Жанр: Исторические Любовные Романы » Лесли Лафой » Путь к сердцу (страница 24)


Глава 11

Ривлин выпрямил спину и вытянул ноги. Мадди была права — он совершенно не выспался. Да и попробуй усни по-настоящему, сидя на стуле. Каждый раз, как она поворачивалась на другой бок, Ривлин пробуждался от вязкой дремы и начинал бороться с желанием перебраться в постель. Ближе к рассвету он пришел к выводу, что необходимо принять какое-то твердое решение насчет своей подопечной до наступления следующей ночи, иначе он рискует окончательно расстроить свои нервы.

Как же все-таки ему быть? Заниматься любовью с женщиной-заключенной — мысль не слишком хорошая. С другой стороны, даже когда он просто смотрел на нее, в нем вспыхивал огонь, который не погасишь никакими резонами и правилами. Когда он поцеловал ее, огонь этот сделался таким жарким, что заставил его забыть обо всем на свете.

Ривлин затянул потуже ремень и поднялся с тяжелым вздохом; потом вышел наружу, беззвучно закрыл за собой дверь и, заперев ее на ключ, спустился по черной лестнице вниз. Там он обнаружил Кэти, которая кипятила воду на огромной чугунной плите, а также Мередит — она сидела в черном шелковом халате у кухонного стола и откусывала маленькие кусочки от горячего тоста.

— Доброе утро! — Приветливо поздоровавшись, Кэти протянула Ривлину чашку горячего кофе. — Малышка Грейс спит крепко, как сурок в своей норке. Она сыта и довольна.

— Приятно слышать, — отозвался Ривлин, прежде чем сделать первый глоток живительного эликсира.

— У вас такой вид, словно вы провели беспокойную ночь, — заметила Мередит.

Ривлин почувствовал на себе ее многозначительный взгляд, после чего Мередит откинула полу халата, обнажив длинную стройную ногу. Он сделал еще глоток кофе и только после этого ответил:

— Спал я крепко, но до этого провел несколько тяжелых ночей, так что еще не выспался как следует.

— Я всегда говорю, что тяжелую ночь помогает забыть приятное утро.

Приятное утро? Он подумал о Мадди, которую оставил спящей в непринужденной позе, с растрепавшимися волосами, такую невинную и желанную. Приятное утро с Мадди могло перейти в приятный день, вечер и ночь. С ней приятнейшим образом можно было провести и неделю, и две…

— Кажется, мое замечание нашло у вас отклик…

Ривлин покрутил головой, чтобы прогнать от себя обольстительный образ. Сосредоточившись на окружающем, он увидел, что Мередит откинулась на спинку стула, отчего ее халат распахнулся еще больше и открыл бедра.

Изобразив дружелюбную улыбку, он произнес:

— Благодарю вас за добросердечное предложение, но я должен уйти.

— По-моему, женщина, неспособная доставить мужчине удовольствие, не может предъявлять на него исключительные права. Уверяю вас, я знаю способы, о которых мисс Ратледж и представления не имеет.

— Вы имеете право думать по этому поводу все, что вам заблагорассудится, мадам, однако суть дела заключается в том, что я не склонен принять ваше предложение. — Он повернулся к Кэти, которая молча стояла у плиты, помешивая что-то в кастрюльке, и изо всех сил старалась казаться незамеченной. — Пожалуйста, найдите какие-нибудь вещи, в которые Мадди могла бы переодеться, и подготовьте горячую ванну.

Кэти обернулась к нему с улыбкой, но Мередит не дала ей произнести ни слова.

— Она может взять что-нибудь из старья. Что касается ванны, пусть отправляется в общественную купальню, если ей так приспичило.

— Ни одна порядочная женщина не ходит туда! — горячо запротестовала Кэти. — Я сама нагрею для нее воды.

— Нет, не нагреешь! — отрезала Мередит, вставая со стула. При этом халат соскользнул с ее плеча. — Я устанавливаю правила и слежу за порядком в этом доме. Если мистер Килпатрик желает, чтобы к мисс Ратледж были внимательны, он сам должен быть покладистей.

Ривлин подумал, что ему проще было бы уйти, однако это все равно ничего бы не изменило.

— Мне кажется, вы решительно настроены против моей спутницы, — заметил он. — Позвольте спросить, почему?

Мередит изобразила улыбку, которую, видимо, считала соблазнительной.

— У нее есть кое-что, о чем я всегда мечтала для себя. Это вы.

Железная женщина, надо отдать ей должное. Надеясь выйти из положения так, чтобы не показаться грубым, Ривлин заметил:

— Прошу прощения, мисс Мередит, но на тот случай, если вы сомневаетесь, я не единственный мужчина в городе.

— Дело не в этом. Я всегда предпочитаю качество легкой победе.

— По-моему, тут нет никакого противоречия, — возразил он как можно вежливее, но его усилия смягчить чувства собеседницы успеха не имели. Мередит негодующе фыркнула, рывком натянула халат и бросила убийственный взгляд на ни в чем не повинную Кэти, а затем на Ривлина. Ему сразу стало ясно, что за этим ледяным холодом скрывается неистовое бешенство, поэтому, прежде чем она успела облечь свою злобу в словесную форму, он, быстро проглотив остаток кофе, сказал: — Весьма признателен за желание помочь, Кэти. Я немедленно иду в общественную купальню и сделаю соответствующие распоряжения.


Ривлин не поскупился на расходы. Общественная купальня была нанята для их с Мадди исключительного пользования, и Ривлин настоял, чтобы в ванны была налита свежая вода. Мадди погрузилась в нее по самый подбородок, наслаждаясь ароматом лавандового мыла. Разве что-нибудь могло быть лучше? Она снова почувствовала себя человеком. Если бы она могла придумать, как все уладить с Килпатриком и Грейс, то была бы полностью счастлива.

Утром Ривлин разбудил Мадди, войдя в комнату с подносом, на котором

стояла большая чашка кофе, а на тарелке лежали горячие лепешки и громоздилась стопка нарезанного бекона в три дюйма высотой. Мадди ела в постели впервые в жизни, и Ривлин был откровенно рад тому, что ей это доставило удовольствие. Когда она подчистила все до крошки, он выманил ее из постели, предъявив платье и белье, приготовленные стараниями Кэти. В ответ на ее предложение пойти проведать Грейс Ривлин сдвинул брови и заметил довольно сурово, что Мадди проспала чуть ли не весь день. На самом деле он просто не хотел подпускать ее к ребенку и, чтобы добиться этого, нагрузил кучей дел.

— Что означает эта тишина? — окликнул он ее, когда они уже находились в купальном заведении, разделенные холщовой занавеской.

— Я пробую утопиться, — ответила Мадди, — а это требует сосредоточенности.

Ривлин засмеялся, и она услышала, как выплеснулась вода через край его ванны.

— Если ты не приведешь себя в пристойный вид к тому времени, как я это сделаю, то можешь попасть в затруднительное положение.

Мадди поскорее вылезла из воды и занялась вещами, которые подобрала для нее Кэти. Среди них она неожиданно обнаружила отделанный кружевами корсет с планками из китового уса. В тюрьме не разрешалось носить корсет — ведь из планок можно сделать ножи, а кружева превратить в удавку. Отсутствие корсета было одной из положительных сторон пребывания в заключении, и возвращаться к столь изощренному орудию пытки Мадди совсем не хотелось, однако этого требовали неписаные законы приличия, которые должна была соблюдать порядочная женщина. Досаднее всего было то, что корсет зашнуровывался на спине, и справиться со столь сложной задачей Мадди в одиночку не могла. Единственное, что ей оставалось, — это попросить Ривлина Килпатрика о помощи.

Прежде чем обратиться к нему, Мадди надела чулки, подвязки, длинные панталоны с оборками и сорочку, потом собрала волосы в пучок и пристроила корсет на себя.

— Ну что, ты готова? — спросил Ривлин.

— Настолько, насколько возможно, — уныло произнесла она. — Боюсь, тебе все-таки придется мне помочь.

Подняв занавеску, Ривлин вошел к Мадди со словами:

— Не стоит говорить об этом с таким сожале… — Он на мгновение утратил дар речи, увидев ее полуодетой, потом закончил: — Ладно, не горюй, сейчас мы все уладим.

Мадди кивнула и повернулась к нему спиной, сердце ее отчаянно билось.

— Надеюсь, ты это умеешь?

— Не могу утверждать, что мне раньше доводилось зашнуровывать корсеты, — ответил Ривлин, подходя к Мадди вплотную.

Она ощутила жар его тела еще до того, как пальцы Ривлина коснулись ее спины. А вдруг он обнимет ее и прижмет к себе, как это было прошлой ночью, даст ей почувствовать, что она в безопасности, что она желанна?

— Скажи, если будет больно, — попросил он, методично продевая и затягивая шнурки.

Отбросив прочь свои фантазии, Мадди ответила:

— Я бы с удовольствием сняла корсет, а не надевала его.

Он наклонился, и его дыхание обожгло ей плечо.

— Буду счастлив помочь и в этом — только попроси.

Мадди блаженно закрыла глаза.

— Слова настоящего джентльмена.

— Стараюсь им быть. Но это мучительно.

Мучительно? Нисколько он не мучается. Она по голосу чувствовала, что Ривлин улыбается. Неужели она — причина его счастья?

— Прошу прощения, — поддразнила она, — но, к сожалению, твои мучения еще не закончились. Пуговицы у платья — на спине. Тебе придется уладить и это.

— Ну что ж, постараемся как-нибудь довести дело до конца, — все с той же скрытой улыбкой сказал Ривлин, завязывая концы шнурков корсета.

На мгновение руки его обвили талию Мадди, но он тотчас же отступил и негромко откашлялся.

Мадди вздохнула и протянула руку к деревянной скамейке, на которой лежало выцветшее пестренькое платье.

— Я не слишком разбираюсь в фасонах, — заметила она, поворачиваясь к нему, — но судя по вырезу, платье вечернее. Если надеть его днем, это вызовет нарекания.

— Только не в Делано. — Ривлин взял у Мадди платье, и в этот момент их пальцы слегка соприкоснулись. Он опустил платье вниз, чтобы видеть ее; на губах его играла улыбка, а глаза сверкали весельем. — Ты сама наденешь его или хочешь, чтобы это сделал я?

Мадди взвесила все «за» и «против» и подняла руки над головой.

— Оно может быть вполне приемлемо в Делано, но мы собираемся в Уичито, — проговорила она, — а там, как известно, живут люди почтенные и добродетельные.

— Не думай о них — они ни капельки не лучше тебя. Помни об этом и держи голову выше.

Сердце Мадди затрепетало так сильно, что она не могла говорить.

Ривлин смотрел на нее долгим изучающим взглядом, потом подмигнул и улыбнулся:

— А теперь, дорогая, повернись ко мне спиной и позволь застегнуть твои пуговицы.

Пока он проделывал это, внимание его было сосредоточено на шелковистой коже ее плеч, выступающих из низко, вырезанного корсажа. Как она поведет себя, если он сейчас дотронется до ее плеча, покроет поцелуями шею? Что, если он протянет руки к ее грудям, приподнимет их и проведет пальцами по белоснежным выпуклостям?



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать