Жанр: Биографии и Мемуары » Михаил Николаев » Добровольцы, шаг вперед! (страница 14)


- Ты хочешь сказать, что я против такого доверия? Или я не веду за собой молодежь?

- Тогда я к тебе не пришел бы.

- Чем же мы закончим разговор?

- Предлагаю сегодня же провести открытое партийное собрание.

- Вопрос?..

- Вообще-то - "Об уничтожении окруженной группировки противника", а если конкретнее - об авангардной роли коммунистов группы на заключительной стадии Корсунь-Шевченковской операции.

- Кто выступит с докладом?

- Если позволишь, я.

Собрать людей парторгу тогда не составило труда: вылетов в этот день не было, все находились в казарме. Но вот как вызвать их на откровенный разговор?..

Федор Данилович отвергал штампы в любых докладах и речах. Вот и сейчас он не стал говорить по давно установленной и чуть ли не утвержденной схеме: сначала о положительном, затем о недостатках, а потом о предстоящих задачах. Он любил брать быка за рога, анализировать обстановку на фактах. И еще одно он усвоил твердо: если хочешь на чем-нибудь сосредоточить внимание, выставляй такие факты в начало доклада.

- Доклада как такового у меня нет, - начал парторг после того, как председательствующий предоставил ему слово. - Хочу просто по душам поговорить с вами о наших сегодняшних и завтрашних делах.

Участники собрания переглянулись. Что-то Федор Данилович не то говорит. Как же это так: собрание без доклада?

- Вижу, кое-кто такой постановкой вопроса озадачен. - Изотов оглядел ряды летчиков, штурманов, механиков. - А я лично считаю, что в данной обстановке именно такой доверительный разговор, разговор по душам нам и нужен.

Парторг сделал маленькую паузу, чтобы по реакции в зале уловить настроение участников собрания. В первом ряду плечом к плечу сидели Павел Ивановский и Григорий Турик. Лица сосредоточены, напряжены. Но вот Ивановский, улыбнувшись, взглянул на Турина, Турик - на Ивановского. Летчик и штурман поняли друг друга без слов. Мол, посмотрим, что из этой затеи получится. А за нами в случае чего дело не станет.

Мотнул озорно головой Петя Жарликов: знай наших! Ведь Изотов - политрук их эскадрильи. О чем-то перекинулись несколькими фразами и Дорошенко с Закревским.

- Вчера, как и позавчера, полку боевая задача не ставилась. Видимо, из-за метеоусловий. Но мы все - и летчики, и механики - дежурили на аэродроме, продолжал свою беседу с залом Изотов: - Я уверен, что если б тогда нам предстояли боевые полеты, вся группа Комсомольского полка поднялась бы в буранное ночное небо. Правильно я говорю?

- Правильно!..

- Что за вопрос...

- И все-таки - или это мне только так кажется? - безделье кое-кого изводит, и мы занимаемся не тем, чем надо. Игра в домино, конечно, развлекает. И отвлекает. А кто скажет, куда нам сейчас предстоит лететь, каков был бы ожидаемый боевой приказ?

- Снова на Стеблев...

- На Лисянку...

- На Хижницы...

- А хорошо ли мы изучили предполагаемые цели? - ставил вопрос за вопросом парторг. - То-то и оно, что не особенно хорошо. Погода между тем не улучшается, и значит, ориентироваться в воздухе будет очень сложно. Надо знать все характерные ориентиры в районе целей назубок. Мне думается, штурману полка коммунисту Иванову следует занять неожиданно образовавшееся свободное время подробным изучением географии Правобережья. Коммунисты - летчики и штурманы обязаны в этом деле быть примером для всех.

Далее Изотов обстоятельно говорил о сложившейся боевой обстановке в районе "котла", о том, что немецкие генералы предпринимают отчаянные попытки любой ценой вырваться из окружения.

- Сложившаяся метеообстановка не позволяет поднять в воздух штурмовики и истребители, - продолжал парторг. - По окруженным войскам можем воздействовать в данном случае только мы на По-2. Условия крайне сложные. И может случиться так, что с минуты на минуту, даже сейчас, днем, поступит приказ немедленно вылететь на боевое задание.

В такой обстановке задача каждого коммуниста группы, особенно летчиков и штурманов, - личным примером увлечь за собой весь состав. Вопрос стоит так: умереть, но задачу выполнить. Подчеркиваю: умереть, но задачу выполнить!

Изотов внимательно окинул взглядом ряды летчиков и не утерпел, задал вопрос, словно приглашая участников собрания к прениям:

- Что на это скажет коммунист Турик? Что думает об этом Павел Иванович?..

- Я так понимаю свою задачу, - сказал штурман звена Турик. - Умирать нам еще рановато, да и не с руки. Тут ты, Федор Данилович, немного перехватил. Нам еще хочется своими глазами посмотреть на торжество окончательной Победы над врагом. Ну а если обстановка сложится так, что на чашу весов будет положено жить или умереть в бою, то и смертью своей докажу, что традиции Комсомольского полка свято чтутся. Память об Иване Карпушкине и Михаиле Морозове, Трофиме Мосякине и Владимире Шаховцове в нас жива. Говорю это и от себя, и от имени командира - Павла Ивановича Ивановского: мы поведем за собой молодежь и любое задание Родины выполним с честью.

Слово взял парторг второй эскадрильи штурман экипажа Василий Козлов:

- Думаю, что выскажу общую мысль: не опозорим звания Комсомольского полка.

- Хоть сейчас готовы выполнить самую сложную боевую задачу! - высказался, привстав с места, Иван Антонов.

На техсостав можете положиться - такая мысль прозвучала в выступлении механика Николая Подзерея.

В заключение выступили командир группы майор Чернобуров и штурман полка майор Иванов.

Собрание приняло постановление. Оно отвечало злобе дня, было по-деловому конкретно и лаконично.

* * *

Получилось так, что пока шло собрание, в штабе полка стало известно: обстановка на фронте изменилась. И летчикам пришлось прямо с собрания отправиться на аэродром. И - в полет. В полет днем, на бомбежку рвущегося из окружения противника. В тот день в воздух поднялись все 14 комсомольских экипажей, дислоцировавшихся на аэродроме в Ротмистровке.

* * *

Наступила ночь с 16 на 17 февраля, последняя ночь обреченных на смерть оккупантов.

Около полуночи сильно похолодало. Сорвался резкий порывистый ветер, порой до 15-20 метров в секунду, повалил, закружаясь во тьме, снег. А потом началась такая метель, какой ни мне, ни моим товарищам не приходилось до этого видеть ни разу. Свистел ветер, крупными хлопьями валил снег, и порой начинало казаться, что с неба на нас идет сплошная белая лавина. Но ночь от этого не стала светлее. Снежная пелена, нависшая над полями, делала мрак еще более непроглядным.

Мы отдыхали на нарах длинного барака. Никто из нас не предполагал возможности боевого вылета в такую погоду, и все-таки летчики и штурманы не спали: а вдруг...

И это "вдруг" произошло. В барак вошел майор Чернобуров и как бы шутя, когда группа построилась, спросил:

- Ну как, ребята, полетим?

- Если Родина прикажет... - в том же тоне ответил Николай Шмелев.

- Я серьезно спрашиваю, - повторил командир группы и рассказал, что минуту назад его вызвал к телефону командующий фронтом и попросил - попросил, не приказал! - найти в полку летчиков-добровольцев, которые в такую непогодь смогли бы подняться в воздух и выполнить очень сложное боевое задание разбомбить скопление фашистских войск в последнем оставшемся опорном пункте селе Шендеровке.

Никто из комсомольцев-летчиков не пожелал остаться в стороне. И когда майор скомандовал: "Добровольцы, шаг вперед!" - все, стоявшие в строю, дружно шагнули к командиру.

Через несколько минут Чернобуров докладывал командующему фронтом:

- Есть добровольцы!

- Кто? - командующего интересовали фамилии, должности, звания храбрецов.

- Все! - последовал ответ.

На аэродроме, по которому с воем метался буран, закипела работа. Под крылья маленьких По-2 оружейники подвешивали бомбы и кассеты с ампулами КС. Бензозаправщики доливали горючее в баки. Через считанные минуты самолеты один за другим скрылись в снежной мгле ночи. Вслепую они пошли на Шендеровку.

Вместе с нами на бомбежку последнего опорного, пункта немцев вылетели и несколько самолетов соседнего полка.

Первым на цель вышел экипаж капитана Виктора Заевского и лейтенанта Владимира Локотоша. С минимальной высоты штурман сбросил на танковую колонну ампулы с горючей жидкостью. Огромное зарево, окрасившее в багровый свет снежную пелену, увидели другие экипажи. Вниз полетели фугасные и осколочные бомбы.

И в это время, получив от летчиков отличный ориентир для прицеливания, ударили по окруженным войскам артиллеристы. Поднялась в атаку пехота. В действие пришли все огневые средства обеих сторон.

Гитлеровцы, гонимые призраком смерти, ошалевшие от выпитого шнапса, лезли напролом и гибли сотнями. Трупы ложились на трупы.

Наступил момент, когда противник на узком участке одолел числом. Образовалась брешь в первом рубеже наших войск. В эту дыру хлынул поток немецких войск - ударные отряды прорыва - танки дивизии СС "Викинг", бронетранспортеры с офицерами.

С флангов наша артиллерия в упор расстреливала гитлеровские колонны. Под шквальным огнем войска противника быстро теряли свой первоначальный порядок. На дороге образовались пробки автомашин, танков, бронетранспортеров.

Только единицам из нескольких десятков тысяч окруженных солдат и офицеров противника удалось пробиться через огненное кольцо. Корсунь-Шевченковская операция была победоносно завершена.

...Буранные февральские ночи и один такой же февральский день... В них словно сфокусировались накопленный комсомольцами-летчиками опыт, умение летать в любых погодных условиях, боевой задор, свойственные молодежи смелость, отвага, мужество и героизм. Комсомольцы с честью выдержали труднейший боевой экзамен.

* * *

На другой день, 18 февраля 1944 года, в первом часу дня в эфир понеслись знакомые всему миру позывные Московской радиостанции. Торжественно-взволнованным голосом Юрий Левитан начал читать приказ Верховного Главнокомандования:

"Генералу армии Коневу..."

В приказе сообщалось, что войска 2-го Украинского фронта в результате ожесточенных боев, продолжавшихся непрерывно в течение четырнадцати суток, завершили операцию по уничтожению большой группировки немцев, в результате которой противник потерял на поле боя убитыми около 55 тысяч человек. Более 18 тысяч солдат и офицеров сдались в плен.

В приказе назывались отличившиеся войсковые соединения и части. За отличные боевые действия была объявлена благодарность всем войскам 2-го Украинского фронта, участвовавшим в боях под Корсунь-Шевченковским.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать