Жанр: Исторические Любовные Романы » Лесли Лафой » Путь к сердцу (страница 5)


Расстегивая седельную сумку и доставая из нее кусок мыла, Ривлин ответил:

— Мохнатые гусеницы, кажется, так и думают. Но я еще не видел, чтобы гуси летели на юг большими стаями, так что пока не ясно, как оно получится на самом деле.

Он повернулся к ней с куском мыла в руке не раньше, чем она встала на ноги, причем сделала это так беззвучно и медлительно, что он еще раз подумал о том, как же она измождена. Взгляд ее переходил с источника справа от их стоянки на конвоира и обратно, глаза настороженно потемнели, рот был крепко сжат.

— Пруд немного обмелел, — сказал Ривлин, озадаченный ее реакцией. — Очень долго не было дождя, и родники дают меньше воды.

Мадди кивнула, но снова ничего не сказала. Он посмотрел на поверхность пруда и нахмурился. Как ему, черт побери, совместить собственную ответственность и скромность этой женщины? Проклятие! Все-таки иметь дело с заключенными-мужчинами в некоторых отношениях куда проще.

— Вы, наверное, никогда еще не сопровождали женщин? — спросила Мадди, словно прочитав его мысли.

Ривлин передернул плечами и направился к самому берегу пруда, жестом предложив ей идти перед ним.

— Таких, как вы, не много, — заметил он. Мадди подчинилась его молчаливому приказанию и, не оборачиваясь, продолжала:

— Из этого следует, что вам не приходилось сталкиваться с некоторыми особенностями подобного положения.

— Нет, не приходилось. — Внезапная догадка вызвала на его лице улыбку, а в душе — некоторое облегчение. — Но поскольку вы уже бывали в дороге при подобных обстоятельствах, то, наверное, знаете, как улаживать эти проблемы…

Мадди медленно повернулась к нему, и в ее глазах он увидел холодный вызов.

— Не всегда их улаживают по-честному.

У Ривлина стеснило грудь, когда он понял то, чего она недоговаривала.

— Выходит, ваш последний тюремщик был не единственным, кому довелось получить наручниками по физиономии?

— Нет, не единственным, — ответила Мадди совершенно спокойно, но за ее спокойствием таилась железная решимость. — Как это ни противно, однако пришлось научиться наносить достаточно сильные удары, чтобы улаживать разногласия. Конвоир, который сопровождал меня перед этим, куда меньше придерживался правил, чем вы.

— Господи! — Ривлин сдвинул шляпу на лоб. В рапорте не упоминались подробности предыдущей транспортировки. — Кто это был? Ходжес?

— Стало быть, вы его знаете?

Да, он знал этого грязного сукина сына. Ходжес не просто создал худую славу своей профессии — он запятнал репутацию всего мужского пола. Теперь понятно, почему Мадди вздрогнула при виде куска мыла и была так напугана перспективой снять с себя одежду перед купанием. Возможно, она считает, что все пойдет так же, как у нее с Ходжесом.

— Мэм, — Ривлин старался очень осторожно выбирать слова, — я никогда не обладал женщиной, которая меня не хочет, не считал это необходимым и не любопытствовал поглядеть, что из этого получится. Я и не подумаю укладывать вас на спину, если вы сами того не пожелаете, запомните это и всегда держите в уме. Теперь я готов обсудить все ваши предложения насчет купания, а именно: как мне уберечь вашу скромность и вместе с тем не упустить вас из виду.

Мадди долго и пристально разглядывала его; страх, порожденный горьким опытом, боролся в ней с желанием довериться Ривлину. Слегка расслабив плечи, она перенесла тяжесть тела на одну ногу. Тревога исчезла из глаз, зато в них появился озорной блеск.

— А вы просто отойдите и положитесь на меня.

— Простите, — честно признался он. — Мне бы этого хотелось, но я не могу… имея в виду наше с вами пока еще очень недолгое знакомство и все прочее.

Мадди улыбнулась и сразу показалась ему гораздо моложе. Ривлин вновь ощутил сильное внутреннее напряжение, но то был уже чисто мужской отклик на очарование женщины. Он отвернулся, понимая, что ее хрупкое доверие рухнет при малейшем намеке на влечение с его стороны.

— У вас есть другие варианты? — спросил он, почесав в затылке.

Мадди вздохнула, но голос ее звучал куда живее, чем прежде, когда она ответила:

— Честное слово, я не знаю, что предложить. За последние два года каждое мое купание в одиночку начиналось с мерзкого подглядывания и кончалось дракой. Уединение недоступно женщине-заключенной.

Ривлин охотно этому верил.

— Ну хорошо, — снова заговорил он, — а что, если я буду стоять к вам спиной, пока вы моетесь?

Ее смех был музыкальным, веселым и на удивление задушевным.

— Я доверяю вам не больше, чем вы мне… имея в виду наше с вами пока еще очень недолгое знакомство и все прочее, —

повторила она его слова.

— Ладно, пока мы не придумали ничего лучшего, это, пожалуй, единственный путь к достижению цели. Насколько сильно вам хочется соскрести с себя грязь Форт-Ларнеда?

Мадди смерила взглядом расстояние между Ривлином и водой, сдвинула брови и, помолчав немного, сказала:

— Как вам покажется вот это: вы повернетесь ко мне спиной, я разденусь, войду в воду и окликну вас. Вы заберете мою одежду и уйдете в лагерь. Голая я никуда не убегу. Как только помоюсь, мы повторим эту процедуру.

— А где гарантия, что, как только я отвернусь, вы не шарахнете меня наручниками по затылку, еще не начав снимать одежду? — с сомнением спросил Ривлин.

Мадди лукаво улыбнулась:

— В этом есть смысл, не так ли? Не могу выразить, как мне жаль: вы подумали то же, что и я…

Ривлин вдруг решил, что с него довольно. Мадди Ратледж не так проста, как ему казалось.

— Может, плюнем на купание, и все дела? — неожиданно предложил он.

Опомнившись, Мадди взяла себя в руки и посмотрела на Ривлина с детской серьезностью.

— Но мне ужасно хочется искупаться. Обещаю вам, что не убегу, если вы мне это позволите. Могу поклясться на целой куче Библий…

У него не было ни одной, но ее готовности оказалось достаточно, чтобы внушить ему некоторый минимум доверия.

— Вот как мы поступим, мисс Ратледж, — сказал Килпатрик, доставая из кармана ключ от ее наручников. — Я отберу у вас оружие, пожалованное правительством, прежде чем повернусь к вам спиной, а все прочее мы сделаем так, как вы предложили.

Мадди протянула руки и дала ему снять с себя тяжелое железное приспособление.

— Спасибо, — прошептала она, когда ее конвоир вручил ей кусок мыла.

Было нечто успокаивающее в том, как она поблагодарила его. Повернувшись к ней спиной, Ривлин, скрестив руки на груди, предупредил:

— Берег крутой, и возле него глубоко, помните об этом.

— Ничего, я умею плавать.

Он прислушивался к шороху материи, отмечая про себя каждую вещь, которую она снимала, готовый в любую секунду повернуться. Потом раздался плеск воды, а следом — самый восторженный вздох, какой Ривлину когда-либо доводилось слышать от женщины. Он почувствовал мгновенную вспышку желания и выругался про себя, а затем, попятившись, нащупал сложенную одежду, подхватил ее и быстро зашагал к лагерю.

Мадди наблюдала, как он уходит, от души радуясь тому, что ей так повезло — впервые за долгое время. Ривлин Килпатрик обладал качествами, присущими джентльмену. Она помнила, с каким выражением отвращения и даже гнева слушал он ее рассказ о том, что намеревался сделать с ней Ходжес. Для нее то был первый знак, показывавший, что поведение Ривлина заслуживает некоторого доверия. Следующим проявлением его искренности было для нее то, как он вел себя, когда она раздевалась. Он даже на самую малость не повернул голову, а потом попятился, чтобы подобрать ее одежду. В этом было что-то совсем мальчишеское.

Мадди развязала обрывок кожаного шнурка на конце косы, распустила волосы и, держа шнурок в зубах, легла на спину, наслаждаясь полнотой впечатлений впервые с тех пор, как была арестована. Что ни говори, а ее нынешний конвоир понимал, как найти путь к сердцу женщины…

Именно это говорила о нем Майра. Потянувшись за мылом, Мадди стала припоминать другие умозаключения подруги. По мнению этой вполне разумной и опытной особы, конвоир мог овладеть любой женщиной, какую только пожелает.

Намыливая волосы, Мадди пришла к заключению, что, пожалуй, Майра была права. К тому же Ривлин Килпатрик, безусловно, красив и, как выразилась бы Рози, великолепно сложен. Что касается суждений Майры о его достоинствах как любовника… Мадди энергично пустила мыло в ход и принялась скрести голову, напомнив себе, что ее товарка по несчастью часто бывала склонна к цветистым поэтическим преувеличениям. Возможно, Ривлин Килпатрик способен заставить звезды сиять ярче, а земной шар — крутиться с бешеной быстротой, вот только она не намерена проверять справедливость таких утверждений на себе. От Уильяма Ходжеса и многих других, кто пытался следовать его примеру, она научилась не одному лишь умению драться. Будь Ривлин Килпатрик лучшим из людей, он все равно остается мужчиной, и ей не стоит чересчур доверяться ему.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать