Жанр: Классическая Проза » Владимир Данилушкин » Из Магадана с любовью (страница 34)


– Обиделась?

– На таких не обижаются.

– Лихо у тебя выходит. Откуда вы беретесь, острословы, шустряки? Накрутите, навертите, сам черт не разберет.

Конечно, ей уже давно следовало уехать, коль с консерваторией не получилось. С этим можно согласиться. Что-то, значит, ее держало? Познавательный интерес? Выведать, до чего могут люди в своем обмельчании дойти?

Телков чувствовал свою пульсирующую вину и нарастающую тревогу, будто настал час возмездия. Что бы ни сделала Варя, что бы ни сказала, она была, безусловно, права, и на многое он был готов, чтобы вина его простилась.

Автобусы уже не ходили, Телков нес чемодан, не обращая внимания на мерцание сигнальных огней такси. Варя шла за ним, слегка посмеиваясь, будто это не всерьез, а эксперимент, и он может в любую минуту прекратиться. Или это у нее была тихая истерика.

И вокзал, и касса без очереди, наличие единственного билета на Красноярск – все это было подстроено. Розыгрыш такой – чтобы унизить Телкова. Он должен выпутаться из неловкого положения, отгадать нелепые загадки, которые загадывает принцесса. Она знает, что не отгадаешь, посмеется, и тебе отрубят голову. Поезд пришел слишком быстро. Попрощались наспех. Телков торопливо поцеловал Варю, будто опаздывал на свои похороны.

– Спасибо тебе за все, Иван, – сказала она с надрывом, который невозможно сыграть.

Прямо с вокзала он пошагал на работу, надеясь пережечь в себе тоску, и думал о ней, как она спит на вагонной полке. Или посмеивается над нелепым молодым человеком. Ей самой надоело это экспериментаторство. Даже палачи устают. Но какая бы она ни была, вину с него никто не снимал. Нельзя так мямлить. Ты просто, как магнит, притягиваешь железных людей, которые готовы тебя обидеть. Нет, сейчас бы он себя совсем не так повел. К черту! Надо жить дальше. Кстати, работу подзапустил, учебу. В библиотеку надо поехать. Соня на него сердится. Но ничего, простит. Таким дано прощать.

От вокзала до завода путь неблизкий, верст двенадцать, можно обо всем подумать – обстоятельно и многократно. Давно уже рассвело, тяжелые ночные мысли отодвинулись, мутная тревога истончилась, превратилась в легкое сожаление, как по чужому. И все же, когда открылось здание заводской проходной, он вдруг поймал себя на мысли: вдруг Варя прождала его у ворот все ночь? Хоть и мимолетным было это ощущение, но оно сопровождалось волнением и предощущением счастья. Ему двадцать лет, то-то еще будет…

Светлая

беспричинная радость стала греть его сердце. И от девушки ушел, и от волка, и от лисы. Молодой, вольный, какое счастье! Ни под кого не надо подстраиваться. Нет, безответственность – это плохо. Но хоть иногда можно же стать беспечным и юным!

Недели через две он получил письмо от Подмухина. «Восхищен твоим поведением. Варя мне все рассказала. По привычке устроила разнос, стравливала с тобой. Чем-то ты ее здорово задел. Сравнения не в мою пользу. Давай-ка, бери командировку и приезжай. Вам надо с ней поговорить. Или отпуск. Обратную дорогу мы с Эммой возместим. Твой Витька.

Иван! Сукин ты сын! Ты, оказывается, половой гигант! Как тебе удалось поставить такой рекорд? Это кама сутра, что ли? Представишь мне полный отчет о той ночи!»

Нет, он совершенно несносен, Витька! Почему с утра, если это длилось всю ночь! Телкову было приятно думать о друге, вспоминать ситуации, в которые тот попадал. И всегда девушки, девушки на сессии. «Иван, женись на Ирочке, я заклинаю!» В их любимом кафе «Пингвин» Витек уговаривал не дать пропасть то одной, то другой ценной «кадре». Где теперь эта Ирочка? Людочка, Мусенька? А как любил Витек поболеть в гостиничном номере! Тумбочка, уставленная лекарствами, и названия их произносятся на французский манер: «Сэдуксэн». Надо встретиться. Телков попросил маму уложить чемодан и написал заявление. Осталось завершить текущее задание и купить билет.

И тут Иван достал из почтового ящика телеграмму: «Встречай Ирочку…»

Ну, Витька, все-таки решил ты воспитать из меня крутого бабника. Энергично действуешь. Мне бы твой темперамент! Ничего, не боги горшки обжигают. Когда, стало быть, Ирочка приезжает? Надо достать ей цветов – у Сони! Однако уже через минуту он мчался на телеграф, сочиняя на ходу ответ Витьке: «Пошел ты в ЖОПУ здесь своих как грязи».

– Замените слово, – сказала телеграфистка. – Я не могу это передать. У нас инструкция.

– Да вы не волнуйтесь, это аббревиатура. Железное Общество Приятных Универсалов, – соврал Телков.– Кстати, что вы делаете вечером?

– А вам-то какое дело?

Была бы честь предложена, подумалось Телкову. Телефон Ольги долго не отвечал.

– Алло? Это кама сутра? С вами говорит половой гигант Телков. Я тебя жду у фонтана. И не думай финтить. А то укушу.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать