Жанр: Биографии и Мемуары » Михаил Николаев » Добровольцы, шаг вперед! (страница 12)


К аэродрому подошли на высоте всего 300 метров. Землю не видно: туман. Наземные службы быстро сориентировались и, как на аэродроме в Павловке, выложили посадочную линию из костров САБ-3.

Что ж, надо садиться в тумане, благо опыт такой посадки у нас уже есть. Приземлились удачно. Вслед за мной с Киреевым сели Иван Даев с Алексеем Склеменовым, командир эскадрильи Сергей Дозмаров с Василием Домановым, Виктор Щукин с Иваном Чернышовым, Александр Анисимов с Сашей Костровым, Виктор Тягунов с Николаем Ефремовым... Нас провожают уже в столовую. Но какой тут ужин, когда над аэродромом в сплошной пелене тумана гудят на разных "голосах" самолеты твоих товарищей, твоих боевых друзей. Трудно, очень трудно приземлиться Аэродром-то - улица села. Малейшее отклонение от посадочных знаков и...

Гудят и гудят над аэродромом моторы. Но вот раздается глухой взрыв, затем еще один... Уж не подорвался ли кто на своих же бомбах? Нет. Как позднее выяснилось, это экипаж Сергея Безбородова, чтобы не рисковать, сбросил бомбы в болото, выйдя на него по расчету времени.

Но вот "голоса" в небе затихли. Экипажи, словно сговорившись, ушли искать для посадки другое место.

Проявил находчивость летчик Николай Шабалин. Поставив самолет по ветру, чтобы быстрее обогнать туман, он пошел на левобережье Днепра на аэродром одного из полков нашей дивизии. Но тот тоже оказался закрыт туманом. Полетел дальше искать счастья. И нашел. Над одной поляной небо оказалось чистым, и Николай удачно посадил самолет, подсветив себе фарой и осветительной ракетой. Площадка оказалась вполне сносным естественным аэродромом Шабалин нашел на ней скирду соломы и поджег ее. Вскоре первый По-2{4} уже заходил на посадку... Вслед за ним приземлился второй, третий, а всего летчик на ту площадку посадил пять экипажей. Позднее мы все отметили эту точку на картах, назвав ее "аэродромом Шабалина".

А вот для командира звена Николая Карповича Белогубцева и штурмана эскадрильи Ивана Павловича Семина эта ночь стала последней в их жизни.

Николай был отличным пилотом, обладал безупречной техникой пилотирования. Скольких летчиков в ЗАПе он подготовил к ночным полетам! Он даже говорил, что сможет посадить По-2, глядя на хвост. Но в Попельнастом Белогубцеву не повезло. Мы, находившиеся на КП, не раз слышали "голос" его самолета, то приглушенный, когда машина вот-вот должна была коснуться лыжами посадочной площадки, то мощный, рокочущий, когда летчик уходил - в который уже раз! - на очередной круг.

Самолет Белогубцева врезался в нежилой дом примерно в километре от КП полка. Для летчика смерть наступила мгновенно. А штурман... Его силой инерции выбросило из кабины вместе с привязными ремнями метров на десять от самолета. При падении Семину поломало ноги и руку. Он не мог ни встать, ни даже ползти. И, чтобы привлечь внимание, стал стрелять из пистолета. Но за повисшим над аэродромом гулом моторов никто не слышал его выстрелов.

Утром 7 января, когда рассеялся туман, экипаж нашли. Но жизнь Ивану Павловичу Семину спасти не удалось. Николая и Ивана похоронили со всеми почестями на территории колхоза "Червоний партизан" Александрийского района Кировоградской области. А в село Николо-Пестровку Пензенской области, на улицу Ворошилова, 2, отцу Семина - Павлу Григорьевичу, а также в город Борисоглебск Воронежской области, на родину Николая Карповича Белогубцева, были отправлены печальные письма - похоронки.

* * *

Больше месяца прошло уже с тех пор, как экипаж Григория Усольцева и Василия Тимошкина не вернулся с боевого задания. Летали Гриша с Васей тогда вместе со всеми в основном на уничтожение живой силы и техники противника в Знаменке. Многие экипажи видели, как немецкие прожектористы вели одинокий "кукурузник", а светящиеся трассы пулеметных очередей и барашковые шапки разрывов зенитных снарядов, будто рой мошкары, облепили высвеченный самолет. А когда после возвращения домой узнали, что нет только двоих, все поняли, что именно Усольцев и Тимошкин попали в прожекторный капкан. И все-таки мы не хотели и не могли поверить, что их жизни оборвались. Какое-то шестое чувство подсказывало, что летчик и штурман живы, что надо набраться терпения и ждать.

В маленькой казарме на кроватях друзей, как всегда аккуратно заправленных, лежали стопочкой гимнастерки с чистыми подворотничками, выходные брюки и фуражки с "крабами".

Предчувствия друзей не обманывают. Остались живы Усольцев и Тимошкин. Но встретиться с ним вновь пришлось лишь через долгих сорок два дня.

Да, конечно же, это их самолет не сумел вырваться из цепких щупалец шести прожекторов над самым центром Знаменки. Усольцев не мог маневрировать скоростью: одним из снарядов разбило пропеллер, и мотор работал вхолостую. Израненную машину вряд ли бы удалось посадить, но, как говорится, не было счастья, да несчастье помогло. В мощных лучах прожекторов - несколько миллионов свечей! - летчик хорошо разглядел землю и приземлился на северной стороне станции, у лесополосы.

Вокруг все сразу преобразилось - прожекторы выключились, огненные трассы исчезли, и стало совершенно темно Наступила тишина. Только где-то вдали, слева от наших летчиков, слышались голоса - немецкая речь.

Первое, что предстояло сделать ребятам, - уйти как можно дальше от места приземления. Они подожгли самолет и подались в сторону от доносившихся голосов. Немцы

почему-то так и не организовали преследование. Грише и Васе повезло.

Утро 31 октября 1943 года застало летчиков на поле колхоза села Пантазиевки. Там и обнаружили ребят местные жители. Дали им хлеба, напоили молоком. Рассказали, где есть немцы, а где их нет. Посоветовали идти на хутор Червона Зирка и там найти Федора Ефимовича Шевченко.

День летчики провели в лесу, чтобы не попадаться на глаза посторонним. С наступлением сумерек отправились в хутор Червона Зирка. Возле околицы увидели работающего мужчину. Подойдя ближе, спросили:

- Где живет Федор Ефимович?

- Здорово, хлопцы, заходьте...

Узнав, что перед ним те самые летчики, которые прошлой ночью были сбиты над Знаменкой, Шевченко оказал им самый радушный прием. Переодел в гражданское платье и "зачислил" на котловое довольствие в свою семью.

Через пару дней в Червону Зирку пришел Вася Кальниш, представитель партизан. Несколькими днями позже партизанский связной снабдил летчиков документами, по которым Григорий Усольцев и Василий Тимошкин стали числиться сельскохозяйственными рабочими и местными жителями. Как стало потом известно, эти документы были получены в Знаменке, в немецкой комендатуре, куда был внедрен наш человек.

С хутора Червона Зирка летчики один раз ходили с местными партизанами на боевое задание. А однажды Усольцев и Тимошкин участвовали в бою с полицаями, которые по приказу своих хозяев собирались перед отступлением учинить расправу над мужским населением хутора. Требовалось отбить обреченных на смерть и покарать фашистских прихвостней.

Операция "Освобождение" прошла успешно. В том бою Григорий из своего пистолета ТТ убил одного полицая и завладел его оружием.

Так проходил партизанскую закалку наш Гриша Усольцев. А Васе Тимошкину уже давно была знакома жизнь народных мстителей, еще по калининским, смоленским и белорусским лесам.

8 декабря 1943 года войска 2-го Украинского фронта освободили Знаменку, а 12-го Усольцев и Тимошкин возвратились в родной полк.

За активные боевые действия в помощь наземным войскам, и прежде всего за бомбовые удары по железнодорожным станциям Знаменка-1 и Знаменка-2, нашей 312-й авиадивизии приказом Верховного Главнокомандующего было присвоено почетное наименование "Знаменская".

Летчики Комсомольского полка по праву могли гордиться тем, что с честью справились с поставленной перед ними нелегкой боевой задачей.

Февральские дни и ночи

3 февраля 1944 года в восемь часов вечера столица нашей Родины Москва салютовала доблестным войскам 1-го и 2-го Украинских фронтов двадцатью артиллерийскими залпами из 224 орудий за прорыв обороны немцев и завершение окружения крупной группировки врага.

Приказ Верховного Главнокомандующего мы услышали в тот же день, находясь на полевом аэродроме в пункте Ленине, северо-западнее Пятихатки. И хотя в приказе о летчиках была всего лишь одна фраза: "В боях отличились войска генерал-лейтенанта авиации Горюнова", каждый из нас считал, что это благодарность и нам, летно-техническому составу Комсомольского авиаполка. Совсем недавно мы всем полком летали бомбить скопление вражеских войск и техники в крупном областном центре Украины Кировограде, затем на уничтожение "малого котла" в Лелековке. Кроме того, почти каждую ночь многие экипажи вылетали на боевые задания в интересах наземных войск, на разведку по тылам гитлеровцев.

В полетах на Лелековку отличилась третья эскадрилья во главе с Алексеем Дорошенко. Это по его инициативе здесь было испробовано такое мощное оружие, как бомбовый залп - залп всей эскадрильи.

Летчики третьей использовали яркое лунное освещение для полетов девятки самолетов строем. Сначала комэск проверил возможность ночного группового бомбового удара в составе звена. Затея понравилась и летчикам, и штурманам. Все они воочию убедились, что при такой атаке образуется мощный, концентрированный взрыв, поражающий осколками бомб значительную площадь. На следующую ночь, оказавшуюся такой же светлой, Алексей Дорошенко предложил отбомбиться по противнику залпом всей эскадрильи.

- Вылетаем, - наставлял летчиков комэск, - по одному. На "коробочке" собираемся в звенья, затем идем эскадрильей.

- Цель.бомбим по сигналу ведущего, - давал указания штурман эскадрильи Павел Закревский. - Частые моргания АНО{5} - "Взимание!". Еще одно, через интервал. - "Сброс!".

Бомбовые удары, нанесенные третьей эскадрильей по окруженным в Лелековке гитлеровцам, получились очень эффективными. Взятые в плен немцы рассказывали, что для них такие залпы были просто ужасны.

Гитлеровцы посчитали, что летчики "русс-фанер" применили какое-то новое оружие.

Большую помощь наземным войскам перед началом Корсунь-Шевченковской операции оказали полеты легкомоторной авиации на разведку войск противника. Ценные сведения, дбставленные воздушными наблюдателями, служили командованию фронтом своеобразным ориентиром при составлении плана "Днепровских Канн".



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать