? — спросил актер издалека, не делая попытки приблизиться к лежащему человеку.

Супруги были шокированы тем, что Джон сразу не узнал брата-близнеца. Ведь актер досконально знал свои внешние данные, видел себя в различном гриме, в разных ролях. Но только никогда прежде не встречал подобного выражения на собственном лице. Не могло оно излучать блаженство, поскольку даже во сне он не представлял себе счлстья на небесах. И никогда оно не походило на лицо святого, какие бы роли он ни играл.

— Ну, хорошо. Я понял, кто это. Но что он здесь делает? Он что, умирает? — прошептал Джон.

— Он учится, чтобы стать священником, — тихо ответил Дарувалла.

— Боже мой! — сказал актер.

Либо шепот оказался слишком громким, либо упоминание имени Всевышнего не могло пройти мимо его ушей, но на спящем лице миссионера появилось выражение безграничной благодарности, отчего супруги Дарувалла и Дхар внезапно почувствовали смущение. Не говоря друг другу ни слова, они на цыпочках вышли в кухню, будто устыдившись, что шпионят за спящим. По-настоящему удивило и озаботило их то, как быстро душа этого человека обрела спокойствие. Сами они чувствовали себя неуверенно, хотя ни один из них не мог бы точно назвать причину

этого.

— С ним что-то не в порядке? — спросил Дхар.

— С ним все в нормально! — ответил Дарувалла и поразился тому, что сказал. Это о человеке, которого стегали кнутом и избивали за то, что он пытался склонить в другую веру проституток-трансвеститов.

— Мне следовало предупредить тебя о его приезде, — виновато добавил доктор.

В ответ Джон лишь широко раскрыл глаза. Его гнев часто выражался в сдержанных формах. Джулия тоже широко раскрыла глаза.

— Насколько я понимаю, ты сам должен решить, говорить ли ему о своем существовании. Хотя не знаю, удобно ли сделать это сейчас, — сказал Фарук актеру.

— Забудь, когда это надо сделать. Скажи мне, что он за человек? — спросил Дхар.

Доктор Дарувалла не смог выговорить первое же пришедшее ему на ум слово. А сказать он хотел «сумасшедший». Немного подумав, Дарувалла нашел другую формулировку: «Такой же, как ты, только он много говорит». Однако теперь мог обидеться Дхар, поскольку необычной казалась сама мысль о том, что он мог много говорить.

— Я спросил, что он собой представляет? — повторил вопрос Джон.

— Я видела его только спящим, — призналась Джулия.

И она, и Дхар посмотрели на Фарука, который так ничего и не придумал. Он не мог остановиться ни на одном образе, хотя миссионер с ним спорил, читал ему лекцию и даже просвещал его невежество. Все это происходило, пока Миллс стоял перед ним голый.

— Он немного одержимый, — наконец решился Фарук.

— Одержимый? — переспросил Дхар.

— Дорогой, и это все, что ты можешь сказать? Я слышала, он очень долго разговаривал с тобой в ванной! — воскликнула Джулия.

— В ванной? — изумленно переспросил Джон.

— Он очень решительно настроен, — буркнул Фарук.

— Предполагаю, что решительный настрой обязательно должен следовать за одержимостью, — саркастически заключил Инспектор Дхар.

Доктор рассердился. Что они хотят? Что он опишет им характер иезуита только на основании одной встречи с ним? И после таких обстоятельств?

Дарувалла не знал истории другого одержимого, величайшего фанатика XVI века Игнатия Лойолы, образ которого вдохновлял Мартина Миллса. Когда Лойола умер, так и не разрешив нарисовать свой портрет, братия ордена решила делать портрет с умершего. Пригласили известного художника, но у него ничего не получилось. Ученики святого заявили, что посмертная маска, выполненная неизвестным человеком, тоже не передавала выражение лица отца всех иезуитов. Три других художника также попытались испробовать свои силы, имея в распоряжении лишь посмертную маску. И тогда все поняли: Бог не хочет, чтобы рисовали его верного слугу.

Доктор Дарувалла не знал, как сильно эта история восхищала Мартина Миллса. Однако новому миссионеру понравилось бы то, с какой беспомощностью доктор пытался описать даже такого ничтожного слугу Бога, каким являлся всего лишь кандидат в священники. Фаруку показалось, что он нашел правильное слово, однако оно тут же вылетело у него из головы.

— Он хорошо образован, — смог выдавить из себя Дарувалла, после чего его жена и Дхар застонали. — Черт побери! — возмутился доктор. — Он слишком сложный человек! И рано говорить, что он собой представляет!

— Тс!.. Ты его разбудишь! — приложила палец к губам Джулия.

— Если слишком рано говорить, что он за человек, тогда слишком рано решать, захочу ли я встретиться с ним, — заявил Джон.

Доктора охватило раздражение — реплика была весьма типичной для монологов Инспектора Дхара.

— Попридержи язык. — Жена поняла, о чем он сейчас думает.

Джулия заварила кофе для себя и Джона Д, а Фаруку приготовила чашечку чая. Стоя рядом, супруги наблюдали, как их любимый киноактер открывает дверь кухни. Джон любил лестницу черного хода, там его никто не видел. Любил он и эти ранние утренние часы, когда удавалось беспрепятственно прогуляться до отеля «Тадж», неузнанным и не окруженным зеваками. В это время его преследовали только нищие, а они относились ко всем одинаково. Нищего не трогало, кто перед ним стоит. Хотя многие попрошайки ходили в кино, для них не существовало понятие кинозвезда.

Тренировка по стойке смирно

Точно в 6.00 Фарук и Джулия вместе принимали ванну. Она терла ему спину, а он намыливал ее груди, но дальше этого дело не шло. Мартин Миллс проснулся под монотонные звуки молитв уролога Азиза.

— Восславим Аллаха — создателя мира, — возгласил доктор Азиз с балкона пятого этажа.

Услышав этот призыв, миссионер вскочил на ноги. Хотя проспал он менее часа, однако чувствовал себя так, будто отдыхал целую ночь. Полный энергии, Миллс вышел на балкон, где увидел Азиза на молитвенном коврике, совершающего утренний ритуал.

С высоты шестого этажа открывался захватывающий вид на залив Бэк-Бей. В отдалении небольшая толпа людей уже собиралась на пляже Чоупатти. Однако иезуит приехал в Бомбей не для того, чтобы любоваться красивым видом. Он перевел внимательный взгляд на доктора Азиза — всегда поучительна святость других людей.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать