Жанр: Детектив » Ольга Володарская » Убийство в стиле ретро (страница 12)


Он замолчал, и грустно улыбнувшись, опустился на диван. Петр тоже безмолвствовал, видно, обдумывал рассказ Эдуарда Петровича, зато Аня все уже обдумала и проговорила:

— Если я найду этот комплект, то передам его дочери Элеоноры Григорьевны… Раз драгоценности фамильные, ими должен владеть настоящий Шаховской… Только не эта ваша Фрося, ей я их ни за что не дам …

— Елена приемная дочь Элеоноры Григорьевны, именно по этому мать ей драгоценности и не даровала…

— И что же делать?

— Не делить шкуру еще не убитого медведя, — строго сказал адвокат. — Пока вы унаследовали лишь квартиру, ни о каких фамильных драгоценностях речь не идет, так что, мой вам совет, забудьте эти глупости… — Он ободряюще ей улыбнулся и добавил. — В права наследования вы вступите только через пол года, но переезжать можете уже в этом месяце. На этом Элеонора Георгиевна очень настаивала. Почему-то ей хотелось, чтобы вы въехали в квартиру сразу после ее смерти… Сразу, конечно, не получиться, но пару недель спустя, когда страсти поутихнут, пожалуйста. Ключи я вам дам.

— Но как же? — Аня по-коровьи захлопала глазами. — Сами же говорите, что в права вступлю только через пол года… А вдруг…

— Никаких вдруг! — отрезал Петр. — Если пристанет участковый, посылайте ко мне! Всех остальных, типа управдома, к черту.

— Может, все же подождать…

— Въезжайте, устраивайтесь, обживайтесь и ни о чем не думайте!

Часть 2

Наследница.

День первый

Анна

Аня переехала в бабусину квартиру спустя две недели. Она хотела выждать положенные пол года, но адвокат Моисеев, он же Давид, он же Адонис, он же Аполлон Бельведерский, заверил ее, что ждать совсем не обязательно, и что она смело может вселяться — проблем не будет. Анна послушалась и, собрав свои немногочисленные пожитки, съехала со старой квартиры.

И вот теперь она стояла посреди бабусиной комнаты, сжимая в одной руке чемодан с вещами, а другой поддерживая чахлый фикус, единственное растение, выжившее в ее коммуналке. Стояла и не знала, с чего начать обустройство. Вот, вроде бы, и пришел ее звездный час, но радости почему-то не было…

Для начала надо разложить вещи, — решила Аня. — Или сначала надо убраться? А, может, перво-наперво помыть окна… Нет, окна мыть рано — еще только начало марта… От растерянности Аня чуть не заплакала, но во время взяла себя в руки и, поставив фикус на широкий подоконник, пошла в ванну за половой тряпкой. Первое, что надо сделать, это вымыть пол, хотя бы для того, чтобы меловой трафарет в прихожей больше не напоминал о трагедии, второе, вытряхнуть дорожки и покрывала, третье, начистить унитаз с раковинами, а уж потом разбирать вещи.

Когда полы были вымыты, дорожки пахли талым снегом (Аня выбивала их на снегу), а унитаз сверкал, Анюта взялась за свой чемодан.

Из старой квартиры она забрала только нательные вещи, постельное белье, фотографии, цветок и скатерть, все остальное выкинула на помойку (кроме шкафа, его она просто задвинула в угол комнаты), потому что тот хлам, что ей достался в наследство от матери, годился только для растопки печи. Конечно, в бабусиной хибаре мебель тоже была ветхой, но хотя бы чистой и без плесени. В недалеком же будущем Аня планировала приобрести кухонный гарнитур и телевизор, тех денег, которые она выручила за сдачу своей комнатенки в наем, должно было хватить на первый взнос. Да, на ее хибару еще кто-то позарился! С ума сойти! Какой счастье, что есть люди из кавказских республик, которые готовы платить за аренду даже таких убогих жилищ, как Анина комнатушка.

Потом, можно будет диван купить. И новый холодильник — лишь бы жильцы не отказались от ее халупы и исправно за нее платили. Но для начала необходимо сделать ремонт.

Я все здесь переделаю! — возбужденно шептала Аня, деловито выбрасывая из чемодана свои вещи. — Поклею веселые розовые обои. Двери выкрашу белоснежной краской! Повешу на окна цветастые занавески! И заведу кота!

Кстати, надо спросить у Петра-Аполлона можно ли делать ремонт в квартире, которой еще формально не владеешь — хороший повод для звонка…

Аня обхватила руками стопку простыней, намереваясь положить их в шкаф, но не донесла — уронила (от возбуждения ее потрясывало). Собрав с пола белье, она засунула его на пустующую полку, и собралась уже захлопнуть дверцу шкафа, когда увидела в одном из ящиков стопку фотографий. Отряхнув руки, она бережно взяла снимки. Поднесла их к свету и с интересом стала разглядывать.

На первой фотографии была изображена красивая молодая женщина с волнистыми белокурыми волосами. Женщина была так хорошо, что Аня даже подумала, что это какая-то артистка Советского кино, но, перевернув фотографию, она прочитала: «Лина. Москва. 1940». Так это Элеонора Георгиевна? Вот это да! Какая же она была в молодости красотка. Теперь понятно, в кого пошла эта злючка Фрося…

На следующих снимках тоже была Лина, запечатленная в разные годы своей жизни. На всех она удивительно хорошо смотрелась. Ей шли все прически, будь то гаврош, начес, бабетта или каре. И все мужчины. Рядом с Лииой постоянно фотографировались какие-то дядьки, не исключено, что мужья или любовники, и все они, абсолютно разные, одинаково хорошо оттеняли ее безупречную красоту. Одного из бабусиных кавалеров Аня даже узнала, это был тот старик с розой, что приходил на кладбище, только на фотографии он был лет на сорок моложе, сущий пацан, но очень симпатичный.

Пересмотрев всю стопку, Аня отложила одну из фотографий, на ней Элеонора была изображена в полный рост. В длинном платье, с высокой прической и сверкающим колье на шее, она была похожа на принцессу. Или Снежную королеву — такая же безупречная, такая же холодная и такая же одинокая… Аня не стала убирать эту фотографию вместе с другими в шкаф, она поставила ее на столик, дав себе задание купить для нее красивую рамочку.

Убираться расхотелось. Аня решила попить чаю, для этого она направилась в кухню, где поставила на электроплитку чайник и занялась поисками заварки. Аня знала, что бабуся любила покупать чай про запас, по этому она была уверена, что, порывшись

в подвесном шкафчике, найдет пачку «Ахмата» (плохого чая Элеонора не признавала). Как и ожидалось, заварка нашлась. Осталось взять чашку. Но к удивлению Ани чашек в этом доме не было ни одной. Имелись только стаканы с подстаканниками. Ну что ж, попьем из стакана, хотя из чашки, по Аниному мнению, прихлебывать чай гораздо удобнее.

Пока вода закипала, Аня взялась разглядывать подстаканники — уж больно любопытные узоры на них был выбиты. Она еще раньше, когда они с бабусей чаевничали, замечала их необычность, но рассмотреть получше у нее как-то не получалось. Аня поскребла ногтем круглый бок одного из подстаканников, они все были какие-то темные, будто грязные, но оказалось, что серый налет, это не грязь, а что-то другое… Если бы Аня не была уверена, что они сделаны из нержавейки, то сказала бы, что подстаканники окислились… Хм… Чем же это оттереть? Тут Аня наткнулась взглядом на пузырек нашатырки, позабытый врачами скорой помощи, может, ей попробовать? Она слышала, что серебро чистят нашатырем, вдруг и подстаканники отчистятся?

Накапав на ватку небольшое количество спирта, Аня начала тереть. Как же она удивилась, когда выяснилось, что серый налет очень даже быстро, сходит. Буквально через пять минут подстаканник сверкал так, что Аня зажмурилась. Оказалось, что он не однородно-серебристый, в центре узора, сотканного из переплетенных между собой листьев, имеется цветок из желтого металла. Это было очень красиво!

Аня перевернула подстаканник, чтобы протереть его дно, и с удивлением обнаружила на нем буквы «Апексимов» и цифры «1846» и «98». Неужели 1846 это год изготовления? Тогда что такое 98? Проба? Но Аня только знала 985 для серебра и 585 для золота. Однако до революции драгметаллы могли клеймить по-другому, так что все может быть…

Отставив подстаканник в сторону, Аня распахнула дверки шкафчика и начала вытаскивать из него все имеющиеся там столовые приборы. Так, ложки, вилки, эти явно копеечные; сахарница, на этой даже цена стоит «3-50»; вот небольшая вазочка из бронзы, наполненная лимонной карамелью, на вид дешевка-дешевкой, но на донышке выбит замысловатый иероглиф, не исключено, что вещь дорогая, ее она отставила в сторону… Так что там еще? О! Какая милая солоночка. Правда, грязная (создавалось впечатление, что ее специально заляпали жиром), но оригинальная: сделана в форме яичка, стоящего на подставке. Аня повертела солонку в руках, приблизила вплотную к глазам и не поверила им, когда прочитала на донышке — «Фаберже». Фаберже! Вот это да! Аня, конечно, не была знатоком антиквариата, но фамилию известного француза она слышала не раз…

Аню охватило какое-то лихорадочное волнение. Что ей теперь делать с этим богатством? Пользоваться такими дорогими вещами она не сможет из страха их попортить. Может, отчистить и поставить на видное место, пусть люди любуются… Э, нет, люди полюбуются да, чего доброго, сопрут…

Что же тогда с ними сделать?

Продать! — неожиданно решила Аня. — А на вырученные деньги купить занавески и палас. Или на палас не хватит? Или хватит еще и на диван? Боже, она совсем не ориентировалась в ценах на антиквариат… Впрочем, на диваны тоже. Она знала только, сколько стоят элементарные продукты питания и проезд в метро.

Надо все выяснить! Немедленно! Аня резко сорвалась с места, схватила полиэтилену сумку, висящую на ручке двери, сгребла в нее подстаканники, солонку и конфетницу, бросилась, было, вон из кухни, но затормозила у самого порога. Чего же она делает, хулиганка? Ведь она еще не владеет ни квартирой, ни мебелью, ни чашками-плошками… Все это пока не ее! А она уж распоряжается… Нахалка! Вот отсудят у нее все это добро злющие бабусины внуки, что она тогда будет говорить? Простите, извините, но подстаканнички я загнала, не обессудьте…

Аня тяжело опустилась на стул, не зная, что делать. Так бы и просидела до вечера, если бы в дверь не позвонили.

— Кто там? — крикнула Аня через всю квартиру. Она была уверена, что это соседи-алкаши пришли побираться, потому что к ней в гости зайти было некому.

— Откройте, милиция, — раздался в ответ грозный голос следователя Стаса, его бас ни с чьим не спутаешь.

Аня побежала открывать. Поколдовав над четырьмя замками, она распахнула дверь. На пороге, как она и предполагала, стоял Стас, усы его, как у мультяшного Бармалея, торчали, брови были нахмурена, а взгляд не предвещал ничего хорошего.

— Можно? — хмуро спросил он и, не дождавшись разрешения, проник в прихожую.

— Входите, — нервно сглотнув, проговорила Аня.

— Въехала уже? А не рановато?

— Мне адвокат сказал, можно…

— Ну раз адвокат сказал, тогда конечно… — Стас озабоченно осмотрелся. — Куда пройти можно?

— В кухню. Я как раз чай пить собралась, будите?

— Давай, — кивнул он и, не разуваясь, прошлепал в кухню.

— Только у меня одна карамель. Лимонная, — Аня ткнула пальцем в горку конфет, вываленных из вазочки прямо на стол. — Хотите?

— Хочу, — буркнул он, усаживаясь на табурет.

Аня начала суетиться у плитки, а Стас, подперев худую щеку кулаком, задумчиво протянул:

— Значит, ты теперь у нас богатая невеста…

— Что? — испуганно пискнула Аня, чуть не выронив из рук заварной чайник.

— Богатая ты теперь, говорю, невеста. С квартирой, с садом…

— И кирпичным сараем, — машинально добавила она.

— Обалдеть!

— Вы издеваетесь надо мной?

— Завидую! Я вот сорок лет на свете живу, пятнадцать лет в милиции, скольким людям за время службы помог, а хоть бы одна сволочь отблагодарила… Нет, взятки, конечно, предлагают, но чтоб от чистого сердца…

Он замолчал, нервно барабаня пальцами по столу, и это молчание пугало даже больше, чем его издевательские речи.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать