Жанры: Научная Фантастика, Детективная Фантастика, Космическая Фантастика » Борис Иванов » Бог гномов (страница 40)


— М-мы, не х-хотели… — выдавил из себя Макс. Теперь настала его очередь заикаться. Было совершенно неясно, что он имеет в виду — умерщвление Свистуна или налет на букмекерскую контору.

— В другой раз я бы дал вам пару хороших советов, как избавляться от таких вот издержек производства, — все тем же сочувственным тоном продолжил Обух. — Какая-то пара канистр простенького раствора — и эта куча дерьма без проблем уйдет в канализацию. Но сейчас у нас получается совсем другой разговор… Вам, ребята, как больше нравится — поговорить с Джерри и Таузером, — кивнул он в сторону страховидных псов, — или просто сразу выложить все ваши заначки? Все равно они вам больше не пригодятся.

Макс покосился на собак, вдохнул запах керосина, которым, уже не торопясь, но и не теряя времени даром, поливали внутренность лавки люди Обуха, и быстро, глотая слова, затараторил:

— Я… М-мы можем найти для вас б-большие деньги… М-мил ионы… Т-только…

— Это откуда? — без особого интереса осведомился Обух. — Вы, часом, не клад отыскали, друзья?

— Эт-тот привез т-такую штучку, за которую отвалят м-ного, — пояснил Макс и подбородком указал на останки Свистуна.

— И где штучка эта? — поинтересовался вновь Обух. — И как ее зовут?

— Ш-штучку забрал М-мессер, — выпалил Макс. — Он и г-грохнул п-парня… Мы тебя с ним сведем… С Мессером.. И с п-покупателем — тоже… У того — д-деньги…

— Деньги — за что? — проявил наконец Хозяин боев признаки интереса к предложению Макса.

— З-за Бога гномов, — выдавил из себя Макс.

Глава 7

ПРОВОДНИК

Да, «дорожники» сдержали свое слово и за считаные минуты «вычислили» угнанный у какого-то растяпы «коронадо». Для осмотра машины отправился патруль, и в ожидании новостей команда Ван-Аахена разбилась на части. Левой отправился прислеживать за уже знакомым ему логовом Хозяина боев, а Полек был командирован за шляпой комиссара, забытой в кафе. Сам комиссар, на пару с капитаном, коротали время в готовой к срочному выезду тачке. Лейтенант вернулся скоро, обескураженный, но полный оптимизма.

— Память у меня стала ни к черту! — вздохнул комиссар, огорченно приглаживая свою изрядно поседевшую шевелюру. — Я был уверен, что оставил свою шляпу в этом… как его… в «Друге аппендикса».

— Желудка, — улыбнулся в ответ лейтенант Янковски. — Желудка, комиссар, а не аппендикса и не прямой кишки… Но я готов вам поклясться, что ее там уже не было, когда я забежал туда. Как ни странно, никто на нее не обратил внимания. Сомневаюсь, что кто-нибудь э-э…

«Что кто-нибудь мог позариться на подобное добро», — чуть было не брякнул он, но вовремя спохватился и вслух выдал:

— В общем, я сомневаюсь, что кому-нибудь пригодится головной убор того фасона и того размера, что так нравится вам… Разве что — кому-то из ваших тайных поклонников. Не удивлюсь, если таковые имеются. И собирают реликвии, быть, готовятся увековечить ваш образ. Ну, знаете, Вам, в Метрополии, существуют даже музеи известных детективов. Мемориальная квартира Шерлока Холмса, например… где-то в Лондоне, кажется. А Мегре даже поставлен бронзовый памятник. В каком-то другом городе…

— Так то литературные герои, — усмехнулся Роше. — Живые сыскари таких почестей не удостаиваются. Поклонники, способные «свистнуть» головной убор у своего кумира, в природе встречаются разве что в окружении звезд эстрады, — назидательно произнес комиссар. — Мои же шляпы пропадают, я думаю, по иным причинам. Одна из них, разумеется, — банальный склероз. Ладно, я ее признаю, эту причину. Скрепя сердце, но таки признаю. Однако это не все объясняет. Ведь не теряю же я постоянно свои бумажники, служебные документы, как бы мне ни хотелось от них избавиться, портфели или даже очки… А вот шляп я потерял, пожалуй, больше, чем сподобился получить нагоняев от всех министров и верховных комиссаров, сколько их там на моей памяти сменилось на родной Прерии. Тут, господин лейтенант, требуется совсем другое объяснение.

— И вы его нашли? — живо поинтересовался капитан Ван-Аахен, до того не участвовавший в разговоре.

Роше сокрушенно покачал головой.

— Я просто понял… — грустно произнес он, машинально разыскивая по карманам плаща свое курево. — Понял, что эта чертовщина — не что иное, как проявление какого-то Фундаментального закона природы. Иррационального, как и все фундаментальные основы бытия. Его, так сказать, основные императивы…

— Иррациональные… — озадаченно произнес Полек, подражая акценту Левона, — им-пэ-ра-тывы…

— Ну вот, к примеру, — объяснил свою мысль комиссар, — нет смысла искать объяснения тому, что действие Равно противодействию, а сила притяжения убывает пропорционально квадрату расстояния между телами. А не, скажем, кубу… Это не удивляет никого, кроме окончательно спятивших физиков,

— М-да… — согласился с ним капитан.

— Вот точно так же, — продолжал Роше, — не стоит удивляться тому, что шляпы у комиссара Жана Роше пропадают где-то раз в два года. Это просто такое же проявление необъяснимой связи событий, как закон всемирного тяготения, открытый Ньютоном. Только одна из этих зависимостей распространяется на малое число материальных тел, а другая — на все тела во Вселенной. Поэтому-то сэр Исаак со своими яблоками известен всему свету, а комиссар Жан с его шляпами — только узкому кругу своих друзей и знакомых…

Ван-Аахен подозрительно покосился на Роше и сделал про себя умозаключение, что способность шутить, сохраняя при этом совершенно серьезный вид, встречается порой у людей, от которых просто никогда не приходится ожидать этого. Например, у комиссаров криминальной полиции. А ведь их профессия располагает к философским шуткам…

Сигнал вызова прервал его философские размышления. Прозвучал он снова в кармане плаща Роше, и тот поспешно достал из него свой мобильник.

— Это Левой, — сообщил он, послушав с минуту чириканье, доносившееся из трубки. — Там дело как будто сдвинулось с мертвой точки. По крайней мере, у него две новости — хорошая и плохая.

— Начните с плохой, — отозвался рыжий капитан стандартным ответом на стандартную шутку.

— «Дорожники» обнаружили,

что наш «коронадо» пуст, как гнилой орех, — вздохнул комиссар. — По их мнению, в салоне кара присутствуют следы борьбы и даже как будто кровь… Они нашли там еще трубку и завезут ее нам. Может быть, в памяти телефона найдутся полезные номера…

Эти слова он сопроводил довольно кислой улыбкой.

— Теперь — хорошую новость, пожалуйста, — терпеливо попросил капитан.

Роше оживился.

— В хозяйстве нашего друга Ларсена сначала было оживление, — объяснил он. — К нему нагрянула целая орава подручных. А затем вся эта орава с Обухом во главе ломанула в город на паре джипов. Явно предстоит какая-то катавасия. Левой сел им на хвост.

— Трогаем! — скомандовал капитан Полеку.


Энни закончила письмо и перечитала его. Что и говорить, впечатление оно производило преглупое. По крайней мере, на нее саму. Если что-нибудь приключится с ней, то в веках память о ней останется как память об идиотке… Идиотке, которая сама потащилась в ловушку, зная о том, что ей там неминуемо прищемят нос. Это как минимум. Но что поделать, если лучше умереть как идиотке, чем струсить и не разгадать загадку, за которой кроется тайна… А ведь у Мира Ваганты действительно есть своя тайна. И хранят эту тайну — гномы… Будет забавно, если после того, как все будут ждать от Энни репортажей, скучных, как бухгалтерские отчеты, она откроет в этом скучном Мире целую цивилизацию разумных существ. Ну не сама, конечно, в одиночку, откроет ее, а просто соприкоснется с этой Тайной. Этого — будет вполне достаточно, чтобы насолить всем тем, кто не ждал от нее уже ничего интересного.

Энни сунула письмо в конверт, а конверт — в порт пневмопочты.

«Интересно, — подумала она, — смогут ли гномы стереть и это письмо как магнитную запись голоса Майка после того, как он продиктовал мне их послание? В конце концов Письмо уйдет с планеты. А в космосе гномы вроде не властны над событиями…»

Энни заглянула в зеркало и, как обычно это бывало с ней перед каким-нибудь мало-мальски ответственным делом, осталась недовольна своим внешним видом. Но она не была любительницей откладывать дела ради забот о внешнем благообразии. Прихватив сумочку с обычным набором «всего необходимого» для штатной корреспондентки «ГН», выходящей из дому, проверив, на месте ли ее универсальный регистратор и старые добрые блокнот и электрокарандаш, Энни заперла за собой дверь корпункта.

По дороге она не особенно таилась, но не особо и старалась броситься кому-нибудь в глаза. Вместо редакционной «тойоты» она по Сети арендовала неприметный «фольксваген-малышку», но честно зарегистрировала его на свое имя — на случай предстоящего разбирательства. Увертливый кар послушно следовал маршрутом, введенным в его автопилот, и в нужное время оказался в нужном месте — у набережной Холодной реки, пересекающей Старый Форт посередине и делящей его на Восточный Форт и Западные Укрепления. От набережной убегали вверх, в старую часть города, пустынные, засаженные шеренгами успевших состариться деревьев, улицы и улочки. Они были безлюдны и словно пропитаны ночными тенями. Даже в светлое время дня в них царил вечерний полумрак.

На одной из таких улочек и притаился выглядевший заброшенным монастырь последователей какого-то из многочисленных путаных религиозных учений, расплодившихся в период Второй Звездной Экспансии. Собственно, где-то в его псевдоготическом зале и должна была произойти встреча Энни с Теми, кто Живет в Стенах.

Энни припарковала свою «малышку» в совсем уж узком проулке сбоку от монастыря и окинула внимательным взглядом округу. Конечно, никакой слежки заметить невооруженным глазом было попросту невозможно. Но она обязательно должна была быть, эта слежка. Если на это не хватало времени и денег у ведомства полковника Хоффа, то уж Ким должен был найти и время, и средства для такой благой цели. Чтобы преодолеть последние десятки метров до места встречи, корреспондентке «ГН» пришлось отыскать в монастырской стене почти незаметную дверцу и справиться с ее потайным замком. Двор монастыря, узкий, словно коридор, был порядком замусорен и заброшен. В то, что здесь обитают живые люди — и не просто обитают, но и выполняют какие-то головоломные функции — поверить было трудно. Ворота, ведущие внутрь заброшенного дома, были заперты намертво и заколочены тяжелыми досками. Нужная Энни дверь скрывалась в нише, которая меньше всего походила на вход в облупленное здание монастыря. Энни не без труда отыскала ржавый дверной молоток и постучала в дверь условным стуком. Странно было видеть, как неторопливо, без единого звука отодвинулась в глубь дома дверь, закрывавшая узкий вход в один из приделов молельного зала.

Зал этот был так же пуст, как двор монастыря, но гораздо более чист и совсем не захламлен ни строительным мусором, ни ломаной мебелью, как того ожидала Энни. Здесь было даже относительно светло. Запыленные витражи и стеклянный мозаичный потолок пропускали достаточно света, чтобы наполнить это небольшое в общем-то свободное пространство вокруг теплым, насыщенным светом.

Энни окинула взглядом витражи, мозаичные панно на алтарных стенах и наборный гранитный пол под ногами. Оценила и сработанные из темной полированной древесины скамьи для молящихся, и алтарь. Все это наводило на мысль о каком-то провинциальном музее, хорошо ухоженном и никому не нужном. Она осторожно оглянулась, чтобы проверить, что находится у нее за спиной.

Вообще-то именно туда ей следовало обратить свой взор с самого начала, с запозданием сообразила Энни. Прямо позади нее, погруженный в густую тень, в позе смиренного ожидания стоял высокий, худой, словно скелет, и благообразно лысый человек.

— Здравствуйте, мисс, — сухо, недостаточно приветливо сказал он. — Пройдемте…



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать