Жанр: Современная Проза » Джон Ирвинг » Сын цирка (страница 81)


Вид огнетушителя добавил ему уверенности. Каменное здание миссии воздвигли в 1865 году и много позднее установили лампы дневного света, потолочные вентиляторы, провели огромную сеть опасной с точки зрения пожарников электрической проводки, так что здесь имелась большая вероятность возгорания и огнетушитель был необходим.

Фарук попытался ознакомиться со всеми кружками, которые мог посещать примерный христианин. Сообщалось о заседании чтецов литургических молитв, о сборе членов братства креста (чтобы «увеличить политическую сознательность членов братства»). По программе «Католическое образование для взрослых» в этом месяце предлагалась тема «Современное положение христиан в странах с другими главными религиозными конфессиями». Занятия в центре «Надежда жива» в этом месяце проводились под управлением доктора Юсуфа Мечента. Дарувалла недоумевал, что означают слова «под управлением». Для членов «Корпуса службы у алтаря» устраивался вечер «Узнай друг друга поближе», и Фарук почему-то предположил, что это будет очень мрачная встреча.

Проходя под арку балкона второго этажа, доктор удивился видимой незаконченности и несимметричности кусочков стекла в витраже. В часовне с иконами Дарувалла захлопнул сборник с гимнами, когда наткнулся на гимн «Принеси мне масло». Затем из этого сборника он вытащил закладку, посвященную юбилейному году миссии Святого Игнатия, где говорилось о «бескорыстном труде по воспитанию молодого поколения на протяжении 125 лет» и где встретилось ему слово «всемирноутверждающий», смысл которого Фа-руку был недоступен.

Дарувалла снова открыл сборник гимнов, однако его обидело название сборника «Книга песен харизматического возрождения Индии». Он и не знал, что проводится какое-то возрождение! После этого Фарук отложил сборник гимнов и взял молитвенник, но не продвинулся дальше первой строки начальной молитвы: «Храни нас, Боже, как зеницу своего ока». Затем он обнаружил книгу «Намерения святого отца на 1990 год». На январь намечался диалог между католиками и англиканской общиной для достижения единства христиан, на февраль — молитвы за тех католиков, которые подвергались словесным оскорблениям либо преследованиям во многих районах мира. В марте верующим предлагали представить более реальные свидетельства поддержки нуждающихся и поддержки для «нищеты Евангелия». Фарук не стал читать того, что относится к апрелю, его остановила фраза о «нищете Евангелия». Доктор почувствовал себя со всех сторон окруженным бессмысленными словами.

Даже собранная братом Габриэлем коллекция икон не произвела на него особого впечатления, хотя эта комната в миссии Святого Игнатия считалась достопримечательностью Бомбея. Изображения показались Фаруку темными и мрачными. На стене висело «Восхваление волхвов», выполненное украинским художником в XVI веке, «Усекновение головы Иоанна Крестителя», нарисованное в XV веке художником Северо-Западной части России. «Тайная вечеря», «Распятие Христа», «Снятие с креста», «Помещение тела в пещеру», «Воскресение», «Вознесение» — все эти иконы по мотивам Страстей Господних с XIV по XVIII век выполнили художники новгородской, московской, византийской и других школ живописи. На одной из подписей под иконой значилось: «Успение Пресвятой Богородицы». Это доконало Даруваллу — он не понимал значение слова «успение».

Из комнаты с иконами доктор побрел в кабинет отца-ректора, на закрытой двери которого он увидел сооружение, напоминающее доску с дырками и колышками для счета при игре в бридж. С помощью таких дырочек и колышков отец Джулиан сообщал о своем местонахождении и времени прихода: «скоро буду», «не беспокоить», «в архиве», «буду поздно», «вернусь к ужину», «уехал из Бомбея». В этот момент Дарувалла понял, что это к нему должна относиться надпись «уехал из Бомбея». Да, он здесь родился, но это вовсе не означало, что он является местным жителем.

Звонок, возвестивший об окончании уроков, донес до сознания Фарука, что уже три часа. Он вышел на балкон второго этажа и стал наблюдать, как учащиеся бегают по пыльному двору. Их увозили из колледжа на машинах и автобусах. Приходили матери или служанки, чтобы забрать детей домой. Глядя на них с балкона, Дарувалла решил, что это самые толстые дети из всех виденных им в Индии. Однако менее пятидесяти процентов детей в колледже не были и наполовину такими же толстыми, как он сам. Именно тогда доктор решил не вмешиваться в фанатичную жизнь нового миссионера. Это столь же бесполезно, как кончать жизнь самоубийством, прыгая с балкона на глазах у таких безжалостных детей.

Фарук знал, что ни одно должностное лицо в миссии не спутает Мартина Миллса с Дхаром. Иезуиты не любили бестолковые индийские фильмы, сделанные в так называемом «Болливуде». Святых отцов не вдохновляли молодые женщины в мокрых сари, супергерои и враждебные негодяи, насилие и вульгарность, кричащая безвкусица и слащавая сентиментальность, как и случайно сошедшие с небес божества, которые вмешиваются в трагические дела людей. В миссии Святого Игнатия Инспектор Дхар не пользовался популярностью. Однако многие ученики Мартина Миллса смогут обнаружить его сходство с Дхаром, поскольку полицейский инспектор пользовался популярностью среди школьников.

Доктор Дарувалла тянул с возвращением. У него оставались еще дела, но он не мог заставить себя уехать. Фарук не понимал, что бессознательно

пишет в уме сценарий. Когда дети разъехались, он вошел в храм Святого Игнатия. Огромный круг с незажженными свечами стоял на центральном столе, напоминавшем размерами стол для трапезы. На самом деле это и был раздвижной стол домашнего типа, который бы больше подошел для прачечной. Справа от стола на кафедре проповедника (Фарук стоял лицом к алтарю) ярко блестел микрофон. На кафедре лежала открытая богослужебная книга и доктор заключил, что пастор приготовил ее для вечерней мессы. Дарувалла не удержался и заглянул в книгу, открытую на втором послании святого апостола Павла к коринфянам.

«Посему, имея по милости Божией такое служение, мы не унываем», — писал этот обратившийся в христианство человек.

Доктор читал дальше:

«Мы отовсюду притесняемы, но не стеснены; мы в отчаянных обстоятельствах, но не отчаиваемся;

Мы гонимы, но не оставлены; низлагаемы, но не погибаем;

Всегда носим в теле мертвость Господа Иисуса, чтобы и жизнь Иисусова открылась в теле нашем».

Фарук прикрыл глаза и почувствовал себя пигмеем. Он сел на скамейку бокового ряда, словно не достоин был из-за отсутствия веры сидеть на месте по центру. Личное его вступление в лоно церкви казалось таким ничтожным и таким давним. В ежедневной беготне он едва помнил о нем. «Вероятно, меня все же укусила обезьяна», — подумал Дарувалла. Фарук заметил, что в храме не было органа. Второе пианино с таким же глухим звуком стояло слева от складного столика, над которым так ярко блестел микрофон.

Далеко за стенами храма слышался шум мопедов, гудение маломощных двигателей и кряканье их чертовых клаксонов. Глаза Даруваллы поднялись к запрестольному образу Христа, висящего на кресте, и к двум знакомым женским фигурам, одиноко стоящим около него по бокам. Должно быть, это Пресвятая Богородица и Мария Магдалина. Каменные фигуры святых в полный рост были воздвигнуты на колоннах в проходах. Каждый святой поддерживал массивные перекрытия, у ног каждого были приделаны обращенные вниз колебательные веера, навевающие прохладу на прихожан.

Дарувалла невольно подметил, что одна фигура каменной святой отошла от колонны и шею ее обмотали толстой цепью, прикрепив цепь к колонне большим стальным кольцом. Доктор хотел бы узнать, кто эта святая. В его представлении все святые женского пола сильно походили на Пресвятую Богородицу, по крайней мере когда их изображали в виде каменных скульптур. Как бы ее ни звали, главное заключалось в том, что святую символически приговорили к повешению, поскольку без цепи вокруг шеи она могла обрушиться вниз на скамью и покалечить верующих.

Когда Дарувалла начал прощаться с Мартином Миллсом и другими иезуитами, схоластик вдруг попросил рассказать подробности его обращения в христианство. Доктор представил, в каком насмешливом, саркастическом виде отец Джулиан представил ему эту историю.

— О, в этом не было ничего особенного, — честно ответил Фарук, что, вероятно, совпадало с версией отца-ректора.

— Но мне очень хочется услышать об этом! — воскликнул будущий священник.

— Если вы расскажете ему о своем обращении в христианство, уверен, в ответ он поведает вам о собственном приходе в лоно церкви, — сказал отец Джулиан Фаруку.

— Может быть, в другое время, — отнекивался доктор.

Никогда прежде не мечтал он так сильно о спасении бегством. Дарувалла дал слово присутствовать на лекции Мартина, хотя у него не было ни малейшего желания делать это. Лучше умереть, чем слушать лекцию, хватит с него разглагольствований Мартина Миллса!

— Лекция состоится в Куперейдже. Вы знаете это место, — начал пояснять отец Сесил.

Доктор всегда болезненно реагировал на слова тех жителей Бомбея, которые предполагали, что он плохо знает город, поэтому Фарук резко оборвал отца Сесила.

— Я знаю, где это, — сказал доктор. Внезапно откуда-то появилась маленькая девочка, которая плакала, потому что приехала с мамой забрать братишку после школы, а все каким-то образом уехали без нее, поскольку в машине было много других детей. Иезуиты решили, что ничего страшного не произошло, мамаша обнаружит случившееся и возвратится в школу. Требовалось лишь успокоить девочку. Кроме того, кому-то следовало позвонить матери по телефону, чтобы она не мчалась по улицам, сломя голову, и не думала, что девочка потерялась. Тут же возникла другая проблема: девочка по секрету сообщила, что ей необходим туалет. Брат Габриэль пожал плечами: в колледже Святого Игнатия отсутствовал официальный туалет для девочек.

— А где же тогда справляет малую нужду мисс Тануя? — спросил Мартин Миллс.

«Хороший он им забил гол», — подумал Дарувалла, предположивший, что новый миссионер сведет их всех с ума.

— Еще я видел здесь несколько уборщиц, — добавил Мартин.

— У вас три или четыре учительницы, не так ли? — спросил Дарувалла с невинным видом.

Разумеется, в колледже был женский туалет! Только эти старики просто не знали, где он находится.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать