Жанр: Русская Классика » Игорь Наталик » Миражи (страница 11)


ее ошеломляющих красок.

Нежно и крепко тебя обнимаю.

А теперь спать, спать и спать.

*

МЕДВЕДИЦА

Открываю глаза. Где я? Что я?

За промытым, незамерзающим (как южное море) окном лениво развалилась

и спит под богатым пуховиком речка Медведица. Иногда она огрызается

утробными звуками на проезжающих через мост автоизвозчиков. Нехотя

ворочается с боку на бок, но не встанет, не станет голодным и злым

шатуном.

Она позволяет нам, лилипутам, подкрасться поближе, потрогать снежную

простыню (белизны - до боли в глазах) или даже ковырнуть рыбацким

буравчиком свою толстенную шкуру. Медведица эта российская добродушна,

спокойна и величава. До времени сосредоточенно спит.

*

ВЛАДИМИР ВЫСОЦКИЙ

Посмотрел старую видеозапись и будто снова встретился с повелителем

расстроенной и донельзя обшарпанной гитары.

И еще - с его "полочной" песней об апокалиптических всадниках и

пулях, выпущенных в людей Судьбою. Это - предельно современная баллада о

нас. И еще - об ответственности и сопричастности ко всему происходящему

вокруг - тому, что безжалостно терзает нашу роскошную, бедную землю.

Новое откровение и постижение бессмертной души.

Близко видел беспокойные глаза Высоцкого. Подергивание жилки у

левого (как бы незрячего) глаза. Бесконечно усталые руки, держащие гитару,

словно родничковую воду в горсти.

Действительно, он вошел в наши дома и в наши сердца словно близкий и

давний незнакомый-знакомец.

Как будто все предчувствовал и предвидел.

*

ДОМ НА СЛЕЗАХ

Шикарный санаторный корпус, построенный за счет средств, недоданных

детям и старикам, стоит вот уже семнадцатый год, а все новенький - словно

только-только с иголки. Говорят, что весь секрет - в "нестареющем"

кирпиче. Дом на слезах.

Правда, строители пока строили и отделывали под орех это компактное

чудо, сгноили, довели до гниения и преждевременной смерти соседнюю дачурку

- уникальный образчик местного зодчества. Снимем деревянные шляпы с таких

же голов и почтим ее память молчанием. Крушить - не строить.

*

ЗИМА В ЗЕНИТЕ

Зима недавно перевалила в зенит и теперь, суетясь и причитая,

сокрушаясь о близком собственном увядании, несмотря на сочные и румяные

щечки "кровь с молоком", нехотя двинулась на встречу с конкуренткой

молодкой Весною.

Быстро мерзнущие облачка дыхания - словно колечки курильщиков

(конструкции "вешай топор") - зависают над тропкой и с легким звуком

опадают за спиной, разбиваясь о встречный нежный ледок тщательно

протромбованных дорожек.

Тело предельно устало от наручников и цепей тяжкой зимней одежды и

ждет-не-дождется, когда же оно вырвется из рукавов навстречу весеннему

солнцу, простудам и хитрому, обманчивому теплу.

В это, еще пронизываемое холодом время, хочется хоть немного

почувствовать себя вольным стрелком, убегающим зверем и вообще

безлошадным. Так, впрочем, и есть.

*

БЕЛАЯ ЛОШАДЬ

На обратном пути из леса у меня за спиной кто-то зафыркал, забил

копытами о леденеющий дорожный снег.

Противно заскрипели полозья.

Догадался сразу и не поленился оглянуться - поприветствовать.

Действительно, Белая лошадь.

Но почему же ты, голуба, без легоньких крыльев, а совсем наоборот

в хомуте, понурая, да еще и с гружеными - правда, довольно изящными

санками позади?

Сани юзят.

Пар рвется из всех четырех ноздрей.

Возница сегодня веселый, он подмигивает твоему крупу - наверное, под

шофе.

Я залюбовался грациозностью лета: и твоего и саней.

Вдруг все звуки пропали и ты начала взлетать. Даром, что дорога

все в гору. А ведь так действительно взлетишь до звезды.

Постой, опять не попросил у пьяного возчика взять меня с собою в

этот размерный, бедовый и постоянно восходящий путь.

Вот уже и скрылась.

Постепенно все стихло.

А вдруг тебя больше не встречу?

*

СТАРОСТИН ДОМ

Сегодня мы хотели посетить необычный музей, но увидели лишь

обгоревший его остов. Старожилы Верхних Троиц рассказывают, что будущий

староста в четырнадцать лет покинул родные места, и вместе с семьей

помещика в качестве "мальчика для домашних услуг" переехал в столицу.

Прослужил он у этого помещика около четырех лет. Рано начал ходить с

тростью, ссылаясь на то, что однажды был жестоко избит в тюрьме. Но тогда

остался жив, так как его камера была последней и истязатели притомились.

Много стерпел в этой бурной жизни староста и наверно за это долго

сидел добродушного вида твердокаменный старичок в центре Первопрестольной

в самом начале проспекта с одноименной этикеткой. Но в родные места

последние десять лет его жизни приезжала только жена. А в майскую ночь

восемьдесят девятого заполыхал в Верхних Троицах подожженный крестьянами

бывший старостин дом...

*

ТЕРЕМОК

"Пятая" дача горела впервые еще до войны. Но и сегодня она

по-прежнему воздушна и элегантна.

Есть в ней задумчивая комната - для гостей. В углу поблескивает

сигнализация - неусыпно, словно вечный огонь. Вторая комнатка

старостина.

Проходной коридор к ней - обширная столовая. Сияют кобальт и

подлинный севрский фарфор, тесно окружают стол и жмутся вдоль стены

инкрустированные, трофейные стулья из дуба. Огромный серебряный подсвечник

"на копытах" придавил коренастый комод.

Вольготно и гордо стоящие вазы - также трофейные. Одинокая старая

чаша на столе: кобальт с тусклым золотом. А на втором этаже поражает

роскошный туркменский ковер ювелирной ручной работы на сто

двадцать клейм.

Цвета там, правда, немного сбиты - он кроваво-красный, будто всю Туркмению

засыпал кровавый песок Кзыл-Кума.

Общая архитектура нашей дачки замечательна. Все комнаты, как тогда

было принято, интимно затемнены. Белый свет застят могучие сосны и туя.

Везде радуют глаз теплые и живые, неоштукатуренные стены. Согревает душу

мастерство старых и современных тверских плотников-самородков.

Пряничная, с искусной деревянной резьбой беседка хоть и при

телефоне, но закрыта. А вот уже и спуск к Медведице. Все предельно

непритязательно: перильца, струганные лавки, пляшущий "горькую" столик.

Под светелкой - резная веранда с расписными, боярскими, витыми

балясинками. На фасаде здесь нет двух похожих окон. Многообразны и скаты

крыши - они воистину словно теремные опята. Ответь, роскошная избушка, где

твоя бессмертная душа?

*

ДАЧКА

В памяти саднящей занозой другая, гораздо более страшная дачка

бывший объект номер двести.

Единственная асфальтовая дорожка к ней "с черным толком" обсажена

живой изгородью с иглами в палец величиной. И была сделана ровно на ширину

капота автомобиля - ни больше, ни меньше: попадешься на пути - уже не

спрячешься.

И все-таки добрался живым и проскользнул под невидимым прицелом мимо

дачи аж до беседки на самой вершине холма - можно передохнуть.

А здесь - свои прелести: с волшебной скамейки все просматривалось и

прослушивалось на расстоянии до километра. И если лыжники шли внизу

вдоль-по-речке, то были слышны скрипы их лыж, перестук палок и отчетливо

голоса.

Сколько же их по моей широкой стране - этих уютных, тайных дачек,

построенных на костях заключенных.

*

ЁЛОЧКИ

Утром то мелкою дробью, то орудийными залпами будит радостный дятел,

который день за днем, а по моим наблюдениям - вообще непрестанно, долбит

что-то рядом с бывшей старостиной дачей.

Спелые корабельные сосны прекрасно уживаются здесь рядом с пушистыми

еловыми товарками, разряженными в балетные пачки.

Подхожу ближе: да ведь эти юные красавицы прикрывают своими нарядами

целое кладбище большущих приземистых пней.

Душа "заныла и зачесалась" от этого наглядного круговорота

бесхитростной лесной жизни.

За ночь упало много еловых шишек - то-то птицам и белкам раздолье.

А для меня была приготовлена, чуть не угодившая по голове,

здоровенная сосулька с крыши.

*

КАБАНЧИК

Вчера дикий кабанчик аккуратно прошел по накату лыжни. Следы были

легки, отчетливы и неглубоки.

Потом последовал резкий бросок (полоса нетронутого снега) в сторону

молодого кустарника. Глубочайшие раны нанесены белоснежной пелене.

Оставленные следы - будто четки, брошенные кем-то огромным в лесу.

Сошел с лыжни и продвигаюсь вдоль свежесваленного дерева - по

кабаньим следам. Вижу место лесной трапезы. Кора вспорота, ободрана и

бедро дерева буквально отполировано - небольшими влажнеющими островками.

Наконец подхожу к кустарнику - здесь словно укромный подземный

гараж. Плавный сход до земли, до уснувшей травы, корешков.

А вдали, на лыжне кто-то, громко смеясь, настойчиво звал: "Вась.

Вась".

*

НА ЛЫЖНЕ

Вбегаю рано утром на лыжах в не ожидавший от человека такой наглости

лес и чувствую, что делаю что-то не то.

Ночью на окрестность рухнул снег, но лыжню словно приготовили для

меня - с иголочки. Или снова кто-нибудь более ранний опередил?

Ветерок не дохнет, ветка не шелохнется. Все, как капкан, затаилось.

Для пущей храбрости (или для нашего знакомого секача Васи) сильно, со всей

дурацкой мочи свистнул и пару раз стукнул палкой о палку. Но - без такого

же успеха.

Ладно, идем дальше. Бежать, закусив удила, мимо такой красоты вовсе

не хочется, словно у меня не лыжи, а два тяжеленных альбатросовых крыла за

спиной. А сверху, из-за сосен, покачивает бородой и зорко глядит сквозь

заиндевевшие брови Господь.

Каждым движением, каждым бережным шагом строго взвешенно отвечаю на

его молчаливые вопросы. Совесть поработала так, что даже вспотел.

Зато теперь понял, зачем был поднят неведомой силой ни свет, ни заря

и вброшен на эту лыжню, ведущую вглубь роскошной природы.

*

КАБАНЬЯ СТОЛОВАЯ

Вышел на пьяно-звенящий воздух, а дорожка - это каток с бассейном.

Снова лыжи принесли меня к кабаньим владениям. Оказывается, вокруг этих

кустиков настоящая столовая, причем работает ежедневно. Воронки в снегу и

объедки, а в нескольких метрах отсюда - четкий отпечаток тела на

"скатерти", пересыпанный лесным мусором - словно свито гнездо.

Своеобразная спальня длиною более метра. Ну и здоров же ты, парень.

Кора двух соседних огромных сосен будто ободрана рашпилем по пояс.

Ошметки коры разлетелись веером метра на полтора вокруг.

Пора возвращаться домой...

*

"ЛЕСНОЙ КАРМАН"

Сегодня у меня очень удачно прошла охота на шишки. Нашишковался

вдоволь: лесной улов в два десятка отборных красавиц. Упругих, пахнущих,

ядреных.

Извлекаю из "лесного кармана" не только колючие шишки, но и

моментальные снимки, которые запали в меня среди этой текучей, загадочной



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать