Жанр: История » А Немировский » Откуда пошел, как был организован и защищен мир (страница 46)


Брахманы накрыли тело павшего шелковым пологом, подняли на носилки и понесли к месту сожжения. В погребальной процессии участвовали все уцелевшие от побоища ракшасы, ставшие подданными Вибхишаны. Вся равнина к югу от столицы покрылась огненными точками факелов. И вскоре оттуда донесся запах сандала и благовоний от погребального костра, разносимых ветром и заглушающих все другие запахи.

Эпилог

Рама обратил к Хануману бледное, похудевшее лицо:

- Где же Сита? - спросил он.

- Сейчас я её приведу, друг мой, - отозвался Хануман.

И вот он уже бежит по улице Ланки, покрытой обуглившимися телами ракшасов и головнями.

Бледная и печальная сидела Сита в саду за дворцом, окруженная стражей из ракшасок. Не ждала она от будущего ничего хорошего. Но вот зашевелилась листва. Сита увидела Ханумана и услышала его голос:

- Рама победил! Могучий Равана пал от его руки.

Радость Ситы была столь велика, что она на мгновение утратила дар речи. И поднял Хануман лук, чтобы расправиться с ракшасками.

- Не трогай их! - раздался слабый голос Ситы. - В бедах, выпавших на мою долю, нет вины их, подневольных.

- Поднимись на паланкин, - сказал Хануман. - Рама хочет тебя видеть.

И вот предстала Сита перед Рамой во всем блеске своей красоты. Толпы обезьян и медведей замерли, любуясь супругой Рамы.

- Опустись на землю! - произнес Рама сурово.

Удивляясь тону, с каким были произнесены эти слова, Сита сошла с паланкина.

Встретившись с полным любви и радости взглядом, вздрогнул Рама и словно бы превозмогая себя, произнес ровным голосом:

- Дочь Джанаки! Я исполнил свой обет. Равана уничтожен. Я смыл нанесенное тебе оскорбление кровью врагов. Но кто из высокого рода сможет принять жену, так долго находившуюся вне дома? Если тебя не касались нечистые руки, то ощупывал нечистый взгляд. Ты запятнана. Тебе надо удалиться.

Сита опустила голову. Из её глаз потоком хлынули слезы. Но вот она выпрямилась, и Раме предстало её лицо, гордое и прекрасное даже в горе.

- Не забывай, Рама, что и я высокого рода, - проговорила она. - Я дочь Земли и достойна другого обращения. Если ты хотел со мной расстаться, почему послал ко мне Ханумана? Приготовь, о Рама, костер, пусть он испепелит мое горе.

И вот уже сложены в пирамиду вязанки ароматного самшита и тонкие веточки бимбы. Брошен пылающий факел. Сита приблизилась к разгорающемуся костру и обратилась к пламени с мольбою:

- Агни! Будь свидетелем, что сердце мои никогда не отвращалось от Рамы.

С этими словами она вступила в костер.

Взметнувшись лепестками огненной розы, охватило пламя прекрасное тело Ситы, и оно исчезло под вопль всеобщего ужаса. Но вдруг лепестки почернели и опали, и появился муж в багровом одеянии, что-то прижимая к груди. Поднял Агни ладони над вихрем своих развевающихся черных кудрей, и все увидели Ситу. Она открыла глаза, и трижды подобно очистительному грому прозвучал голос:

- Безгрешна! Безгрешна! Безгрешна!

И вот уже заложена воздушная колесница Раваны, которую Рама решил возвратить её владельцу Кубере. Держа за руку Ситу, Рама поднялся на колесницу. Рядом с ним встали Лакшмана и Сугрива. Колесница взметнулась ввысь. Впереди нее, указывая путь, несся Хануман, похожий на льва и на птицу.

Исполнен великий зарок.

Иссякли "Рамаяны" шлоки.

Из листьев багряных ашоки

Сплетен для Вальмики венок.

И высится Рама, как ствол,

Лианою Ситой обвитый.

Любовь, что вкусила амриту,

Справляет свое торжество.

* * *

Шестая книга "Рамаяны" завершается возвращением Рамы и его спутников в Айодхью и воцарением победителя на троне, сохраненном благородным Бхаратой. Правление Рамы ("Рамараджья") описывается как Золотой век - без смерти, болезней, преступлений, войн. Затем Рама обретает облик своего небесного отца Вишну и вместе со всеми жителями Айодхьи переносится на небо, миновав муки смерти. Седьмая книга содержит рассказ об изгнании Рамой беременной Ситы, об укрытии её певцом Вальмики в лесном убежище, о рождении двух сыновей Рамы - Куша и Лавы, похожих на отца, как две капли молока. Вальмики, пораженный рассказом Ситы и её благородством, перенес радости и страдания любящей пары в шлоки "Рамаяны". Росли Куша и Лава - и одновременно, как мощное дерево над кровлей хижины, разрасталась "Рамаяна", и её шлоки, подобно птицам, разлетались по всей Индии.

Куша и Лава знал поэму о подвигах Рамы наизусть, и пришли они по совету Вальмики в Айдохью, чтобы спеть под окнами царского дворца. Рама пригласил их в своим покои, и они спели для царя и его гостей вступление к поэме. Восхищенные гости потребовали, чтобы они пропели поэму до конца. И только через несколько дней, когда поэма была окончена, Рама понял, что перед ним сыновья Ситы, и распорядился, чтобы её привели.

Он не простил её, но попросил доказать ещё раз перед всем народом свою невиновность. И обратилась Сита к матери:

- О, Земля! Возьми меня в свои объятия, дай доказательство, что я невиновна перед моим супругом и перед людьми.

И Земля разверзлась, поглотив Ситу. Из образовавшегося провала выползли змеи, неся на головах золотой трон. На нем восседали Притхиви и её дочь Сита, слившиеся в объятьях.

Народ ликовал, возглашая:

- Невинна! Невинна!

Рама стоял с опущенной головой. Слезы струились из его глаз. Он потерял Ситу навсегда.

Сорок жизней Будды и Бодхисатвы

Просветление

У подножья

седых Хималаев жило небольшое племя шакьев, которым правил мудрый вождь Шуддходана. Однажды главная из его жен, Махамая, увидела себя во сне перенесенной к священному озеру в горах. Небесные хранители омыли её в водах, после чего к ней приблизился огромный белый слон и вошел в её бок. Обратилась Махамая за истолкованием приснившегося к домашнему жрецу, и тот сказал:

- Ты зачала великого сына, который станет либо вселенским правителем, либо учителем мира.

Минуло время для созревания семени назначенное, и Махамая, направляясь в дом своего родителя, в роще сандаловых деревьев родила младенца. Явившись на свет, он твердо стал на ножки и явственно произнес:

- Это мое последнее рождение. Отныне больше рождений у меня не будет.

Шуддходана решил посвятить всю свою жизнь столь одаренному ребенку. Чтобы он жил, не ведая о смерти, болезнях, страдании, было приказано огородить чертоги и окружавший их парк высокой стеной и не говорить ни о чем, что могло бы огорчить мальчика, которому дали имя Гаутама. Так в счастье и радостях текли его годы. Когда пришло время брака, Гаутаме было разрешено ненадолго выйти за стену для участия в состязаниях за право владения прекрасной Яшодхарой, двоюродной его сестрой. Гаутама затмил всех своих соперников, в том числе завистливого двоюродного брата Девадатту, получил руку красавицы и стал на двадцать девятом году жизни отцом, продолжая с наивностью ребенка считать, что всем людям живется так же легко и беззаботно, как ему.

Он бы и далее пребывал в этом счастливом неведении, не обвались в одном месте окружавшая парк стена. Прогуливаясь по саду в сопровождении верного и молчаливого слуги, Гаутама обнаружил отверстие. Его взгляду предстала каменистая дорога и с трудом передвигавший ноги человек.

- Кто это? - спросил Гаутама у своего спутника.

- Старец, - ответил слуга.

- Почему он так согнулся?

- От тяжести долгих лет, - ответил слуга.

- Значит, и я буду таким, - задумчиво произнес Гаутама. Его прекрасный светлый лоб впервые перерезала линия страдания.

Слуга промолчал, вспомнив, что ему было приказано не говорить ни о чем, что могло бы огорчить царевича.

С этого дня словно бы какая-то сила тянула Гаутаму к месту, откуда открывался неведомый дотоле мир.

Как-то Гаутама проснулся ночью и вышел, сопровождаемый слугой, в благоухающий сад. Дорога была освещена факелами. Люди молча шли с носилками, на которых недвижно лежал очень бледный человек. Время от времени из уст идущих вырывались какие-то странные, непонятные Гаутаме звуки.

- Что делают эти люди? - спросил Гаутама слугу.

- Они несут мертвого на сожжение, - отвечал тот.

- И меня так понесут? - спросил Гаутама.

Слуга молча отступил. Никто не заметил первой горькой морщины на челе царевича.

На следующий день Гаутама, сопровождаемый слугой, вновь подошел к проему в стене. Он увидел странное существо в грязном тряпье, то ли ковылявшее, то ли припадавшее на одну ногу. Оно чем-то напомнило ему обезьян, иногда проникавших в сад и опустошавших плодовые деревья. "Наверное, это неведомая мне порода людей", - подумал Гаутама.

Вдруг человек вскинул руку и зазвонил в колокольчик - так, как это делали в предтрапезные часы слуги, проходя по аллеям сада.

- Подойди сюда! - крикнул Гаутама.

Незнакомец сделал несколько шажков и остановился. Царевич увидел, что лицо остановившегося сморщено, как кожура печеного яблока, а грудь под лохмотьями в белых язвах и струпьях.

- Кто ты? - спросил Гаутама. - Как тебя зовут?

- Разве не видишь, я - прокаженный.

- И ты призываешь на помощь?

Из уст несчастного вырвался звук, напоминающий бульканье воды в котле под огнем. А это был смех!

- Нет! Я звоню, чтобы все разбегались. Десять лет я не слышал человеческого голоса.

Гаутама был пронзен состраданием. Из его светлых глаз хлынула соленая влага. В ней расплылось очертание стены, отгораживавшей его от людского горя. Мир, полный страхов и страданий, звал к себе. И царевич пошел, повинуясь этому зову.

Удалившись от города, Гаутама снял с себя царские одеяния и облачился в простую одежду отшельника, цвета охры, представшую ему во время одного из видений, срезал волосы мечом и передал их вместе со всем, в чем покинул дворец, слуге. Не вынеся разлуки с господином, тот умер.

С тех пор во многих городах и селениях северной Индии видели удивительного человека. Его не привлекали дома, откуда доносились пение, музыка и счастливый смех. Он появлялся лишь там, где слышались плач и стоны. Став добровольным помощником лекаря, он поил больных, обмывал зловонные раны. От стоял у шалаша чандалы, питающегося отбросами из разбитой посуды, и на его лице не было и тени отвращения. Он не творил чудес, не исцелял больных, слепых и хромых, и лишь однажды, откликнувшись на призыв соперничавших с ним проповедников, ненадолго поднялся в воздух.

Как-то, собирая подаяние, Гаутама посетил главный город страны магадхов. Царь Бимбисара, увидев его с террасы, удивился благородному облику нищего.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать