Жанр: Современная Проза » Джон Ирвинг » Сын цирка (страница 83)


17. СТРАННЫЕ ОБЫЧАИ

Южная Калифорния

Мартин Миллс лежал без сна в келье миссии Святого Игнатия, потому что он всегда маялся от бессонницы в незнакомых местах. Вначале он последовал совету Святой Терезы из Авила. Это было ее любимое духовное упражнение, позволявшее женщине почувствовать любовь Христа. Однако даже ее лекарство не помогло новому миссионеру. Суть упражнения состояла в том, что следовало представить, будто тебя видит Христос.

«Посмотри, он видит тебя», — говорила Святая Тереза.

Пытаясь изо всех сил увидеть Спасителя, Мартин Миллс не получил утешения и не смог уснуть.

Миллс ненавидел воспоминания о многочисленных спальнях, в которых его ужасная мать и трагически закончивший свои дни отец заставляли его спать. Дэнни Миллс платил слишком много за дом в Уэствуде, расположенный рядом со студенческим комплексом. В доме не переводились постояльцы, Дэнни и Вера жили на плату за поднаем жилья, поэтому семья не могла иметь собственный угол. Такой образ жизни позволял супругам часто жить раздельно, что удерживало семью от окончательного распада. Маленький Мартин всегда скучал по одежде и игрушкам, которые почему-то переходили во временное пользование постояльцев дома в Уэствуде. Об этом доме он сохранил весьма смутные воспоминания.

Гораздо лучше он помнил студентку из кампуса, которая выполняла обязанности няни. Девушка имела привычку на большой скорости таскать его за руку по бульвару Уэлшир, переходя его в запрещенных местах. У няни имелся дружок, который бегал вокруг стадиона, поэтому девушка брала Мартина с собой на стадион, где они смотрели, как ее парень совершал свой бесконечный бег. Девушка слишком сильно держала его за руку и пальцы у Мартина болели. Верхняя часть руки пульсировала от боли, когда они слишком быстро перебегали через бульвар при сильном движении транспорта.

Если Дэнни и Вера вечерами выходили в свет, то мать настаивала на том, чтобы мальчик спал на второй кровати в комнате няни. Апартаменты девушки включали еще малюсенькую кухоньку, похожую на закуток, куда можно было спрятаться во время завтрака и где на маленькой подставке стояли черно-белый телевизор и тостер. Няня садилась на один из двух раскладных металлических стульев, потому что для стола и обычных стульев места не хватало.

Когда Мартин лежал на кровати в комнате няни, он часто слышал, как она занималась онанизмом. Из-за того, что окна комнаты были закрыты и работал кондиционер, чаще всего, просыпаясь, он обнаруживал, чем она занималась, по запаху пальцев правой руки, которой девушка гладила его по лицу, говоря, что пора вставать и чистить зубы. После она отвозила его в школу, делая это так же бесшабашно, как и преодолевала бульвар Уэлшир. На выезде с трассы Сан-Диего-фривей у няни настолько трагически захватывало дыхание, что это напоминало Миллсу тот звук, который она испускала при мастурбации. Перед этим поворотом Мартин всегда закрывал глаза.

Он учился в хорошей школе по усложненной программе, которую преподавали иезуиты в университете Лойола Маримонт, далеко от Уэствуда. Хотя поездки на машине в университет были опасными, однако тот факт, что Мартин Миллс получил начальное образование в стенах университета, где преподавали студентам, оказал на мальчика значительное влияние. Экспериментальная программа по обучению в раннем возрасте давала детям знания как взрослым. Даже стулья у них были такие, как у взрослых, не было в классах привычных детских рисунков цветными мелками или игрушечных зверей с буквами алфавита. Эту программу отменили через несколько лет, однако Мартин застал период, когда одаренные дети в мужском туалете вынуждены были вставать на стул, чтобы воспользоваться писсуаром. В те далекие годы еще отсутствовали писсуары на уровне инвалидной коляски для калек. Таким способом, высоко расположенными писсуарами и пустыми классными комнатами избранным детям предоставили возможность перепрыгнуть через свое детство. И хотя классные комнаты и туалеты по-своему свидетельствовали о серьезности предстоящих дел в будущем, молодой Мартин страдал от анонимности и безликости тех спален, где проводил ночи.

В то время, когда дом в Уэствуде сдавался очередным жильцам, Дэнни и Вера теряли возможность пользоваться услугами няни-студентки. Тогда Дэнни становился штатным водителем и отвозил Мартина в Лойола Маримонт для получения специального образования из нового и до того неизвестного района города. В смысле безопасности передвижения ничего не менялось — в ранние утренние часы Дэнни страдал от похмелья, если уже не поправлял здоровье очередной порцией спиртного, а к тому времени, когда сына следовало забирать из школы, он снова напивался.

Вера никогда не водила машину. Бывшая Гермиона Роузен так и не научилась водить машину, что не редкость среди людей, чьи юношеские годы прошли в Бруклине или Манхэттене. Ее отец, режиссер Гарольд Роузен, также не водил автомобиль, поскольку часто ездил в лимузине с шофером. Однажды в течение нескольких месяцев Гарольд посылал лимузин с водителем, чтобы доставлять Мартина в школу, потому что у Дэнни Миллса права отобрали за вождение машины в нетрезвом состоянии.

Что же касается дядюшки по линии матери, то Гордон Хэтэвей был водителем-ветераном, он крутил баранку много лет. Права у него периодически отнимали — то он превышал скорость, то не

слышал сигналов других водителей из-за грибков в ушах, которые он лечил лекарством розового цвета. Гордон никогда не реагировал на звуковые сигналы пожарных машин, машин «скорой помощи» или полицейских автомобилей. И своего клаксона в машине никогда не использовал, поскольку ничего не слышал и вследствие этого ничего не боялся на дороге. Дядюшка встретится со своим Создателем на шоссе Санта-Моника, где врежется в автопоезд с досками для виндсерфинга. Такая доска и убьет Гордона, мгновенно. Может быть, она вылетела с крыши автопоезда или вывалилась из открывшейся задней двери, но пробила ветровое стекло машины Хэтэвея, положив начало цепной реакции аварий. На четырех рядах движения в двух встречных полосах столкнулись восемь машин и мотоцикл. Погиб только Гордон. Не исключено, что режиссер секунду-другую видел, как приближается его конец, однако в надгробной речи его знаменитая сестра-пи… страдалица, являвшаяся женой Гарольда Роузена и Вериной матерью, заявила, что глухота по крайней мере спасла Гордона от ужасного грохота, случившегося в момент его гибели. По общему мнению, шум от столкновения стольких машин стоял ужасный.

Мартин Миллс уцелел в опаснейших поездках для получения специального образования в университете Лойола Маримонт. Однако его доконали чужие спальни, в которых было трудно ориентироваться.

Во время распродажи Дэнни, поторопившись, купил дом в Уэствуде на деньги, полученные от контракта за три сценария. К сожалению, в то время, когда он получил деньги, сценарии еще не были готовы, и ни один из них не был закончен до съемок фильма. Как обычно, последовали дополнительные сделки на основе незавершенных сценариев. В результате Дэнни оказался вынужден сдавать дом в Уэствуде, что ввергало его в депрессию. Сценарист напивался, чтобы не чувствовать к себе отвращения. Денежные проблемы заставляли его жить в домах других людей. Как правило, это были дома режиссеров-постановщиков, режиссеров или актеров, которым он оказался должен из-за недописанного сценария. Не имея сил выдержать ни спектакля из жизни Дэнни, ни компании писателя-неудачника, эти филантропически настроенные люди оставляли свои дома и убегали — либо в Нью-Йорк, либо в Европу. Иногда и Вера сбегала с очередным хозяином дома, однако об этом Мартин Миллс узнал значительно позже.

Писать сценарий в таких ужасных условиях для Дэнни Миллса значило то же самое, что разбивать собственные яйца всмятку. Он часто употреблял это словосочетание, бывшее любимой присказкой Гордона Хэтэвея. Лежа без сна в келье миссии Святого Игнатия, Мартин Миллс не мог унять воспоминаний о всех этих домах, принадлежавших незнакомым людям, которые всегда являлись сильными мира сего по отношению к его слабому отцу.

В Беверли-Хиллз на улице Франклин-Каньон стоял дом, принадлежавший одному режиссеру. Дэнни потерял возможность жить там из-за того, что подъездная дорожка к дому оказалась слишком крутой — так он сам объяснил причину неудачи. На самом деле однажды в пьяном виде он оставил машину режиссера в открытом гараже с переключателем скоростей в нейтральном положении и не на тормозах. Поэтому машина покатилась, сломала фруктовые деревья и упала в плавательный бассейн. Дело бы не кончилось так печально, если бы Вера не занималась лесбийской любовью со служанкой режиссера, которая на следующее утро голая нырнула в бассейн и разбила челюсть и ключицу о ветровое стекло стоявшей на дне машины. А в это время Дэнни звонил в полицию по поводу кражи автомобиля. Вполне естественно, служанка подала на режиссера в суд за ущерб, причиненный его машиной на дне бассейна. Поэтому сценарий, который тогда писал Дэнни, так и не дождался съемок, что было не редкостью в процессе «разбивания собственных яиц всмятку».

Мартину Миллсу нравился этот дом, но не его служанка. Впоследствии Мартин очень сожалел, что мамаша перестала отдавать сексуальное предпочтение молодым девушкам, поскольку ее аппетит на молодых мужчин оказался просто ужасным. Что же касается спальной комнаты Мартина в доме на улице Франклин-Каньон, то ее он любил больше других. В этой угловой комнате было достаточно свежо, кондиционер здесь не требовался, и мальчик слышал, как машина погружалась в плавательный бассейн: вначале раздался всплеск, затем забулькали пузырьки воздуха. Однако Мартин не встал с постели и не уточнил причину шума, поскольку решил, что эти звуки связаны с его пьяным отцом. Может быть, это Дэнни прыгал в бассейн с несколькими пьяницами, которые рыгали и блевали под водой. Он и подумать не мог, что звуки издавала машина.

Встав, как обычно, рано утром, Мартин лишь удивился, увидев машину на дне бассейна со стороны, где глубина была наибольшей. Не сразу он подумал, что отец мог остаться внутри автомобиля, а когда подумал об этом, то голый побежал в слезах к плавательному бассейну, где обнаружил нагую служанку, которая захлебывалась под доской трамплина для ныряния. Ему так никогда и не поверят, что он спас утопающую.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать