Жанр: Исторический Детектив » Андрей Воронин » Ведьма Черного озера (страница 36)


— А разве это имеет значение? — насторожился пан Кшиштоф.

— Мне показалось, что имеет. Мне показалось, что, если я начну прогуливаться с княжной Марией, к примеру, по берегу Черного озера, вы останетесь мною недовольны...

Пан Кшиштоф вскочил так резво, как будто камень под ним вдруг превратился в горячую сковороду. Его сабля со свистом вылетела из ножен, опасно сверкнув отточенным до бритвенной остроты лезвием. В эту минуту он был страшен; даже его накладные усы, казалось, встали дыбом и задрожали от ярости.

Юсупов, однако, ничуть не испугался. Он остался сидеть на камне в прежней позе, ограничившись тем, что приподнял свою трость и направил ее конец на пана Кшиштофа, как будто это была указка, а Огинский представлял собою любопытный музейный экспонат или анатомический муляж. Впрочем, эта иллюзия развеялась сразу же, как только пан Кшиштоф разглядел на нижнем, направленном на него конце трости отверстие, более всего напоминавшее ружейное дуло. Рукоятка трости, как уже упоминалось выше, была выполнена в виде собачьей головы; теперь Юсупов небрежным движением большого пальца отвел назад одно из собачьих ушей, и Огинский услышал характерный щелчок, издаваемый обыкновенно взводимым курком.

— Пся крэв! — выругался пан Кшиштоф. — Что все это значит?

Голос его все еще звучал уверенно и даже агрессивно, но это уже было притворство. Схватка была проиграна раньше, чем она началась, и Огинский, имевший огромный опыт тяжких поражений, понял это.

— Я с удовольствием объясню вам, что это значит, если вы уберете свою зубочистку и сядете, — спокойно ответил Юсупов. — В противном случае вместо объяснений вы схлопочете пулю. Судя по тому, что мне о вас известно, ваша смерть никого не огорчит и разыскивать убийцу никто особенно не станет.

— Хорошенький способ платить долги, — саркастически молвил пан Кшиштоф. Он все еще держал саблю в руке, но ее сверкающий на солнце кончик уже вяло опустился, нацелившись в землю. — Право, лучше бы я дал вам пистолет — тогда, в номере, когда вы так хотели застрелиться.

Юсупов не ответил, но дуло его странного, невиданного оружия приподнялось чуть выше. Теперь оно смотрело Огинскому прямо в лоб, и пан Кшиштоф вдруг ни к селу ни к городу подумал, какой надо обладать силищей, чтобы столь непринужденно удерживать одной рукой этот тяжелый и неудобный предмет. Это рассуждение, хоть и не имело прямого отношения к делу, окончательно убедило его в бесполезности сопротивления, и пан Кшиштоф, бормоча невнятные проклятия, толкнул клинок в ножны. После этого он сел, демонстративно забросив ногу за ногу и сложив на груди руки, одна их которых по-прежнему покоилась в матерчатой петле перевязи. Проследив взглядом за этими эволюциями, Юсупов аккуратно положил трость к себе на колени и вернулся к раскуриванию своей глиняной трубки.

— Ну-с, брат Студзинский, — произнес он, усиленно работая щеками и окутываясь клубами голубоватого дыма, — поговорим начистоту?

— О чем, собственно? — угрюмо огрызнулся пан Кшиштоф, уже начинавший догадываться, о чем пойдет речь, и не испытывавший по этому поводу ни малейшего восторга.

— Неужто нам не о чем поговорить? — деланно изумился Юсупов. — Полноте, господин майор! Или, может быть, не майор? И, быть может, даже не Студзинский? Кстати, неужели вам удобно смотреть одним глазом? В этих своих повязках и чужих волосах вы похожи на скверного провинциального трагика. Если желаете, можем поговорить о покинутой вами жене — притом, замечу в скобках, покинутой столь ловко, что бедняжка до сих пор не знает, вдова она или все-таки мужняя жена. Ну-ну, не раздувайтесь так, сударь! Признаюсь как на духу: ваши матримониальные делишки меня ничуть не занимают.

— Вы слишком много себе позволяете, — заносчиво объявил пан Кшиштоф. — В вашем положении такой тон просто недопустим. Ваш долг составляет...

Юсупов прервал его нетерпеливым жестом.

— Что вы заладили, как попугай, — долг, долг, долг? — спросил он. — Какой еще долг? Нельзя же, право, быть таким самоуверенным глупцом! Неужто вы и впрямь рассчитываете получить с меня двести пятьдесят тысяч целковых? Я отдал вам двести рублей. Фактически я их вам подарил; так знайте же меру! Взгляните-ка сюда.

Он поднял кверху пустую ладонь и повертел ею так и этак, показывая Огинскому, что она действительно пуста, после чего жестом фокусника один за другим извлек прямо из воздуха четыре туза. Тузы, вертясь, полетели под ноги пану Кшиштофу и легли на мох подле носков его сапог; за тузами последовали короли, за королями — дамы. Карты появлялись словно бы ниоткуда, и, сколько ни присматривался поднаторевший в карточном плутовстве пан Кшиштоф, ему так и не удалось понять, откуда они берутся. Окончательно уничтоженный, он наклонился и поднял бубнового короля. Карта была как карта, вот только изображенный на ней король, как показалось пану Кшиштофу, нагло ухмылялся прямо ему в лицо своими пунцовыми, чересчур яркими губами. Огинский с отвращением бросил карту на землю, с трудом подавив желание затоптать ее сапогом.

— Вот как это делается, — сказал Юсупов. — А прятать карты в фальшивой повязке может любой дурак. Так уже давно никто не работает. Не понимаю, на что вы рассчитывали. Будь на моем месте кто-то другой, вас отхлестали бы по щекам, а после отвели на пустырь и продырявили, как чучело.

— Иными словами, все это время вы попросту валяли дурака, — подытожил пан Кшиштоф

весьма кислым тоном. — С какой же целью, позвольте узнать?

— Дурака валяли вы, пан Кшиштоф, — сказал Юсупов, — а я за вами с интересом наблюдал. Это оказалось чертовски занимательным занятием. Сроду не видал такого...

Поручик не договорил, потому что Огинский, неожиданно вскочив с камня, так стремительно набросился на него, что тот не успел даже схватиться за оружие. Смертоносная трость отлетела в сторону, и противники кубарем покатились по земле, взрывая шпорами мох, путаясь в ненужных саблях и отмечая свой путь потерявшимися в драке деталями обмундировки. Впрочем, сражение длилось недолго. Попытка пана Кшиштофа задушить своего противника закончилась ничем; напротив, Юсупов, оторвав руки Огинского от своего горла, оттолкнул его от себя и нанес ему такой удар кулаком в живот, что пан Кшиштоф беспомощно скорчился на земле, более не помышляя о нападении. Один ус его отклеился, кожаная повязка сбилась на лоб, открыв совершенно здоровый глаз, парик съехал, предательски обнажив синеватый бритый череп с жесткой щетиной успевших отрасти коротких волос.

— О! — простонал пан Кшиштоф, не в силах вымолвить ничего более. — Оооо!!!

— Что вы там квохчете, как курица над яйцом? — брезгливо спросил Юсупов, подбирая свою трость и озабоченно разглядывая механизм курка. — Сами виноваты, что вели себя как дурак! Ну, чего вы хотели добиться? Придушить меня? Если бы у вас достало ума немного подумать, вы поняли бы, что это бесполезно. Да, я знаю, кто вы такой, и это, не спорю, вряд ли доставляет вам удовольствие. Но, во-первых, убить меня не так-то просто, в чем вы только что имели случай убедиться. А во-вторых, что вы выиграете от моей смерти? Да ничего! Если бы я не был вам нужен, вы не затеяли бы этот глупый фарс с картами. Если бы вы могли справиться со своим делом в одиночку, вас, полагаю, давно бы здесь не было. Но вы зачем-то слоняетесь вокруг Черного озера, пугаете княжну, нервничаете сами... Егеря зачем-то убили... Ну, что это такое, в самом деле! Кто так работает? И что, скажите на милость, вы намерены делать дальше? Так и будете сидеть в кустах над озером и рубить егерей княжны, пока не истребите всех до единого? Я предлагаю вам помощь, а вы, болван, лезете меня душить!

— Хороша помощь, — с натугой выговорил пан Кшиштоф, тяжело садясь и все еще баюкая ушибленную диафрагму. — Скажите раньше, кто вы такой.

— Это несущественно, — откликнулся Юсупов, осторожно спуская взведенный курок и беря свою мудреную трость под мышку.

— Ну так и ступайте к черту! Можете меня пристрелить или выдать княгине Зеленской, если угодно. Посмотрим, какая вам от этого будет польза, — зло сказал пан Кшиштоф, разглядывая то место на своем мундире, где минуту назад висел Георгиевский крест, потерявшийся в драке.

— А какой мне от этого будет вред? По крайней мере, перестанете путаться под ногами. Женюсь на княжне Марии и буду жить как у Христа за пазухой. А?

Пан Кшиштоф сложил кукиш и показал его Юсупову.

— Ваши долговые записки хранятся в надежном месте, — заявил он. — Если я погибну, они непременно всплывут, и вас возьмут в кандалы за убийство. Но даже если этого не произойдет и вы действительно женитесь на княжне, то я вам не завидую. Это все равно что разводить костер в пороховом погребе. Рано или поздно она вас раскусит, и тогда вы даже ахнуть не успеете.

— Ну, положим, это еще надо посмотреть, кто ахнуть не успеет, — успокоил его Юсупов. — Да перестаньте же паясничать! Что вы там ползаете на четвереньках?

Пан Кшиштоф, который действительно бродил вокруг на четвереньках, повернул к нему покрасневшее от злости лицо.

— Крест потерял, — сказал он. — А все из-за вас!

— Ну и что? — Юсупов пожал плечами. — Можно подумать, вы его заслужили. Украдете новый. Скажите лучше, что вы там ищете, на Черном озере?

— Развалины Трои, — огрызнулся пан Кшиштоф, поднимаясь на ноги и отряхивая с колен приставший мусор. — Слушайте, Юсупов, или как вас там!

— Неважно, — сказал Юсупов.

— Неважно, — повторил пан Кшиштоф. — В конце концов, это и впрямь неважно. То, что я ищу на берегу Черного озера, вам совершенно неинтересно. Это касается некоторых спорных вопросов, имеющих отношение к моему наследству. Вам это ничего не даст, так и не лезьте в это дело. Занимайтесь княжной, тут наши интересы совпадают. Вы заграбастаете себе одно из самых огромных состояний в России — неужто этого мало? Что же до княжны, то, судя по вашим ухваткам, она вас вряд ли остановит. Вы слыхали, что она слывет не вполне нормальной? Конечно, слыхали. Вот вам и карты в руки. Женитесь на ней, а после объявите ее недееспособной, и дело в шляпе.

— Все не так просто, как вы описали, — заметил Юсупов, вспомнив о княгине Зеленской.

— А просто только кошки родятся, — чувствуя, что мало-помалу начинает обретать почву под ногами, сказал пан Кшиштоф. — Деньги же достаются лишь немногим везунчикам. Но вы, я вижу, человек опытный и знаете: то, что просто досталось, бывает очень тяжело удержать.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать