Жанр: Героическая фантастика » Юрий Никитин » Мрак (страница 39)


Глава 20

Медея бросила быстрый взгляд на Мрака:

— Да? И когда же появится?

— Он ходит быстро! К вечеру уже будет здесь. Я нарочито гнала коня во всю мочь, чтобы ты заранее решила, что делать...

Медея отступила, придерживая полог. Голос был холоден как лед:

— Зайди.

Мара ахнула, глаза ее полезли на лоб:

— Мрак?.. Ты уже здесь?

Мрак зевнул:

— Я тут и ночевал... Верно, Меда?

Царица сказала ледяным голосом:

— Я только для друзей Меда. А для бродяг, что калечат моих воинов... ведь это ты ее так ободрал?.. я — грозная царица поляниц, внучатая племянница царя Тараса. Что ты с нею сделал?

Мрак почесал затылок, чувствуя желание сесть и, вытянув шею, почесать ногой за ухом:

— Да как сказать... как-то и неудобно... Вот так и сказать при всех... Она ж мне тоже спину ногтями ободрала.

Глаза Медеи полезли на лоб. Мара вспыхнула:

— Царица! Не верь ему. Не верь! Ты посмотри на него. Разве не видно, что он не такой?

Медея посмотрела на своего странного гостя. Похоже, он в самом деле не такой. Ему не жилистую и высушенную солнцем Мару, а целое племя женщин бы впору. Или одну, но — царицу.

— Еще одна странность, — сказала она тем же холодным тоном. — Но я, если не могу понять их сразу, решаю просто. Этому я научилась у примитивных мужчин. Если скрыню нельзя открыть ключом, ее можно разбить топором.

Она вскинула руку, открыла рот, явно собралась звать стражей, как Мара воскликнула:

— Погоди! Посмотри, что у него в мешке?

Медея требовательно перевела взор на Мрака. Тот пожал плечами, запустил пятерню в мешок. Насмешливое выражение сменилось умильным. Он вытащил руку, жаба спала на ладони, свесив лапы. На правой лапе была засохшая слизь и корочка засохшей крови.

Мрак потрогал ее пальцем. Жаба приоткрыла один глаз, зевнула сладко и перевернулась на спину. Пузо было бесстыдно голое, белесое, нежное. Мрак пощекотал пальцем, жаба поежилась от удовольствия и раскинула лапы. уступило место холодному расчету. довольного Мрака:

— Это что?

— Жаба.

— Это я вижу, — сказала Медея зло. — Я могу отличить жабу от коня. Но зачем она?

— Просто живет.

Мара смотрела, открыв рот. Медея спросила нетерпеливо:

— Это я тоже понимаю. Но тебе зачем?

— Ни за чем, — ответил Мрак. — Просто.

Медея смотрела так, будто старалась выдрать его сердце и рассмотреть своими глазами. Спросила медленно и отчетливо:

— Ты хочешь сказать, что.. э-э... носишь жабу с собой просто так... не для какой-то пользы... что жаба самая обыкновенная?

Мрак возразил с негодованием:

— Какая-такая обыкновенная?.. Она замечательная! Как от орла пряталась!.. Как хитро выглядывала! А какие у нее лапы с перепоночками, а пузо какое мягкое и перламутровое!.. А сколько бородавок на спине, прямо вся в пупырышках...

Мара побледнела, зажала ладонью рот и опрометью выскочила из шатра. Медея проследила за нею долгим взглядом, а когда повернулась к Мраку, на ее губах впервые появилось подобие улыбки.

Мрак кончиками пальцев чесал жабу, та нежилась, выгибалась томно, вытягивала лапки. Даже передней уже шевелила понемногу.

Медея села напротив. Глаза ее внимательно пробежали по жабе:

— Что у нее с лапой?

— Повредила. Ничего, у них заживает быстро.

— Да... Кто она тебе?

Вопрос был неожиданным, Мрак удивился:

— Как кто? Боевая спутница. С нею я уже не один! Мы разговариваем.

— И она понимает?

— До последнего слова, — ответил Мрак уверенно. — Правда, виду не показывает. Жабы, они все такие застенчивые.

Медея вздохнула, открыла скрыньку, повернула к Мраку. Там было искусное изображение на эмали толстого рыжего пса. Таких толстых Мрак в жизни не видел.

— Это мой Юша, — тихо сказала Медея, она оглянулась по сторонам и понизила голос до шепота. — Он уже старенький, почти не ходит, но я его люблю. Это моя тайна, я никому не показываю. Все начнут советовать, чтобы я взяла молодого и сильного пса, раз уж люблю собак, а этого отдала на живодерню.

Ее взгляд невольно соскользнул на ноги Мрака. Из собачьих шкур получаются самые лучшие сапоги. Мягкие, износу не знают, воду и даже воздух держат. Только сдирать шкуры приходится с живых, иначе кожа начнет пропускать воду.

— У меня сапоги из оленя, — пояснил Мрак. — Я не боюсь замочить ноги. Чище будут.

— Из оленя не жалко, — согласилась Медея. — Олень для того и создан богами, чтобы его били и ели. Ты как насчет оленины?

— Если жареной, — задумчиво сказал Мрак, — да с подливой из лесных ягод... и печеных яблок добавить бы...

Медея хлопнула в ладоши. В шатер ворвались сразу с трех сторон, острые копья заблистали над головами, многочисленные как звездный рой в летнюю ночь.

Жаба зашипела, прижалась к плечу Мрака, словно готовилась прыгнуть и защищать друга и хозяина. Он чувствовал как часто-часто бьется ее перепуганное сердечко.

— Эмена, — велела Медея властно, ее пальцы уже захлопнули скрыньку. — Приготовь для гостя оленину. А ежели углубитесь в лес, то может повезет забить лося. Мне кажется, он больше привычен к лосятине.

Эмена смерила его недобрым взором:

— Да это такой лось...

Мрак ей бесстыдно улыбнулся, показав острые волчьи зубы. Подмигнул, и Эмена ушла, презрительно фыркнув и покачивая упругими ягодицами.

В шатер к Медее были допущены на пир трое из ее лучших поляниц. Медея ела к удивлению Мрака мало. Он отводил взор, старался не пялиться на ее роскошную грудь, на ослепительно белые как алебастр плечи,

безукоризненно вылепленные, зовущие, сочные, но глаза сами поворачивались в орбитах, он смотрел ей в глаза, темные и смеющиеся, потом взгляд сползал по спелым как вишни губам, пытался задержаться на нежной шее, но его неудержимо тянуло как в омут по ложбинке между молочно-белых шаров, что смыкались плотно, пытались выбраться наверх из широкого разреза платья.

Медея загадочно улыбалась одними уголками губ. Поляницы ели в охотку, но вина почти не пили, на Мрака поглядывали недружелюбно.

— Кстати, — сказала Медея, глядя ему в глаза, — тот герой... или сумасшедший, который перебил кучу воинов Горного Волка и Руда...

Мрак спросил удивленно:

— Я слыхал, они друг друга били?

— Пусть так думают, — отмахнулась Медея. — Я чувствую, это был один человек... Так вот он только связывал моих воинов. Но ни одной не убил.

Мрак пожал плечами:

— Повезло.

— Я не верю в везение, — ответила Медея, — которое повторяется. А мои воины уцелели трижды! После чего я и увела их. Дабы не искушать судьбу.

Он зевнул:

— Не знаю. Я человек простой и даже совсем простой. Меня и близко не допустили бы к дворцу.

Медея усмехнулась:

— Но многое из дворцовой жизни тебе известно.

— Ну, собаки лают, ветер носит, — ответил Мрак равнодушно. — Чего не наслушаешься! Всяк рад перемыть косточки. Вот про тебя дивятся, зачем, мол, ей на исподнем белье две красные ленточки?.. Я им говорю, а вам какое собачье... или собачачье дело? А они: антиресно, мол, раньше она носила желтые!

Медея дернулась, лицо ее побелело и застыло. Остановившимися глазами смотрела на безмятежного Мрака:

— Кто... говорит?.. Где?..

— Да в селах, — отмахнулся Мрак, — на постоялых дворах, в харчевнях... на перекрестках дорог, в рыбацких хижинах, у охотничьих костров, на переправах...

Она слабым голосом промолвила:

— До...вольно. Верю. Только ума не приложу... откуда?

— Челядь, — буркнул Мрак пренебрежительно. — О царях знают все. Для челяди нет царей.

Она в замешательстве порыскала глазами по сторонам, словно искала на что перевести разговор, с неудовольствием скользнула взглядом по его палице и двум швыряльным ножам на поясе:

— С твоими мышцами можно бы завести лучше.

— Какое есть.

— Я узнаю марки людей Горного Волка, — сказала Медея медленно, ее глаза хищно сузились.

— Выиграл в кости.

— У живых? — спросила Медея с лицемерным удивлением. — Я узнаю значок воеводы Горного Волка. А его нашли с разрубленной головой.

Ее глаза насмешливо обшаривали его лицо. Мрак пожал плечами:

— Да? Не повезло ему... Но, ты сказала, твои девки остались целы?

Глаза Медеи утратили насмешливый блеск:

— У меня не девки... а свирепые воины. И я думаю, что кому-то просто повезло застать их спящими. Иначе бы с ними так просто не справиться. В другой раз этому неизвестному так не повезет.

Мрак пожал плечами:

— Да, в мире все меняется. Но многое зависит от того, на какой стороне твои свирепые окажутся.

— Здесь, в степи, нам ничто не грозит. Наши стрелы бьют метко, а кони догоняют птиц.

Мрак скользнул взглядом по ее развитой фигуре:

— Ты ездишь на коне?

Она фыркнула:

— Где ты видел коня, чтобы не упал? Да не при виде меня, а подо мною! Я езжу в колеснице, как и надлежит царице. Как-то видела в дальнем походе молодого носорога... Такой живчик, просто прелесть! Я прямо влюбилась. Быстрый, сильный, веселый. Вот на нем бы... Фыркнул, унесся, только и видела.

Когда поляницы покинули шатер, а скатерти с объедками унесли, Медея обратила к Мраку вопрошающий взор:

— Как я поняла, ты не случайно решил пройти через мой стан.

— Точно, — восхитился Мрак. — Что значит, царица! Вот так сразу в точку... А отправился я в свой квест неспроста. Исчез царь, а без царя, сама понимаешь... Многие живут без царя в голове, так даже проще, но без царя в стране, как ты знаешь, сразу начались распри. А простым и простодушным людям, вроде меня, это совсем ни к чему. Ведь когда цари дерутся, чубы трещат у нас, простых и даже очень простых.

Медея смотрела исподлобья. Этот человек не выглядел простым и простодушным. Он выглядит очень даже простым и очень даже простодушным. Настолько простым, что даже жаба выбралась из котомки и сидит на его плече.

— У нас, как ты понимаешь, — ответила она медленно, — нет желания искать и спасать царя. Хотя бы потому, что во мне тоже течет кровь древних царей, и я могу претендовать на престол. И в какой-то мере... претендую.

Мрак смотрел исподлобья:

— А помешать берешься?

Она пожала плечами:

— Твой квест настолько безнадежен, что... Нет, мешать не стану. К сожалению, твоя дорога дальше идет через земли, где свирепствуют разбойники. В прошлый год их объединил некий Гонта. А он не знает жалости. Там тебе не пройти.

— Почему? — спросил он.

Она усмехнулось:

— В тебе слишком много от... мужчины. А Гонта... гм... тоже. Вы все, мужчины, при встрече сразу же ревниво смотрите кто из вас выше ростом, у кого шире плечи, круче грудь, длиннее руки. Гонта тебя сразу невзлюбит.

— Только невзлюбит? Это стерплю.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать