Жанр: Детектив » Элла Никольская » Требуется наследник (страница 2)


Тем более, что Гриша, похоже, никаких видов на Лизелотту не имел, а Павлу высказывал самое дружеское расположение.

Привел же этого аргентинского жителя в Малаховку, по его словам, совершенно другой интерес. Угораздило его где-то за границей познакомиться с одним любопытным человечком. Подошел будто бы на русскую речь из-за соседнего столика в уличном кафе, представился эмигрантом первой волны, вернее - потомком эмигрантов, волна-то уже давно в песок ушла, вымерла благополучно. Забавный такой субъект. Родился будто бы в Нью-Йорке, слинял в Аргентину. При слове "Россия" во фрунт встает, но приехать сюда до сих пор не решался. Меня, мол, прямо на вокзале расстреляют, как деда моего. Или прадеда, что ли... А кому он тут нужен? Ничего не понимает, больной человек... По-русски, кстати, говорит прилично, дай нам Бог всем так говорить...

Павел и Лиза терпеливо слушали, ждали, когда рассказчик перейдет к сути.

- Так вот, он себя считает родственником одного богатого купца, который много чего в Москве понастроил: больницу там, богадельню... И была у него подмосковная дача в Ма-ла-хов-ке, так этот купеческий якобы внук выговаривает. Не дача будто бы, а целое поместье: дом с двумя флигелями, сад, конюшня. У него и план имеется, с собой носит в нагрудном кармане. Бумага ветхая, но, видно, плотная была, раз до сих пор не истлела. Он, Гриша, предложил ксерокопию снять, но тот аж руками замахал: ни за что!

- Клад, что ли, там отмечен? - забежала вперед сообразительная Лиза.

- Вот именно! - солидно подтвердил Григорий, - И этот тип считает себя единственным законным наследником. Будто бы его бабка, то ли прабабка, покидая Ма-ла-хов-ку, спрятала все ценное, что уместилось, в дорожный несессер. Убегали-то налегке, рассчитывали в скором времени вернуться. Кончится же советская власть, будь она неладна!

- Это я уже где-то читала, - снова невежливо прервала гостя языкастая Лиза, - Сокровище мадам Петуховой. В стул бриллианты зашили или еще куда? Дом-то хоть на какой улице стоял?

- Как раз этого он не знает. Не помнит, верней - бабка сказывала, да он позабыл.

- "Где эта улица, где этот дом?" - пропела Лиза, потянулась лениво, Пусть он не вздумает из Буэнос-Айреса сюда ехать, а то зря прокатится. Не ближний свет!

- А он уже в пути, - невозмутимо заявил Гриша, - Я обещал ему полную безопасность, визу помог достать, а билет он на свои купил. Да вы не бойтесь, ребята, я его в гостиницу определю. У вас тут тесно, понимаю. Ему интересно только с местными аборигенами потолковать. Лизанька, пардон, не хотел тебя обидеть...

Тут очень кстати пришла из кухни Марья Фоминична, предложила чаю.

- Мам, ты у нас главный абориген, - сказала задетая за живое Лиза, Григорий вот всякие байки про Малаховку рассказывает. Ты, случайно, не помнишь, как наша улица раньше называлась?

- Да по-разному. Сразу после революции - Проспект Гая и Тиберия Гракхов.

- Ка-а-ак? - удивились все присутствовавшие.

- Как слышали. Это мне отец рассказывал. А потом поскромнее: Социалистическая. А теперь вот - имени Александра Кулькина. Он, бедолага, до войны на этой улице проживал с мамашей своей.

- Знаю-знаю, - затараторила Лиза, - Он чей-то там подвиг повторил, у нас в школе портрет висел и почетный караул по праздникам. Потом отменили. Нет, ну почему Гая и Тиберия? Улица узкая, две машины с трудом разъезжаются. Ничего себе проспект!

Гриша от этих слов не без тревоги выглянул в окно, за которым антрацитово поблескивала спина его "мерса": Малаховка - бандитское местечко, особенно по части угонов.

- А как это вы нас отыскали, Григорий? - заинтересовалась Марья Фоминична, бочком присев к столу, - Мы со старого-то места съехали.

- Подъезжаю к калитке, а там тишь и запустение, - отозвался Гриша, Тут мужик к машине сунулся: чем могу помочь, господин? И за бутылку помог указал точно новое ваше местожительство, Марья Фоминична.

По всему было заметно, что эти двое давно знакомы и друг другу симпатичны. Павел подавил в себе раздражение, спросил:

- А до революции как эта улица называлась? Так мы и не прояснили.

- Дворянская, - вспомнила Марья Фоминична, - Слыхала от стариков, тут бога-атые дачи стояли. Да хоть этот вот дом - его бы отремонтировать, обиходить...

Тут и всплыло соседское предложение обменяться жильем - видно, Марье Фоминичне оно крепко в душу запало, вот и брякнула при постороннем. И пало зерно на благодатную почву: гость - деловой человек - мигом у нее все выведал, идею горячо одобрил и даже, в случае чего, помощь свою пообещал. Со сторойматериалами там, с рабочей силой.

- А кстати, кто здесь до вас жил? - обратился он к Юрию Анатольевичу Станишевскому, до сих пор не принимавшему участия в беседе - сидит себе на диване, кошку поглаживает. - Ведь вы тут хозяин?

Юрий Анатольевич вежливо согласился, что да, безусловно, он хозяин, унаследовал часть дома в позапрошлом году после безвременной кончины супруги. Предложение соседки действительно звучит заманчиво, он пока его обдумывает, понадобятся немалые хлопоты и кое-какие расходы: сделку непременно придется оформлять, а местные чиновники - известные мздоимцы. С ремонтом же второй части дома, если обмен состоится, можно и не спешить, вот если молодежь надумает...

Павел и Лиза намек как бы и не поняли, а Гриша перевел беседу в неожиданное русло:

- Как звали прежних хозяев, не знаете?

Должны быть документы, купчая, или, может, дарственная. Как ваша жена покупку оформляла?

- Признаться, я не в курсе, - смешался хозяин, - Она все сама. Документы лежат где-то...

- Фамилия тех, что продали свою часть - Кулькины, - прояснила Марья Фоминична. - А соседей фамилия Замковы. Они между собой родственники. Две сестры родные, до войны еще поделили дом пополам. Жили между собой недружно, ссорились - и все из-за этого самого Сашки-героя. Вообще-то он хулиган обыкновенный был. У одной сестрицы две дочки и муж, а у другой мужа пристукнул кто-то или зарезал, тоже бандит был форменный, пил и жену с сыном по всей улице гонял. Не успели они после его кончины бесславной успокоиться - а тут война. Сашку сразу на фронт, Татьяна Акимовна одна осталась...

Собравшиеся за столом вежливо слушали, пили чай, хвалили варенье-печенье. Один только Григорий проявил интерес к старым местным сплетням:

- А дальше что было?

- А дальше объявилась тут Сашкина вдова, да с ребенком еще - будто он с ней на фронте расписался, документ, наверно, был. Татьяна Акимовна обоих признала. Катя медсестра была, пришла в нашу поликлинику работать. Товарка моя - помнишь ее, Лизанька? Как свекровь умерла, она двери свои заперла и на свою родину подалась, в Прибалтику куда-то. Один раз только и приезжала - когда продавать дом решила. У нас останавливалась, ее-то комнаты вовсе в негодность пришли, пол даже сгнил.

- А-а! - вспомнила Лиза, - О чем мы говорим-то! Я же сама Катю с вашей женой познакомила, Юрий Анатольевич. Вы еще сказали, что ищите дачу не задорого, и я Кате ваш телефон дала, помните?

- Так оно и было, - подтвердил Станишевский, в прошлом Лизин начальник, директор НИИ, а она у него в те времена секретаршей была, или, по-нынешнему, референтом.

Собравшиеся помолчали, осмысливая сказанное. Жизнь состоит из случайных вещей, так на первый взгляд всегда кажется. Вот произошел года два назад совершенно пустой разговор, перебросился директор НИИ (закрытого ныне за ненадобностью) двумя фразами с секретаршей: вы, мол, за городом где-то живете, кажется. А не продает ли там кто чего по соседству? Да, как раз соседка продать хочет, да еще поскорей. Спешит к себе в Прибалтику вернуться, боится, что границы перекроют. Давайте я ей ваш телефон дам, она сама позвонит...

А в результате давнего разговора собрались в доме и чай распивают совершенно посторонние друг другу люди, которые иначе и не встретились бы никогда. А те две женщины, что сумели потом быстро договориться о купле-продаже, - их-то как раз здесь и нету. Одна в могиле, другая за границей, которую таки закрыли...

- Иных уж нет, а те далече, - сказала Лиза, уловив общее настроение.

- Значит, фамилия прежней хозяйки - Кулькина? - вывел всех из задумчивости практичный Григорий, - Занятно. А того, что сюда едет, зовут мистер Калкин. Как актера, мальчишка этот, "Один дома", если кто такое кино смотрел. Только тот Маколей Калкин, а наш - Иоахим. Мистер Иоахим Калкин, а по-русски Кулькин. Аким. Ким. Любопы-ытно... Уж не в его ли поместье мы сейчас чаи гоняем?

Кладоискательство - штука заразная, Павлуше и раньше это было известно из книг. Том Сойер и Гекльберри Финн, к примеру, или "Остров сокровищ", но за собой и за своими близкими он такого не числил.

А тут, вернувшись вместе с Лизой из Малаховки - тещу ездили навестить, он пересказал разговор с Григорием отцу и давнему его приятелю Конькову, отставному сыщику-милиционеру. И увидел, как у обоих глаза загорелись. Мало того, Лиза, которая первая посмеялась над новоявленными бриллиантами мадам Петуховой, начала развивать идеи насчет возможных тайников, которые могли существовать в старом доме.

- А если в башенках? - задумчиво спросила она на следующее утро за завтраком, вроде бы и ни к чему, но Павел сразу понял, какие башенки имеются в виду. Те, что венчают по обеим сторонам крышу старого дома, некогда, видимо, застекленные. Сохранились рамы в мелкий переплет, даже снизу было видно - совсем трухлявые. Вместо стекол фанера приколочена изнутри. Что уж там у соседей размещается - Бог весть, у Станишевского же вела наверх какая-то дверца со щеколдой, Павел однажды принял ее за вход в сортир, но она оказалась заколоченной, а данное необходимое учреждение, как выяснилось, находится в совершенно другом месте.

Стало быть, забитая башня попала под подозрение. Не только у Лизы: вечером зазвонил телефон, и возбужденный стариковский голос - Павел не сразу даже признал Станишевского - сообщил, что Марье Фоминичне в поисках чего-то хозяйственного пришлось слазить наверх (читай, в башню), и кое-что она там обнаружила. Павел, сразу мысленно отбросив хозяйственные хлопоты, упомянутые, несомненно, только ради конспирации, как можно спокойнее спросил:

- Кое-что - это что?

И вдруг почувствовал, как сердце заколотилось в ожидании ответа. Оказалось, Марья Фоминична принесла сверху запертую шкатулку, ни один из ключей, имеющихся в доме, не подходит, а ломать... Ну как-то неудобно.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать