Жанр: Триллеры » Эрик Ластбадер » Возвращение в темноте (страница 65)


— Откуда вы узнаете, где я буду в полночь?

Майер улыбнулся:

— Я знаю, где в это время будет Барбасена. Уверен, что мы с вами, прочтя весь этот материал, независимо друг от друга пришли к одному и тому же выводу. Вы не станете штурмовать дома-крепости. Держу пари, вы вообще не станете убивать его в помещении.

— Но откуда вам это известно?

— В душе я игрок, сэр, и вы хорошо это знаете, — уклончиво ответил Майер и, помолчав, спросил: — Вы ведь уже побывали в ресторане, не так ли?

Кроукер кивнул.

— Не поймите меня неправильно, Майер, но мне ваша помощь ни к чему. Это слишком опасно для нас обоих. Вы же сами сказали, что братья Бонита обладают невероятным чутьем.

Майер мрачно кивнул. Наклонившись, он подвинул чемоданчик поближе к Кроукеру и неожиданно произнес:

— Я должен помочь вам. Я сделаю это не столько для вас, сколько для себя, для спасения собственной души, если угодно.

Взяв чемоданчик, Кроукер сказал:

— Напротив ресторана «Аншай» находится трехэтажное здание. — Он назвал Майеру точный адрес на Вашингтон-авеню. — Со двора можно забраться по пожарной лестнице на крышу этого здания. Оттуда все пространство перед рестораном видно как на ладони. Идеальное место для снайпера.

— Великолепное решение. Но вам непременно понадобится напарник, который прикрывал бы вас. Кроме того, чем быстрее будет получено подтверждение смерти Барбасены, тем быстрее Рейчел получит донорскую почку.

— Благодарю вас, Майер.

— Не за что. В качестве благодарности я прошу вас рассказать обо мне вашей племяннице, Рейчел, когда она поправится.

— Вы сами сможете поговорить с ней, когда все это кончится. Она в больнице «Джексон Мемориал».

— Сочту за честь, сэр, — неожиданно официально ответил Майер.

Он уже повернулся, чтобы уйти, когда Кроукер сказал:

— Постойте, Майер...

— Да, сеньор?

— Есть еще одна причина, по которой вы хотите присутствовать при убийстве Барбасены, не так ли?

Майер не отвечал, рассеянно глядя Кроукеру через плечо.

— Вы подумали об Антонио и Хейторе, — продолжал Кроукер. — После того как я выполню свою миссию, я стану им не нужен. У Хейтора навязчивое желание заполучить вот это. — Кроукер поднял свой биомеханический протез. — Что же касается Антонио, то я пока не знаю, чего он от меня хочет. Кажется, он испытывает ко мне какие-то человеческие чувства...

— Это не имеет ни малейшего значения, сэр. Они все равно убьют вас. — В голосе Майера не прозвучало и тени сомнения. — У них нет иного выбора — вы слишком много знаете, а потому представляете для них серьезную опасность.

— Я знаю, — коротко ответил Кроукер. — И еще один вопрос.

— Я уже все вам рассказал.

— Не совсем. Какое отношение имеет к вам Эстрелла Лейес?

Кроукер сам не знал, почему задал Майеру этот вопрос. Собственно говоря, толчком послужил тот факт, что сорочки, найденные им в доме Трея Мерли, были присланы, судя по квитанции, из той прачечной, где работала Эстрелла.

— Да, вы узнали гораздо больше, чем я ожидал, — слегка удивленно произнес Майер. — Мы с Эстреллой вместе выросли. В детстве она была для меня все равно что старшей сестрой. Теперь же все мои интересы сосредоточены в сфере бизнеса, а ее — во всей Вселенной, что окружает нас.

— Вы имеете в виду хета-и?

Майер кивнул.

— Когда я украл медицинские карты из кабинета Стански, мне нужно было где-то спрятать их на время. И тогда Эстрелла вызвалась помочь мне.

— Я знаком с ней, — сказал Кроукер. — Она боится братьев Бонита.

— Я бы сказал, они наводят на нее ужас. — По лицу Майера было видно, что он тревожится за Эстреллу. — Она своими глазами видела те страшные ритуалы, которые братья совершали над людьми. Она рассказала мне, что в их деревне поговаривали о том, что эти близнецы были рождены не женщиной. Говорили, что их подбросили на порог дома, где доживала последние дни смертельно больная женщина. Даже в младенчестве они были способны на страшное злодейство. Они загрызли насмерть ее собственного ребенка, и когда она решила убить их за это, они стали плакать и кричать от голода, протягивая к ней ручки. Не выдержав, она стала кормить их грудью и, странное дело, вскоре излечилась. Потом она совсем забыла о собственном ребенке и стала воспитывать близнецов как родных. Она стала им матерью.

— Неужели вы верите в эти сказки? — улыбнулся Кроукер. — Существует множество подобных историй о вампирах, призраках, всяческих чудовищах и прочее. Но это не значит, что они существуют на самом деле.

Майер пожал плечами.

— Не могу сказать вам ничего определенного, сеньор. В чем я хорошо разбираюсь, так это в законах и в том, как их обходить, — печально улыбнулся он.

— Братья Бонита всему научились у Хумаиты Милагроса, а потом извратили полученные знания в собственных интересах.

— Это уже другая история. — Майер поглядел вниз, на чемоданчик, думая, очевидно, о его содержимом. — Одно мне известно наверняка: Эстрелла Лейес не из тех невежественных женщин, что рассказывают всякие небылицы.

* * *

В доме «Трея Мерли» все было так, как осталось после стычки Кроукера с Хейтором. Было совершенно очевидно, что Майер даже не думал приезжать сюда. Кроукер быстро и почти бесшумно двигался по темному дому.

Войдя в спальню, он огляделся. На постели все так же лежала стопка чистых сорочек, на подставке в ногах кровати все так же стояли телевизор и видеомагнитофон.

Что-то беспокоило Кроукера во всей этой неразберихе с братьями Бонита,

АКСК и Бенни. С одной стороны, ему казалось, что Майер был с ним откровенен, но, с другой стороны, Кроукер был убежден, что Майер сам не знал всей правды.

Включив свет, он стал внимательно разглядывать комнату. Ему вспомнилось, как отец говорил: «Очень часто то, что ты ищешь, находится прямо у тебя под носом».

Кроукер провел пальцем по стопке лазерных дисков: «Касабланка», «Мальтийский сокол», «Последнее танго в Париже». Внезапно он заметил, что в глубине полки что-то поблескивает. Отодвинув в сторону диски, он нашарил пальцем потайной замочек и нажал на него. Тут же бесшумно открылся выдвижной ящик с картотекой. Кроукер просмотрел сложенную в ящике документацию — счета, квитанции, налоговые декларации, инвестиционные свидетельства. Кроукер не нашел среди документов ничего необычного, хотя с удивлением узнал, что Майер, судя по документам, гораздо более состоятельный человек, чем это представлялось Кроукеру. И лишь в самом дальнем углу ящика он наткнулся на папку с телефонными счетами — как раз то, что нужно!

Открыв папку, Кроукер стал нетерпеливо листать ее. В доме были три телефонные линии, что не вызывало удивления, учитывая профессию хозяина. Кроукер нашел последний счет за тот сотовый телефон, номер которого дал ему сам Майер. Счета были оплачены чеком, номер которого и дата платежа были четко указаны на обороте. Кроукер просмотрел счета прошлого месяца, потом позапрошлого — все были оплачены самим Марселем Рохасом Диего Майером, а вовсе не Бенни Милагросом.

* * *

Значит, компьютер наврал?! Похоже, Антонио был прав — все лгали Кроукеру, и даже компьютеры! Впрочем, они были тут ни при чем. Они выдавали данные, которые загружал в них человек. А человек может загрузить в компьютер любую ложь.

Кроукер почувствовал странное облегчение. Судя по найденным документам, Бенни никогда не оплачивал телефонные счета Майера. Значит, Бенни говорил правду, когда утверждал, что не знает никакого Майера. Теперь Кроукер уже не верил ничему из того, что узнал о Бенни с компьютерной дискеты. Если причастность Бенни к делам АКСК тоже окажется ложью, значит, все сведения относительно Серо сфабрикованы Антонио и Хейтором. Тогда что же собирался делать Бенни сегодня в полночь, точно в то время, когда в Майами прибудет Хуан Гарсия Барбасена? Зачем ему понадобился катер Кроукера?

Было уже почти десять часов вечера, когда Кроукер подъехал к дому Эстреллы Лейес в Эль-Порталь. За занавесками были видны голубоватые отсветы телевизионного экрана — Пабло Лейес, как всегда, смотрел спортивные передачи.

Соседний дом, дом Сони, был темным и безжизненным. Кроукер постоял у куста жасмина, вдыхая волнующий аромат его белоснежных цветов. В сгустившихся сумерках едва слышно шелестело старое лимонное дерево. Кроукер представил себе, что это голос Сони. Ему хотелось вновь услышать ее смех, увидеть яркий блеск темных глаз... В нем загорелось страстное желание отомстить тем, кто лишил ее жизни, кто так жестоко обошелся с Рейчел! Он знал, наступит время, когда он встретится с Антонио и Хейтором в последней смертельной схватке, когда никакой компромисс не сможет примирить врагов. Это будет время мщения и смерти!

С этими мыслями он направился к дому семьи Лейес. Входная дверь была распахнута настежь, чтобы слабый ветерок хоть немного освежил нагретое за день помещение. Из дома доносились звуки излишне эмоциональной скороговорки комментатора. Похоже, показывали футбольный матч с участием хваленой аргентинской команды.

На дверном стекле, словно приклеенная, сидела большая ночная бабочка. Ее светлые пятнистые крылышки казались осыпанными пудрой. Кроукер ступил на крыльцо, и на бабочку упала его тень. Ночная красавица тут же вспорхнула и скрылась в густых сумерках. Кроукер вошел в дом.

На экране телевизора гоняли мяч футболисты, подбадриваемые оглушительными криками болельщиков. Кто-то сидел в большом мягком кресле перед телевизором. С того места, где стоял Кроукер, была видна лишь макушка. Похоже, это была лысая голова Пабло Лейеса.

В доме пахло травами и пряностями, Кроукеру вспомнилось снадобье, которым Эстрелла хотела помочь умиравшему от СПИДа Нестору, другу Сони.

На столике у стены Кроукер заметил фотографию молодой девушки на фоне тропической зелени. Это была фотография Эстреллы Лейес в молодости, в джунглях неподалеку от Асунсьона. Ее глаза поражали невероятной проницательностью.

Кроукер хотел было позвать хозяина, но что-то его остановило. В доме было что-то не так — открытая настежь входная дверь, чересчур громко работающий телевизор, промелькнувшая в кухне тень...

Кроукер уставился на спинку кресла.

Он вспомнил, как в первый раз смотрел фильм «Психоз». Почти в самом конце фильма была сцена, когда героиня, Марион Крейн, поднявшись на чердак дома Бейтсов, поворачивала к себе кресло-качалку, в котором сидел мумифицированный труп матери Нормана Бейтса. Вплоть до этой сцены зрители были уверены в том, что мать Бейтса была действительно жива, потому что сам Норман периодически разговаривал с ней. И только в самом конце все открылось — смерть матери и безумие Нормана.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать