Жанры: Иронический Детектив, Боевики » Фредерик Дар » Не мешайте девушке упасть (страница 26)


Глава 21

Я безо всякого труда нахожу торгующий газетами и канцтоварами магазинчик, где, как кажется, обретаются остатки «кенгуру». Меня принимает старуха в нашейном платке. Лавочка такая же грязная, как она.

– Привет, мамаша, – говорю я ей. – Мне тут надо сказать пару слов господам, которые должны быть неподалеку.

Она принимает удивленный вид коровы, которой показывают фильм о железной дороге.

– О чем вы говорите?

– Ну, мамаша, не ломайте из себя Сару Бернар, я же не директор «Комеди Франсез»!

Я в затруднении, потому что зараза Грета забыла дать мне пароль. Как убедить эту старую перечницу?

– Мне надо увидеть Фрэда, у меня для него письмецо.

– Фрэда?

Достаю послание Греты и кладу на прилавок с газетами.

– Раз вы во мне сомневаетесь, вот верительная грамота, а я пойду глотну свежего воздуха. Покажите это Фрэду.

Я выхожу прежде, чем она успевает начать нести всякую ахинею.

До чего же люди недоверчивы в наши времена!

Когда я возвращаюсь, она улыбается.

– Пойдемте.

И ведет в заднюю часть лавочки. Там полно связанных газет, а в углу стопка старых пыльных книг. Старуха поднимает половик, и появляется винтовая лестница.

– Спуститесь один?

– Ну конечно, мамаша, не ломайте себе кости на такой крутизне. Я найду дорогу.

Начинаю спуск по извивающейся лестнице. Грохочет она так, будто бегемот гуляет по цинковой крыше.

Дойдя до нижней ступеньки, я достаю мою зажигалку, потому что там темнее, чем в траурных трусах негра.

Включаю ее и как раз в тот момент, когда появляется маленький огонек, слышу легкий шорох сзади. Оборачиваюсь. Единственное, что я вижу, это кулак, но его я вижу хорошо Он летит прямо на меня. Я отскакиваю в сторону, но он все-таки крепко меня задевает. Он попадает мне в щеку и, такое впечатление, прошибает чайник насквозь. Спорю, что моя голова станет браслетом для этого неизвестного боксера.

Я роняю зажигалку и становлюсь на четвереньки. Лично мне зажигалка не понадобится долго! Этот тип установил на моем портрете такой светильник, что владельцы всех забегаловок Парижа и окрестностей могут только присвистнуть от зависти. Слышу шумное дыхание. – Эй, Фрэд! – говорит голос. – Включи свет, я его сделал.

На потолке зажигается электрическая лампа, затмевающая мой личный фонарь. Передо мной стоит толстяк, которого я видел в Везине.

– Так это ты, Том?

Он смотрит на меня и, кажется, ничего не понимает.

– Разрази меня гром! Ну и крепкая же голова у этого парня! – восклицает он.

– И не говори, – отвечаю. – Это оттого, что моя мать, когда была беременна мною, ела одни камни...

– Сейчас проверим!

Он подходит.

– Оставь его, – приказывает спокойный голос Фрэда.

– Оставить?! Сначала я ему так навешаю, как его еще никто не обрабатывал.

– Оставь! – настаивает Фрэд.

Фрэд стоит в дверях. Он элегантно одет в домашнюю куртку, его шею охватывает желтый шелковый платок.

– Еще чего! – протестует. Том. – Этот гад замочил Фенфена! – И добавляет: – Фенфен был моим корешком, и я очень любил этого клопа!

Я понимаю, что Фенфен – прозвище карлика. Понимаю я и еще много разных вещей. Например, то, что милашка Грета в очередной раз обвела меня вокруг пальца. Вне всяких сомнений, она позвонила этим типам, раз они знают о смерти карлика. Не могут же они из его отсутствия сделать вывод, что его убили, да еще именно я, тем более что пресса не писала о его смерти по той простой причине, что он еще лежит в шкафу моей комнаты, в чемодане. Если Грета им позвонила, то затем, чтобы отменить свою записку. Очевидно, она поручила этим двоим заставить меня признаться, где находятся компрометирующие ее пластинки, а потом свести со мной счеты... Неплохо придумано У нее редкая для женщины быстрота реакции.

Обо всем этом я успел подумать за долю секунды. Серым веществом я не обделен в отличие от некоторых. Толстый Том не теряет зря времени. Он закатывает рукава и отвешивает мне удар кулаком. Фрэд протестует.

– Не волнуйся, – говорю я Фрэду. – Раз твоему бульдогу хочется, чтобы я его сделал, он это получит... Позволь мне показать ему два-три забавных трюка, которые удачно дополнят красоту этого дебила.

Я становлюсь в боевую стойку и жду, когда Том возьмет на себя инициативу пойти в атаку. Он не тянет и выбрасывает прямой правой, который я парирую, как чемпион. Он злится и пытается провести серию ударов в лицо, но я выдерживаю натиск, надежно укрывшись за кулаками. Этот амбал здоров как бык, но быстро выдыхается. Я дожидаюсь, пока он немного устанет, а тогда отступаю на шаг. Его хук левой попадает в лестничные перила. Быстрый, словно молния, я дарю ему прямой в печенку, от которого он складывается пополам. Я поднимаю его новым прямым – левой под подбородок. Он пытается перехватить инициативу, но лучше бы ему пойти записаться в библиотеку. Теперь он мой, и я устраиваю себе маленький праздник.

Я гашу одну его зенку, потом разбиваю бровь. Течет кровь. Он ослеплен, и его кулачищи грузчика колотят воздух. Я жестоко смеюсь.

– Что ты на это скажешь, малыш? Разве я не чемпион?

Он выкрикивает ругательство. Я влепляю ему удар по губам – он выплевывает три зуба и валится на пол.

Массируя костяшки пальцев, я обращаюсь к Фрэду:

– Как думаешь, с него

достаточно?

– На сегодня хватит, – соглашается длинный Фрэд. – Эй, Том, поднимайся!

Но Том не отвечает.

– Ему придется зашивать морду, если он соберется получить в Голливуде роль героя-любовника.

– Иди сюда! – приказывает мой собеседник.

Мы входим в маленькую комнату, скромно меблированную кроватью, столом и двумя стульями.

– Значит, ты умудрился выкрутиться, старина Фрэд?

– Как видишь...

– Как это тебе удалось?

– Представь себе, по ту сторону дыры в заборе стояли два солдата. Они открыли по нам огонь, но благодаря Тому мы прорвались... Он влез на стену, сиганул оттуда на одного фрица, оглушил его и отобрал автомат Второго он застрелил, и мы прошли. Остальных немцы положили, но карлику, Тому и мне повезло. Представь себе, мы выбежали на мост над железной дорогой в тот самый момент, когда проходил товарняк, и прыгнули в открытый вагон. Фрицы нас не заметили. А как выкарабкался ты?

Я рассказываю об автогонке.

– Поздравляю! – восклицает он.

– Оставь свои поздравления пока при себе, Фрэд. Еще не время бросать победителю цветы. Есть работенка.

Он усмехается.

– Какая работенка?

Вижу, он достает из кармана пистолет, здоровый, как дальнобойная пушка.

– Собрался поохотиться на верблюдов? – спрашиваю я.

– Если ты относишься к этой породе млекопитающих, то да, на верблюда.

Кажется, пора разобраться, кто за кого.

– Эй, приятель, без шуток! Прежде чем играть в охотника, дай мне высказаться!

Я сажусь на кровать и начинаю:

– Я знаю все дело, а ты только половину. Ты и Том кажетесь мне умными, как спагетти... Даете собой вертеть какой-то бабе... Есть чокнутые, мечтающие поглазеть на Неаполь, перед тем как окочуриться. Моя мечта – увидеть в ваших железобетонных башках хоть пять граммов мозгов.

Вы нанялись убийцами к людям, о которых ничего не знаете... Тебе известно, что большой босс – женщина, да еще сотрудница гестапо?

Кажется, его это очень заинтересовало,

– Я просвещу тебя до конца и дам доказательства того, что говорю. Несколько минут назад тебе позвонили от имени большого босса, так, да? Так вот, говорившая с тобой девица и держит в своих руках все нити. Смелости этой киске не занимать... Она тебе сказала, что я явлюсь с рекомендательным письмом, но на него не следует обращать внимания Вы должны любыми средствами заставить меня признаться, где спрятаны некие пластинки, а как только завладеете ими – шлепнуть меня.

– Точно! – удивленно бормочет он.

В этот момент открывается дверь и входит Том Он превратился в картошку, и нужен тщательный осмотр, чтобы установить, с какой стороны у него лицо. Он делает несколько шагов и падает на стул.

– Ты неотразим, – говорю я ему. – Можно подумать, что ты поспорил со стадом слонов...

Фрэд тоже веселится. Том еще не совсем пришел в себя.

– Это первый раз, когда меня так обработали, – признается он. – Ты здорово дерешься.

Мне его слова нравятся, потому что такие громилы понимают только силу Этот нашел своего хозяина и честно в этом признается. Он больше не пытается выпендриваться...

– Я рад, что ты очухался, – говорю я ему. – Я как раз рассказывал вещи, которые заинтересуют и тебя тоже...

Тут я излагаю все дело от А до площади Насьон Они разевают моргалы с водосточную воронку. В заключение я им говорю:

– Я позвоню моему приятелю, у которого запись, и попрошу дать вам ее прослушать. Где тут телефон?

Фрэд показывает, и я звоню Бравару.

В ожидании моего друга мы курим.

Через час Фрэд и его подручный в курсе. Наконец-то они полностью переубеждены. То, что они узнали, им совершенно не нравится. Если бы Грета оказалась сейчас здесь, я бы стал зрителем очень милого спектакля «Расчленение живьем».

– Ну, ребята, согласны работать со мной?

Еще как согласны! Готовы пройтись по потолку, если я их об этом попрошу.

– Из этой девки ничего не вытянешь. Я вам предлагаю сыграть с ней одну шутку. Теперь о лампе речь больше не идет, значит, вы теряете всякую надежду наварить на ней бабки. Но если вы будете работать со мной и согласитесь рискнуть, слово Сан-Антонио, я возьму вас в Англию и там велю выплатить вам кругленькую сумму.

Они не сомневаются.

– Командуй, мы идем с тобой! – заявляет Фрэд.

– Будет жарко...

– Тем хуже для нас. Все равно нам тут оставаться нельзя, да, Том?

Том издает ворчание больного насморком кабана.

– Точно!

– О'кей. Тогда вот что я вам предлагаю: когда Грета позвонит узнать, как дела, вы ей скажете, что диски у вас, а я мертв. Если она вас попросит их куда-нибудь принести, отвечайте, что боитесь и лучше, чтобы за ними прислали сюда. Для нее слишком рискованно поручать это другому. Так что она явится сама, нравится ей это или нет. Это ее единственный шанс. А мы тогда устроим в ее честь небольшую вечеринку.

Мне отвечает двойной взрыв хохота.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать