Жанр: Биографии и Мемуары » Михаил Николаев » Добровольцы, шаг вперед! (страница 4)


Быстрота в выполнении приказов и распоряжений, безусловно, очень похвальна. Но нельзя путать быстроту со спешкой. В народе говорят: поспешишь людей насмешишь. На войне же за такие ошибки платят кровью и жизнями.

Вскоре после памятной "варфоломеевской ночи" на одну цель с нами летали летчики соседнего 701-го полка. И надо же было такому случиться! Командир третьей эскадрильи старший лейтенант Григорий Катилевский, опытный, всеми уважаемый летчик, вместе со штурманом эскадрильи лейтенантом Иваном Хорошайло, уже имевшим на своем счету более ста ночных боевых вылетов на У-2, при возвращении на свой аэродром пренебрегли установленной высотой полета и столкнулись в воздухе с экипажем соседнего полка. Оба экипажа погибли. Горькая и невосполнимая потеря.

После гибели друзей я, уже в который раз, написал на имя командира полка рапорт: "Прошу перевести..." Но опять получил отказ.

* * *

Ржев... И сейчас, спустя четыре с лишним десятилетия, при одном упоминании этого старинного города на Верхней Волге у ветеранов войны, которым довелось здесь сражаться, начинает тревожно биться сердце, перехватывает дыхание. Люди, родившиеся после войны, должны знать, как нелегко давался воинам каждый метр отбитой у врага родной земли.

Ржев... В нем до войны проживало всего лишь 30 - 35 тысяч человек. Обыкновенный средний провинциальный город. А во время боев за него в 1942-1943 годах погибли более ста тысяч солдат и офицеров.

Семнадцать месяцев - почти треть всей Великой Отечественной - полыхал над Ржевом огненный смерч, не смолкая ни днем, ни ночью, гремели жестокие бои. Много немеркнущих подвигов совершили советские воины на ржевской земле, грудью своей закрывая врагу путь на Москву.

Каждую ночь самолеты Комсомольского авиаполка вылетали на выполнение боевых заданий. Каждый экипаж совершал по три-четыре вылета. Между экипажами развернулось даже соревнование, негласное, но действенное - кто больше сделает вылетов, кто эффективнее поразит врага.

Тима Мосякин, прославившийся как истребитель вражеских артиллерийских и минометных батарей, заходит на посадку, прибирает газ и кричит:

- Бомбы! Давайте скорее бомбы!

Посадит самолет, зарулит на "красную линию" - сам же поможет оружейникам подвесить бомбовый груз. Развернется - и снова в небо.

О методике Мосякина вскоре узнали в других эскадрильях. И многие летчики стали повторять его прием. Михаил Герди с Сергеем Кудрявцевым, например, так "наставляли" своего механика:

- Если нас Мосякин обойдет, душа из тебя вон!

И техник звена добросовестно выполнял наказ. Он по "почерку" узнавал самолет командира, мигал электрическим фонариком, показывая направление, куда надо рулить, чтобы быстрее подготовить машину к следующему вылету, помогал подвешивать бомбы.

Вскоре в соревнование экипажей за эффективность вылетов включились буквально все летчики и штурманы. Важную роль в этом сыграло решение Секретариата ЦК ВЛКСМ от 3 сентября 1942 года, которым был утвержден переходящий Красный вымпел ЦК для награждения особо отличившейся эскадрильи.

Перед этим, 1 сентября, командование полка доложило в ЦК комсомола о результатах боевых действий части с 28 июля по 31 августа: произведено 1070 вылетов, сброшено на врага 188 тонн бомб, разбросано более миллиона листовок в тылу врага, разрушено десять переправ, уничтожено несколько железнодорожных эшелонов, остановлено движение поездов через станции Ржев-Белорусский, Панино, Есиповская, Мелехов, Осу-га. В ознаменование Международного юношеского дня в ночь на 1 сентября 1942 года летчики полка произвели 115 боевых вылетов. "

Переходящий Красный вымпел ЦК ВЛКСМ первым был вручен коллективу второй эскадрильи. А в ней особо отличились командир звена старший лейтенант Герди и его штурман лейтенант Кудрявцев, молодые пилоты сержант Дмитрий Климанов, старшина Александр Токарь, старший сержант Николай Тарасов.

Члены Бюро ЦК ВЛКСМ писали в полк: "Обрушивайте больше бомб на головы фашистов. Смерть немецким оккупантам!"

И комсомольцы-летчики делом отвечали на этот призыв.

Смирно! Равнение на знамя!

Комсомольский авиаполк уже показал свой боевой характер. Маленькие самолеты-тихоходы не пропускали ни одной погожей ночи, чтобы не потревожить врага. С вечера до утра бомбили укрепления противника, железнодорожные узлы, речные переправы, артиллерийские и минометные батареи, летали на разведкучвойск противника, добывая ценные сведения для командования...

О славных делах комсомольцев-летчиков узнали молодые рабочие и колхозники Татарской АССР. Они решили взять шефство над нашим полком.

В августе 1942 года комсомольцы Татарии на сбереженные средства приобрели шесть боевых самолетов и послали их в дар Комсомольскому полку. Вот что по этому поводу писала газета "Комсомольская правда":

"ПРИНИМАЙ, РОДИНА, ГРОЗНОЕ ОРУЖИЕ

Город Н., 17 августа (наш корр.). На территории Н-ского завода состоялась передача боевых самолетов, построенных на средства комсомольцев и молодежи Татарии.

В 16 часов начинается митинг на одном из аэродромов. Выступает лучший мастер завода комсомолец Черпаков.

Ответное слово держит заместитель командира Н-ской части, дважды орденоносец капитан Кузовиткин. Он сердечно благодарит трудящихся Татарии за подарок и заверяет, что эти машины будут вручены лучшим экипажам.

Митинг окончен. Подается команда:

- По самолетам!

Поле наполняется рокотом моторов. Девушки

преподносят экипажам букеты полевых цветов.

Из-под колес убраны колодки. Полный газ. Взмах флажка - и первая машина "Комсомолец Татарии" понеслась по зеленому ковру аэродрома. Опять взмах флажка - и "Пионер Татарии" начинает свой разбег. За второй машиной поднимается в воздух третья, четвертая, пятая, шестая... "Кзыл Татарстан", "Казанский комсомолец", "Зеленодольский комсомолец" - читают стоявшие на земле дорогие сердцу надписи на фюзеляжах машин.

Последний самолет взмыл в воздух. Машины развернулись и сомкнутым строем проплыли над головами провожающих.

- Курс на запад...

Счастливого пути, молодые пилоты!"

* * *

Самолеты с дарственными надписями были вручены лучшим экипажам: Михаилу Герди, Трофиму Мосякину, Павлу Ивановскому, Александру Анисимову, Александру Токарю, Сергею Безбородову.

Вскоре после возвращения нашей делегации из Казани в полк от шефов пришла посылка. Молодые казанцы прислали нам баян, трубки, мундштуки, кинжалы. На внутренней стороне крышки изящной металлической коробки, в которой были упакованы подарки, шефы написали:

"Родные соколы! После боевых вылетов закуривайте эти трубки, вспоминайте, что их послали вам комсомольцы, мысли и чувства которых неразрывно связаны с вашими ратными делами".

А потом к нам приехала делегация комсомольцев Татарии. Летчики и штурманы выстроились перед командным пунктом полка.

- По-олк! Под знамя смирно!

Авиаторы застыли в торжественной тишине. Из землянки вышли знаменосец и ассистенты. Каждый поворотом головы и взглядом провожал их до правого фланга. Затем выступил командир полка, член ЦК ВЛКСМ майор Еренков. За ним секретарь Татарского обкома комсомола А. В. Шафиков. Потом взял слово батальонный комиссар А. Д. Шрамко. Он говорил, кажется, самые простые слова о дружбе и товариществе, о верности воинской присяге, о чести воевать под Красным знаменем, которое только что нам вручили шефы. Но каждая фраза приобретала для летчиков особый смысл. Ведь они собирались лететь через линию фронта, в тыл врага. И когда комиссар сказал: "Поклянемся же, товарищи, что мы никогда не запятнаем чести этого знамени!", летчики дружно отчеканили:

- Клянемся!

И эту клятву они гордо пронесли через все бои, через все испытания.

* * *

29 сентября 1942 года полк получил боевую задачу - взорвать крупный армейский склад боеприпасов близ железнодорожной станции Оленино. Разведка донесла, что этот склад расположен примерно в шестистах метрах южнее станции, в лесу; сотни автомашин с ящиками артиллерийских снарядов прибывают туда ежедневно, и столько же отправляется от склада по всем дорогам. Надо было во что бы то ни стало уничтожить этот арсенал и нарушить снабжение войск противника боеприпасами.

Как всегда перед вылетом, летчики и штурманы изучали цель. На этот раз по карте-километровке. Вычерчивали даже схему станционных построек, чтобы на память знать все ориентиры у цели Уточнили расположение средств противовоздушной обороны и, конечно же, направление и силу ветра. Ведь все это влияет на результаты бомбометания. Наметили, с какой стороны заходить на цель, - боевой курс.

И вот уже подвешены бомбы. Баки заправлены горючим.

- Самолет к вылету готов! - доложил младшему лейтенанту Ивановскому техник звена Сергей Рычков.

Летчик вместе со штурманом Георгием Масловым (старшина Дубовиченко постоянный напарник Ивановского - находился в госпитале) проверили загрузку самолета.

- А это что такое? - спросил Павел Иванович у техника, обнаружив в кабине штурмана большие свертки.

- Это листовки, товарищ командир.

- Уж не думаешь ли ты, что мы ими немецкий склад взорвем? - удивился летчик.

- А вы сначала поагитируйте фрицев, - шутливо ответил Рычков. - Может, на пользу пойдет.

- Что с тобой поделаешь, так уж и быть, попробуем.

На задание вылетело восемнадцать экипажей. За какие-то считанные минуты аэродром Фелистово опустел. Гул моторов растворился в ночном небе, стало тихо.

Механики самолетов, оружейники, прибористы, электрики, проводив самолеты на задание, всматривались в темноту, куда ушли их боевые друзья, с нетерпением ожидая их возвращения.

В 23.15 на юге горизонт полыхнул пожаром. Пламя то увеличивалось, то уменьшалось, разливаясь по небу темно-вишневым заревом.

- Наверно, опять каратели подожгли какое-нибудь село, усмиряют несогласных с "новым порядком", - предположил кто-то

- Нет, братцы, - сказал сержант Николай Подзерей, прозванный Пегим за клочки седых волос на висках и затылке. - Это наши ребята склад взорвали. По времени они уже должны быть там.

- И верно!

- Одно только смущает - видно уж больно хорошо, будто рядом где-то.

- Так ведь склад-то армейский. Понимаешь, для целой армии склад!

- Смотри-ка, смотри, как полыхает!..

- Это, братцы, дело рук моего Мосякина, - так и не смог уняться Подзерей.

- Как же! - подковырнул его известный в полку юморист, оружейник второй эскадрильи Юрий Каневский. - Твой Мосякин, больше некому...



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать