Жанры: Биографии и Мемуары, Религия » Мери Латьенс » Жизнь и смерть Кришнамурти (страница 33)


БУДУЩЕЕ СЕЙЧАС

В 1973 году вышло в свет еще две книги К.; к этому времени на них практически перестали появляться рецензии, хотя книги по-прежнему хорошо распродавались. Можно представить как нелегко рецензировать книги К.; неизвестный для К. Джон Стюарт Коллинс, тем не менее, принял вызов, поместив рецензию на первую брошюру «За пределами насилия» в «Санди Телеграф» в марте 1973 года:

«Для того, чтобы быть освежающим, нужно быть свежим. Это довольно редко встречается в искусстве. А в области религиозно-философско-этической мысли и подавно. Дж. Кришнамурти всегда свеж, всегда удивителен. Вряд ли когда-нибудь избитая фраза сошла с его уст.

Он также очень труден для понимания. Совсем не потому, что пользуется длинными словами, а своим неверием в «веру». Вероятно, это ужасает приверженцев «-измов» и «-логий». Он верит в Религию в истинном смысле этого слова, хотя отрицает религии и какие бы то ни было системы мысли.

Подзаголовок книги «За пределами насилия» звучит так: «Подлинные отчеты о беседах и дискуссиях в Санта Моника, Сан-Диего, Лондоне, Броквуд Парке, Риме. Сперва Кришнамурти проводит беседу, затем отвечает на вопросы. Вопросы обычны, ответы — никогда.

«Разве вера в единство всех вещей не так же человечна как и вера в их разделение?»

«Почему вам хочется верить в единство людей? — Мы не едины, это факт, почему же вам хочется верить в нечто такое, чего не существует в действительности? Все это вопрос веры; ведь подумайте, у вас одна вера, у другого — другая; и мы сражаемся и убиваем друг друга просто за веру».

Или: «Когда приобретается психический опыт?»

«Никогда. Знаете ли вы что значит приобрести психический опыт? Для экстрасенсорного опыта требуется значительная зрелость, исключительная чувствительность, огромная образованность; когда же вы высоко образованы, психический опыт как раз и не нужен».

Рецензируемая книга главным образом посвящена изменению нас самих, ведь люди так часто выходят за пределы насилия.

«Быть свободным от насилия предполагает свободу от всего того, что один человек перекладывает на плечи другого, — веры, догм, ритуалов, понятия моей или вашей страны, моего или вашего бога, моего или вашего мнения».

Как достичь такой свободы? Сожалею, но я не в состоянии точно выразить словами то, что имеет в виду Кришнамурти. Его нужно читать. Сам процесс чтения уже влияет на читателя. Одна подсказка: заменяйте умение мыслить действием внимания — могущество в умении видеть».

Вторая книга «Пробуждение разума» — большого объема; она вышла под редакцией Джорджа и Корнелии Вингфилд-Дигби с 17 фотографиями К., сделанными Марком Эдвардсом. Начиная с 30-х годов в течение более трех десятилетий К. отказывался фотографироваться.

Когда в 1968 году К. не стал возражать на этот счет, молодой внештатный фотограф Марк Эдварде, только что окончивший художественную школу, предложил сфотографировать К. С тех пор Марк сделал себе имя фотографиями Третьего Мира; он выполнил огромное количество фотографий для Фонда Кришнамурти. (Позже К. фотографировали Сесия Битон и Карш из Оттавы).

«Пробуждение разума» состоит из интервью с несколькими людьми, включая «Беседы Кришнамурти с Якобом Нидлманом», профессором философии в Государственном Колледже в Сан-Франциско, «Беседы Кришнамурти со Свами Вентакешанандой», «Беседы с Аденом Ноде» и беседу с профессором Дэвидом Бомом, который был в то время профессором по теоретической физике в Бирбекском Колледже (Лондонский университет). Дэвид Бом, находясь в Принстоне в 40-х годах, дружил с Эйнштейном. Он впервые заинтересовался К., наткнувшись в библиотеке на его последнюю книгу под названием «Первая и последняя свобода». Бом посещал беседы К. в Уимблдоне в 1961 году; с тех пор он часто бывал в Саанене и Броквуде, где он лично беседовал с К. Бому принадлежит несколько книг по квантовой теории; в 1980 году он опубликовал работу «Целостность и запутанный порядок» — книгу, в которой представлена на обсуждение революционная теория физики, в которой преломляется учение К. о целостности жизни.

В своей первой беседе с профессором Нидлманом К. подчеркнул как важно избавиться от религиозной обусловленности: «Нужно сбросить с себя все обещания, весь опыт, все голословные мистические суждения. Думается, нужно начать так, как будто абсолютно ничего не знаешь». Нидлман возражает: «Это очень трудно».

«Совсем нет, сэр, я так не думаю. Мне представляется, что трудно лишь тому, кто напичкан знанием, принадлежащим другим людям». Позднее в беседе К. скажет: «Я совсем не читаю книг по вопросам религии, философии или психологии; достаточно самому проникнуть захватывающе глубоко внутрь себя, — и найдешь все». В этом суть учения К. — полное понимание жизни приходит с открытием самого себя, поскольку, как сказал К. в одной из бесед с Аденом Ноде «Мир во мне, и я — в мире; мое сознание — это сознание мира, в то же время сознание мира во мне самом. Вот почему порядок в человеке означает порядок в мире».

В беседах со Свами, К. высказал свое отношение к гуру.

Отвечая на вопрос Свами «Какова же на ваш взгляд, роль гуру — наставника или пробудителя?» К. сказал: «Сэр, если вы употребляете слово гуру в традиционном смысле этого слова, что означает «рассеивающий темноту, невежество», может ли некто, кто бы он ни был, просвещенный или недалекий, действительно помочь рассеять мрак в человеке?» Тогда Свами

спрашивает: «Не признаете ли вы, Кришнаджи, что необходимо указание?» К. отвечает: «Разумеется. Я указываю. Я делаю это. Мы все делаем так. Я спрашиваю человека на улице: не подскажете ли как мне добраться до Саанена? — и он указывает направление, но я не трачу времени, не ожидаю поклонения, говоря: «Боже мой, вы — величайший из людей». Это так по-детски».

В результате бесед К. с Дэвидом Бомом, продолжавшихся время от времени в течение нескольких лет, К. все чаще стал обращаться к вопросу о конечности времени, равно как и конечности мысли. Беседы эти приносили ему удовлетворение и порыв идти дальше, вызывая чувство, что создается мост между религиозным и научным познанием. Это можно назвать интеллектуальным, а не интуитивным подходом к его учению. Дэвид Бом любил начинать дискуссию, давая коренные значения слов как ключ к пониманию; позднее К. сам перенял эту привычку в поздних беседах, не добавляя этим больше ясности, а в одном случае вызвав даже недоразумение. Бом обратил внимание К. на то, что слово «реальность» происходит от корня res — вещь, факт; впоследствии К. иногда употреблял это слово в значении высшей истины, что делал в течение нескольких лет, или после беседы с Бомом — в значении факта, т.е. стула, на котором сидим, ручки, которую держим, одежды, которую носим, зубной боли, которую чувствуем. Знание того, что слово «коммуникация» происходит от латинского «делать обычным» не помогло К. установить связь с некоммуникабельным, как он это пытался сделать. Вместе с тем многие люди скорее принимали новый интеллектуальный подход К., чем поэтический мистицизм или его описание природы типа: «Вечернее солнце лежало на молодой траве; в каждой травинке царило великолепие. Весенние листки прямо над головой такие нежные, что, дотрагиваясь до них, не ощущаешь».

По просьбе К. Дэвидом Бомом было организовано несколько конференций ученых и психологов в Броквуде и Охай; в Нью-Йорке Дэвид Шайнберг организовал семинары психологов, в которых К. принял участие. Встречи эти, в целом, были разочаровывающими. К. мало интересовался психологическими проблемами и умозаключениями ученых и философов; ему было по душе побуждать других глубже проникнуть в себя самих; участники же конференций, естественно, стремились сообщить о своих разработках. Но К. с желанием поглощал любую фактическую информацию, касающуюся мировых научных достижений. Так, он выучил все, что мог по генетике от профессора Мориса Уилкинса, лауреата Нобелевской премии в области медицины, который посетил две броквудских конференции, а позже заинтересовался компьютерами благодаря Аситу Чандмалу, племяннику Пупул Джаякар, который занимался компьютерами с большой индийской группой. Точно также в прошлом К. горел желанием выучить все о двигателе внутреннего сгорания и других механизмах типа часов и фотокамер. Когда в Броквуде кто-то задал Марку Эдвардсу в присутствии К. специальный вопрос о фотосъемке, Марк удивился тому, что К. быстро и четко ответил вместо него.

Восхищала та удивительная легкость, с которой К. вел серьезный разговор со Свами, буддистским монахом, западным ученым, миллионером-промышленником, премьер-министром или королевой. Несмотря на застенчивость и робость, отсутствие особой начитанности и претензии на интеллектуальность, он не боялся затрагивать в публичной беседе глубокие психологические проблемы, которые волновали величайших философов, ученых и религиозных деятелей. Мне кажется, что это можно объяснить тем, что пока другие рассуждали и спорили о теориях «икс», К. ясно видел «икс» как собственную руку.

В июне 1973 года в Броквуде состоялась международная встреча представителей всех трех фондов, впервые собравшихся вместе. К. заботили проблемы, которые возникнут после его смерти или кончины ныне здравствующих попечителей. Он не представлял себе как будут продолжать действовать Фонды. Его отношение к будущему коренным образом изменилось с августа 1968 года, когда во время прогулки в Эппинг-форест мой муж спросил что станет с новым английским фондом и всей его работой после кончины К., а К. ответил, махнув рукой: «Все исчезнет». Его учение останется как книги и записи; все остальное может уйти.

Как было предложено на международной встрече, К. предстояло отобрать несколько молодых людей для дальнейшей работы; на это К. ответил: «Большинство молодых людей ставят щит между собой и мной. Поэтому задача самих фондов — найти молодых людей; вам это будет легче, чем мне, потому что люди влюбляются в меня, мое лицо, притягиваются лично ко мне, или желают духовных достижений... но дело школы определенно следует продолжать, поскольку на него возложена задача создания нового типа человека».

Создать нового человека — цель учения К., главной темой выступлений того года в Саанене для К. было, как привести к коренному, революционному, психологическому изменению ума; более того, он стал утверждать, что изменение должно быть мгновенным. Бесполезно говорить: «Хочу измениться» или «Завтра я стану иным», потому что какие мы сегодня, такие и завтра. «Будущее сейчас» — такое выражение стал употреблять К.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать