Жанр: Детектив » Ольга Володарская » Убийство в стиле ретро (страница 28)


— Таз широкий, организм сильный, чувствительность слабая, значит, болевой порог низкий, родила — как посрать сходила! — хохотнул доктор, нисколько не заботясь о том, что его грубое словцо покоробило всех троих. — Я когда ординатуру проходил у нас в больнице случай был. Привезли одну такую, типа нашей Полинки, на боли в животе жаловалась… Ну в смысле как жаловалась, гугукала, да на пузо свое пальцем показывала. Решили, что у нее приступ аппендицита, положили на каталку, собрались на обследование везти, да тут битые-ломанные поступили после аварии, мы про нее на время забыли, к ним кинулись. А когда я за ней вернулся, она уже пацана родила. Даже не вскрикнула…

— И что? Здоровый родился мальчик? — спросил Петр.

— Умер он тут же, она его ногами придавила — мозгов-то нет…

— Но Ольга Петровна нам говорила, что таким женщинам делают аборты, даже принудительно, чтобы не плодить уродов…

— Пра-а-а-льно, — протянул доктор, кивая. — Но попробуй за всеми уследи. Не все интернаты, как наш, образцовые, полно таких, где больных обследуют только раз в год. Если женщина тучная, как Полинка, живота может быть не видно до последнего месяца, кому придет в голову, что она залетная? Обычно, конечно, месяце на шестом все же обнаруживается, так их на искусственные роды отправляют, чтоб, как вы сказали, не плодить уродов…

— И много таких случаев? — полюбопытствовал Петр.

— Полно.

— Но я не понимаю, от кого они беременеют…

— Как от кого? От своих братьев инвалидов, — доктор опять хохотнул. — Да если за ними не присматривать, устроят тут Садом и Гоморру, все друг с другом перетрахаются!

— Женщины, подобные Полине, рожают здоровых детей? — задал Петр главный вопрос.

— На моей памяти таких случаев не было. Но мой друг по институту как-то рассказывал, что его соседка инвалидка, у нее недоразвитые верхние конечности, проще, культи вместо рук, и смещенная нижняя челюсть, вышла замуж за дебила. Парень был сильно отсталым, даже не говорил, вот как наша Полинка, но до секса большой охотник. На этой почве и сошлись. В результате она забеременела. Друг мой как прознал об этом (живут через стенку в панельном доме, услышал случайно ее разговор с матерью), тут же побежал к ней, чтобы уговорить сделать аборт. Прочитал целую лекцию, она баба не сильно глупая была, вроде поняла, согласилась с ним, но на следующий день ее и след простыл. Вернулась только через 5 месяцев, когда живот на нос лез. Родила. Мой друг у нее роды принимал…

— И что, у таких родителей родился здоровый ребенок? — не поверил Петр.

— Конечно, нет. Урод-уродом. Руки, как у матери, мозги, как у отца, родительница надеялась, что наоборот будет, но природу, мать нашу, не обманешь! Но история на этом не заканчивается. Вырос киндер-сюрприз этот, повзрослел. Исполнилось ему, то есть ей, девочка это была, шестнадцать. Созрела, значит. Ну и зарулила как-то в лесок с одним пареньком из подъезда. Ему тринадцать, но развитый не по годам, поспорил с дружками, что трахнет идиотку. Трахнул. Через девять месяцев девочка родила. Здорового пацана. Бабка не нарадуется…— Доктор широко улыбнулся, обнажив серые от никотина резцы и золотые коронки на коренных. — Вот такие бывают случаи, господа! Редко, но бывают…

— Ребенок вырастит полноценным? Как вы или я?

— Как мы вряд ли: средне-образовательную восьмилетку закончить сможет, но институт… — Он поцокал языком. — Получать высшее образование, это, батенька, не в пузырьки пукать…

Он еще что-то говорил, перемежая свою речь то медицинскими терминами, то сленгом, а то и матерком, но Аня его больше не слышала. В ушах стоял странный гул, и зычный голос доктора превратился в звук паровозного гудка. Гул нарастал, с каждой минутой становился громче, и Ане уже казалось, что ее засасывает в огромные лопасти взлетающего самолета…

Она покачнулась, судорожно ухватилась за что-то мягкое и теплое.

Издалека раздался знакомый голос:

— Аня, Аня, вам плохо?

Голос был тревожным, даже испуганным, но он, тем не менее, ее успокоил. И заставил невидимый самолет заглушить свои двигатели.

— Аня, сядьте, отдышитесь… Что с вами? — Продолжал тревожиться знакомый голос, а то теплое и мягкое, за что она держалось, прикоснулось к ее лицу. — Доктор, сделайте что-нибудь…

В тот же миг что-то жесткое, шершавое больно ударило ее

по лицу. Аня дернулась, ее голова резко ушла назад, в ушах зазвенело, но, удивительное дело — сознание прояснилось. Она уже могла явственно слушать слова, ощущать боль от удара (доктор, судя по всему, надавал ей по щекам), тепло от руки Петра, влагу от слез, и горечь от сознания собственной никчемности…

— Вот видите, — услышала она бодрый голос доктора. — Она уже пришла в себя, а вы «укольчик, укольчик»… Сейчас водички попьет, и все будет тип-топ… Хотите попить?

Аня вцепилась в руку Петра и так резко мотнула головой, что заплетенные в косу волосы больно хлестнули ее по шее.

— Не хотите водички, не надо. Пошлите коньячка хряпнем. У меня есть отличный коньяк «Арарат»…

— Отвезите меня домой, — взмолилась Аня, еще сильнее стискивая Петину ладонь. — Пожалуйста…

Он кивнул, крепко обхватил ее свободной рукой за плечи и успокаивающе проговорил:

— Не волнуйтесь, Анечка, мы уже уходим… — Петр скупо улыбнулся доктору и бухгалтерше. — До свидания, господа. Всего хорошего.

— Вы узнали все, что хотели? — спросил доктор им вдогонку.

— Все, что хотели, — как эхо повторила Аня, первой перешагивая через порог палаты.

По коридору они шли молча, так же безмолвно спускались по лестнице, пересекали фойе. Но стоило им войти в заснеженный парк, как Аня заговорила:

— Можно вас попросить, Петр Алексеевич…

— Да, конечно…

— Никогда мне не напоминайте о ней. Никогда.

— О ком?

— О матери.

— Об Александре Железновой? — переспросил Петр.

Аня строго на него посмотрела и жестко, даже немного зло проговорила:

— Не надо ради меня строить из себя идиота. И вы, и я прекрасно знаем, что моя мать Полина Невинная.

— Вот этого мы и не знаем, — горячо воскликнул Петр. — У нас нет ни одного доказательства!

— Бросьте, Петр Алексеевич! — В ее голосе появились истеричные нотки. — Она моя мать! Эта дебилка, которая ходит под себя, моя мать!

— Я так не думаю, — упрямо проговорил он.

— Час назад вы были уверены… — прошептала Аня, резко отворачиваясь, она не желала показывать ему своих слез, почему-то именно сейчас ей хотелось казаться сильной.

— Час назад я ничего не знал о ее диагнозе! Час назад я не видел ее! — воскликнул Петр и с силой развернул ее к себе. — Аня, поймите, она не может быть вашей матерью…

— Вы разве не слышали историю, что рассказал доктор?

— Слышал, но это байка! Медицинские байка! У дебила не может родиться умственно полноценного ребенка…

— Спасибо вам, конечно, Петр Алексеевич, за комплимент, но с чего вы решили, что я умственно полноценная?

— Господи, что за бред!? — прорычал Петр. — А какая же вы? Вы разве не умеете читать или писать? Вы не понимаете, что хорошо, а что плохо? Или, быть может, ходите под себя?

Она горько улыбнулась и, собрав с ветки горстку снега, приложила к разгоряченным щекам.

— Я не хожу под себя, но я сикалась до двенадцати лет. В школу я пошла восьмилетней, потому что было глуповатой. До третьего класса была худшей ученицей в классе, учительница постоянно говорила, что по мне интернат плачет. Потом я подтянулась, даже окончила школу без троек, даже в техникум поступила, даже год там проучилась, но умнее не стала. Многих вещей я не понимаю, точные науки мне не даются — таблицу умножения, например, я так и не смогла выучить. Я работала во многих местах, но нигде подолгу не задерживалась. У меня нет способностей, зато имеется склонность к депрессиям и суициду… — Аня резко замолчала, втянула носом воздух, тут же с шумом выдохнула, потом очень тихо добавила. — Теперь вы понимаете, что полноценным человеком меня вряд ли назовешь…

Петр открыл было рот, чтобы возразить, и возражений у него было предостаточно, это было видно по его решительно сдвинутым бровям, но Аня не дала ему произнести ни слова.

— Ничего не говорите, — сказала она строго. — Не надо. Просто никогда мне о НЕЙ не напоминайте. Тогда, быть может, я и сама о ней забуду… А теперь пойдемте к машине, я продрогла.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать