Жанр: История » Макс Даймонт » Евреи, Бог и история (страница 5)


ВЕЛИКОЕ ВИДЕНИЕ

Свой путь в историю евреи прокладывали неприметно и с большим опозданием. У них не было ни каменного, ни бронзового века. У них не было и века железного. В течение первых восьми столетий своего существования они кочевали внутри и вовне больших цивилизаций, окружавших их. У них не было ни зданий, ни городов, ни армии. В сущности говоря, у них не было даже оружия. Все их богатство составляли те идеи, которые со временем покорили мир, хотя и не сделали евреев его хозяевами.

Еврейская история начинается в тот удаленный от нас на четыре тысячелетия день, когда человек по имени Авраам встретился с Богом, который открылся ему под именем Эль Шаддай. В тот день начался диалог между евреем и Богом. Этот продолжающийся диалог и составляет содержание еврейской истории, в которой весь остальной мир играет роль с любопытством прислушивающихся зрителей.

Однако, прежде чем углубиться в историю евреев языческого периода – периода, в течение которого они, подобно наложницам, переходили из египетских рук в вавилонские, затем в ассирийские, затем в персидские, затем в греческие, затем в римские, – рассмотрим бегло события, предшествующие появлению евреев на исторической сцене.

Первые ростки цивилизации со всеми ее классическими приметами – городами, архитектурой, календарем, усовершенствованным оружием, армиями и налогами – проклюнулись где-то около 4500 г. до н.э. История породила две цивилизации одновременно и обе семитские: одну – к северо-востоку от Палестины, другую – к юго-западу от нее. Прошло около 2500 лет, прежде чем эти цивилизации узнали о существовании друг друга. Вслед за тем между ними начались войны, и Палестине пришлось тяжко поплатиться за свое положение буферного государства.

Цивилизация в Месопотамии (ныне – часть северного Ирака) началась с городов-государств. Самыми древними и известными среди них были Сузы, Киш и Ур. Именно вокруг этих городов и возникли первые империи. Их местоположение легче представить, если мысленно провести через центр Месопотамии горизонтальную линию с востока на запад. То, что расположено севернее этой линии, стало Ассирией, то, что южнее, – Вавилонией. Теперь мысленно разделим пополам Вавилонию. Верхняя часть – это царство Аккад, нижняя – царство Шумер: две первые Месопотамские империи.

В третьем тысячелетии до н.э. на трон Аккада взошел великий семитский царь по имени Саргон I. Он покорил шумеров и создал Шумеро-Аккадское царство. Это было государство с высоким жизненным уровнем и развитой культурой. Оно также располагало средством, которое превратило страну азиатской цивилизации из сельскохозяйственной в торгово-промышленную. Этим средством был новый вид письма – клинопись (от латинского кунеус, что означает «клин» и характеризует форму письменных знаков этого письма). Появление клинописи представляло собой значительный шаг вперед по сравнению с египетскими иероглифами.

На долю царя и законодателя по имени Хаммурапи выпала задача объединить (около 2100 г. до н.э.) все города-государства этого района в одну огромную Вавилонскую империю. Хаммурапи был вавилонским Моисеем. Он преподнес своему народу кодекс законов как дар небес, точно так же, как спустя тысячу лет Моисей даровал израильтянам свой кодекс законов у подножия горы Синай.

Все эти две с половиной тысячи лет, пока жители Вавилонии строили города, обогащались за счет грабежей, предавались любви, создавали законы, пили вино и мечтали о мировом господстве, евреи попросту не существовали. Но вот где-то около 2000 г., как раз в то время, когда молодое и беспокойное семитское племя ассирийцев начало хищно и жадно поглядывать на плодородные и богатые земли вавилонян, некий человек по имени Терах (Фарра) взял своего сына Авраама, его жену Сару и племянника Авраама Лота и покинул космополитический город Ур в Вавилонии.

Кем они были – Терах, Авраам, Сара, Лот? История не отвечает на этот вопрос. Библия ограничивается тем, что прослеживает генеалогию Тераха до потомков Шема (Сима), первого сына Ноя. Был ли Терах вавилонянином? На каком языке он говорил? Чем занимался? Ведь вряд ли этот житель одного из городов самой утонченной культуры своего времени был простым пастухом.

Все эти вопросы Библия оставляет без ответа. Но благодаря самому факту перехода через реку Евфрат Терах и его семья стали первыми людьми, которых Библия называет словом иврим («евреи»). Оно означает «перешедшие реку» или «люди с другого берега». Странствуя от города к городу, Терах и его близкие пришли, наконец, в страну Харан, что была в шестистах милях к северо-западу от Ура, в южной части нынешней Турции. Здесь Терах, покинувший Ур без чьего-либо внушения, закончил свои дни. Здесь же с Авраамом впервые произошло странное событие. Он увидел своего бога Яхве1и говорил с ним.

Эту встречу можно было бы сравнить со знаменитым видением Христа Павлу по дороге в Дамаск. Для евреев она была так же знаменательна, как видение Павла – для христиан.

Во время этой встречи Бог предложил Аврааму, тогда уже семидесятипятилетнему старцу, заключить с ним союз. Если Авраам будет следовать заповедям Бога, тогда Бог, в свою очередь, сделает потомков Авраама Своим Избранным Народом и возьмет их под Свое покровительство. Здесь следует отметить, что Бог при этом не сказал, будто евреи будут лучше других. Он всего лишь сказал, что они сохранятся как отдельный и особый народ и будут Его народом. Как именно это произойдет,

Бог не открыл Аврааму. В ту встречу Бог предписал всего лишь одну заповедь и дал всего лишь одно обещание. Заповедь состояла в том, что все мужчины Избранного Народа должны совершать обряд обрезания на восьмой день после рождения (или после обращения, если они обращены взрослыми). Обещана Избранному Народу была земля Ханаан.

Произошло ли это в действительности? Мнения по этому поводу разнятся – от принятия буквального смысла каждого слова до отрицания каждого же. Мы полагаем, что это действительно произошло, хотя несколько иначе, чем описано. Знаменательная встреча делается понятной современнику, если взглянуть на нее сквозь призму психоанализа. С психоаналитической точки зрения вполне возможно, что Авраам сам себе внушил идею союза со Всемогущим Отцом (в образе Яхве) и спроектировал на эту отцовскую фигуру естественное желание защитить своих потомков.

С исторической точки зрения не имеет значения, Авраам ли спроектировал свои желания на воображаемую фигуру Яхве или реальный Яхве предложил союз Аврааму. Существенно, что и поныне, спустя четыре тысячи лет, идея союза между евреями и Яхве продолжает существовать. Он ежедневно упоминается в молитвах евреев всего мира. За это время многие аспекты еврейства и иудаизма претерпели изменения, но идея союза с Богом осталась неизменной. Она, в свою очередь, породила стремление оставаться евреями. Это стремление стало движущей силой иудаизма. Без него не было бы ни иудаизма, ни евреев. Стоит этому стремлению исчезнуть, как исчезают все препятствия перед полной ассимиляцией евреев. В ходе истории изменялись методы, которыми это стремление поддерживалось, но цель оставалась неизменной. Еврейская история представляет собой последовательную смену идей, призванных обеспечить достижение этой цели.

«Как хороши твои шатры, о Иаков, и твои жилища, о Израиль!» – восклицает языческий жрец в Книге Чисел. Это, разумеется, поэтическое преувеличение. Кочевая жизнь не способствует развитию искусств и культуры. В течение четырех столетий Авраам и его потомки странствовали в земле Ханаан, как бездомные кочевники. У них не было ни своей собственной страны, ни своих собственных правителей. Они практиковали свой обряд обрезания, и хотя соседи часто относились к ним с уважением, столь же часто смотрели на них как на странный народец, – может быть, даже слегка свихнувшийся народец, вздумавший поклоняться Богу, которого нельзя увидеть.

Десять заповедей Моисея возникли не раньше, чем четыре столетия спустя. Книга Бытия пестрит упоминаниями об идолах, которые составляли неотъемлемую часть домашней утвари в шатрах еврейских патриархов. Три положения, однако, сохранили евреев в эти первые столетия их существования: идея единственности Бога, провозглашенная Авраамом (или, если угодно, провозглашенная Аврааму), обряд обрезания и отказ от человеческих жертвоприношений (столь трогательно изложенный в истории с жертвоприношением Исаака). Едва лишь евреи восприняли идею монотеизма (т.е. единственности Бога), они начали, сами о том не подозревая, вести себя особым образом. Эти изменения в родовом и индивидуальном поведении были вначале почти незаметны. Постепенно, однако, они становились все более и более ощутимы и все больше и больше отдаляли евреев от всех других.

Невидимого Бога приходится почитать иначе, чем видимого. Поэтому евреи вынуждены были разработать ритуал, который резко отличался от повсеместно распространенных в язычестве. Поскольку Яхве бессмертен, Он никогда не умирает. Следовательно, Он никогда не воскресает. Вследствие этого евреи отбросили языческие ритуалы умирающего и воскресающего бога. Так как существует только один Бог, не может быть мифологических войн между богами. В результате евреи отбросили всю языческую иерархию богов и мифологию их конфликтов. Если Яхве – это чистая духовность, у него не может быть сексуальной жизни. Поэтому евреи отбросили и все языческие ритуалы плодородия.

Пример Яхве, полностью свободного от сексуальности, привел к тому, что евреи стали обуздывать импульсы плоти более в силу внутренней самодисциплины, нежели из-за страха перед законами. Интересно сравнить ту роль, которую занимает секс в еврейской жизни, с его ролью в греческой цивилизации. Греческие боги сами дают пример необузданной похоти и извращений. Их пример, в конечном счете, расшатывает мораль тех, кто им поклоняется. Между тем евреи, даже вступив впоследствии в контакт с греческой цивилизацией, никогда не знали присущих ей сексуальных излишеств. С другой стороны, евреи не встали и на путь полного сексуального воздержания, проповедуемого ранней христианской церковью. Они избрали срединный путь – между сексуальной распущенностью и воздержанием, буквально последовали заповеди своего Бога о многодетности. Вполне извинительно, что, стремясь точно исполнить эту заповедь, они позволили себе некоторую свободу. В шатрах сластолюбивых патриархов было много языческих наложниц, формально считавшихся «служанками». Почтенные старцы в обилии плодили потомков в том возрасте, когда человек нашего времени уже начинает жить за счет пенсионных отчислений.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать