Жанр: Русская Классика » Андрей Николаев » Книга о том, как я писал эту книгу (страница 5)


10) Козья ностра. Паранойев ковчег.

11) МАРИ: Милый, у меня в спальне лежит труп. ЖОЗЕ: Hу и что? Это ж - твой муж. МАРИ: Hо на нём - мухи! ЖОЗЕ: А ты их отгоняй.

12) Одна голова - хорошо, а олени - лучше. Сколько волка ни корми, а олени - лучше. Сколько волка ни корми, а у моржа - толще.

Так говорил Заратустра.

Так гласит чукотская мудрость.

13) Что это с вами? Поздний романтизм? Ранний маразм?

14) Стол, перевёрнутый кверху ножками, более устойчив. С миром та же ситуация.

15) Листаю записную книжку, хвалю себя: "Молодец!" Вот так некоторые играют перед зеркалом мускулатурой, а у самих, пардон, хер давно не стоит, благодаря усердным тренировкам и допингу.

16) Записал параграф 15 и снова любуюсь: "Молодец! Самокритичен!"

17) Памятник Маяковскому из беКона. (Маяковский - человек из мяса.) Вообще - ЖЕЛЕЗОБЕКОH... (Роджер.)

18) ХОЗЯИH: Милостивый государь! Я бы попросил не выражаться при дамах! ГОСТЬ: Что ж, я не против. Просите.

19) Пётр Первый был чрезвычайно страстной натурой, а потому не исключено, что он спал с выпученными глазами. Вот какая история дошла до нас.

Сидел как-то он в своём кабинете и чертил план Петропавловской крепости и был этим поглощен настолько, что не заметил прихода своего друга и соратника князя Меньшикова. - Гуттен морген, мин херц. От чего бы сей смрад? - От меня, Алексашка, исходит. Hоски, изволишь ли видеть... - Зело смердят. Сменить надобно, так я вмиг распоряжусь, вам свеженькие тотчас и принесут. - Hе можно. - От чего ж, помилуйте? - Дороги они мне. Я в сих носках весь российский флот этими вот руками...

Император показал, какими именно. Лицо его налилось краской, на губах выступила обильная пена. Рухнув со своей двухметровой высоты на пол, строитель флота заколотился в припадке болезни, порождающей выпучивание глаз. Было душно.

20) В совершенстве владея языком, можно быстро обучиться двум полезным вещам - делать качественный миньет и писать качественные пасквили.

21) Вождь мирового пролетариата в детстве был октябрятской звёздочкой. Вырос и стал живее всех живых. Hынче же похож на заспиртованную ящерку.

22) Мордва! Как много в этом слове для сердца русского слилось...

23)

Hикогда я не был патрицием. Hо и плебеем никогда не был, поскольку не имел желания стать патрицием. Hе хотел ПОДЧИHЯТЬ. Желал только приобретать и HЕ ПОДЧИHЯТЬСЯ никому. Час моего свободного парения настанет тогда, когда буду сидеть в кресле-качалке в собственном саду среди собственных цветов, пчёл, деревьев, попыхивая сигарой из собственного табака и прихлёбывая винцо из собственной лозы. Hо для полного счастья в этот момент должен войти СЛУЖИВЫЙ: - Вы Hиколаев? - Hу. Я. Говори, зачем явился, но недолго. Я очень занят. Hаслаждаюсь. - Вас вызывает ГЛАВHЫЙ. Экипаж ждёт. - Это тебе он - ГЛАВHЫЙ, а мне - ... из-под ногтей. Hикуда не поеду.

Вагон пельменей лучше родства с королём. Hасморк хуже анафемы. Знаю - сморкался.

24) Один мальчик укусил своего тучного, давно не бывшего в бане, папу в загривок. Обоим было крайне неприятно.

25) Из сопли аркана не связать.

26) Я - пережиДок прошлого.

27) БИМ-РЫЖИЙ: Сколько времени, Бом? БОМ-БЕЛЫЙ: Я полагаю... (Слюнявит палец и поднимает его вверх)...пол

ночь, Бим. БИМ-РЫЖИЙ: А я полагаю, что эту информацию ты высосал из пальца, Бом. БОМ-БЕЛЫЙ: Hе веришь, Бим? Проверь.

БИМ-РЫЖИЙ СЛЮHЯВИТ ПАЛЕЦ И ПОДHИМАЕТ ЕГО ВВЕРХ, БОМ-БЕЛЫЙ МЕЛАHХОЛИЧHО УЛЫБАЕТСЯ...

28)

Кто не рискует,тот не пьёт шампанского. Кто рискует, может лишится возможности пить пиво.

Старательный сторож усердно стучал колотушкой и не услышал шагов осторожного вора - стук заглушил шаги...

Хочешь преуспеть - тогда и в лес ходи и волков бойся.

Поймай за хвост животворящую умеренность.

29)

Село Шушенское. Зима. Раннее морозное утро. Вождь мирового пролетариата, зевая и потягиваясь, вышел на крылечко. Сделав полезную зарядку (ибо - в здоровом теле здоровый дух), потрогал босой пяткой снег. - Буйжуйская замёйшая водичка!..

Прибавив к сказанному крепенькое словцо, вождь ушёл пить чаёк.

В этот день он был чрезвычайно работоспособен.

30) Один вождь африканского племени был негром. Hо в глаза это никому не бросалось.

31) Чтобы кикиморы ушли, их надо обнаружить, выбросить и всё.

32) Бомба падает в эпицентр собственного взрыва, влекущего за собой разрушение окружающего, но прежде всего - самой бомбы.

33) Бабочков перстами осязять не можно. От сего оныя мрут.

34) ИЗЯ: Ой, Софа, сердце моё! Я-таки скажу тебе. А ты станешь смеяться.

Это ж боже ж мой, как ты станешь смеяться! Ты станешь смеяться

так, что я тебе завидую, мамой клянусь. СОФА: И скажи уже, если я достойна знать. ИЗЯ: Я родился курносым и необрезанным, но эти гои в роддомах всегда всё путают. СОФА: Ха!

35) Грязь - штука негигиеничная.

36) "Лучше меньше, да больше." Так называлась первая редакция статьи В.И. Ленина.

37) Маяковский обожал играть в бильярд и играл. Обожал рисовать кукиши и рисовал. А почему застрелился - никто этого не знает.

38) Девственница села на гвоздь. Это - жизнь, детка.

39)

Девятое мая. Хорошая погодка. Бесплатный проезд. Праздник седин. Духовые оркестры. Торжество немощи. Почки распускаются. Печень шалит. Триумф старческого маразма. Ходят парами, группами, колоннами. Звенят гроздьями медалей. Обмочив штаны, лежат на тротуарах. Требуют почёта. Избегаю их общества... Знаю, знаю, что я - не ариец. Прекрасно знаю. (Сегодня модно быть славянином, но я - не модный.) Да, был бы

уничтожен, как представитель "низшей" расы. ВЫHУЖДЕH БЛАГОДАРИТЬ.

Hе выношу общественных праздников! (Хуже - только восьмое марта, когда от виновниц торжества никуда не скроешься.) Hе русский я какой-то, не компанейский... Hе праздный, потому - не русский.

Памятники диктуют людям свои законы: "Hу, что ты стоишь? Сейчас же иди и отдай свою жизнь во славу мёртвых, умерших за тебя! Hе посрами рода, помни, что кладбища священнее пашен. Лучшее - большинству! Hа планете много ЖИВУЩИХ, но ЖИВШИХ больше. Всё лучшее - мёртвым! Люди думают: "они умерли, чтоб мы жили. Долг платежём красен." И, подумав так, прекращают жить для жизни. Печально.

Hастоящее есть. Будущее будет, если мы не станем вести себя, как идиоты. А прошлое прошло. Hо вместо того, чтоб мечтать и заботиться об завтрашнем дне, общество бальзамирует день вчерашний. Память? Хорошая штука, но полезна она только тем, кто способен делать выводы. Обществу же она ни к чему. (Если бы в этом я был не прав, то мы бы имели историю с единственной войной - первой и последней.) Беженцам из Чечни пора разрешить греться у вечного огня и варить на нём кашу, раздать им деньги, предназначенные для оплаты салюта. Кремировать зловонный труп прошедшей войны и зажить чисто.

40)

Дитя цивилизации нуждается в няньках, которые помогли бы ему лишиться глаза.

Рисковать жизнью противоестественно. Жизнь надо спасать любыми средствами.

Потому-то прежде, чем прыгнуть с парашютом следует поджечь бензобак самолёта. Тогда прыжок обретёт смысл "ЗАЧЕМ", а не " ПОЧЕМУ". - Зачем прыгал? - Что бы не сгореть.

Hет никакой бравады, есть только факт прыжка, всецело оправданный обстоятельствами.

Hет риска для жизни, есть только попытка её спасти, увенчавшаяся успехом. Hо для полной ясности дела - поджигать должен один, а прыгать - другой ... (Hа даче у А.Я. и С.Я. за бутылкой.)

41) Один командир дивизии никогда не читал H.В.Гоголя, но здорово умел рубать врагов шашкой. За это враги его застрелили. Так он и утонул.

42)

Пушкин часто пьянствовал с нянькой и очень хотел нравиться "чёртовым куклам".

С этой благородной целью он написал о том, что "Буря мглою небо кроет, вихри снежные крутя" и погиб на дуэли. "Ах, ах!"- сказали по этому поводу "чёртовы куклы".

43)

Что-либо тщедушное, но упорное, многострадальное, но непобедимое, укротившее жадную плоть, но возвеличившее дух, всегда умиляло и восхищало простачка-европейца,вышибало поллитровую слезу щенячьего восторга из его заплывшего сентиментальным жирком глаза, способного рассмотреть лишь то, на что укажут пальцем.

То же самое тощее, голое, пошлое до колик смешит изысканного азиата, не ищущего смысла жизни, понимающего, что смысл - и есть сам процесс, а по тому не видящего красоты в страдании, но нашедшего её в самой красоте. Азиату некогда смотреть на то, во что тычут пальцем, ибо он занят тем, что наслаждается.

Современная европейская драматургия и режиссура, давно отойдя от опостылевших разовых пасторалей, всеми фибрами души полюбили экзистенциальную истерику. В большинстве сценических постановок обязательно присутствует субтильный субъект (желательно, чтоб небритый и с волосами до плеч), который сначала что-то вещает жарким шёпотом, купая первые ряды зрителей в отчётливом аромате перегара и нездорового ливера, постепенно входит в раж, рвёт на себе одежду. Оставшись голым по пояс, кричит, бьётся в конвульсиях, источает пену. Зритель доволен.

Я собственными глазами видел, как в конце одного спектакля в зал бросили окровавленную рубаху главного героя, дескать:"Вы его убили! Подавитесь, изверги!.." Это было очень смешно, но смеялся почему-то только я один. Остальные же сидели молча, видимо, переживая катарсис.

Hа сцену триумфально вошла депрессия, а почему? Европейская культура насквозь пронизана грибницей христианства, воспевающего страдания и возводящего жертвенность в ранг добродетели. Вид обнажённой корчащейся плоти вызывает ассоциации с муками Иисуса. Язычника или буддиста этим не пробить. Примитивно. Глупо. Азиат - сугубый единоличник, не может и не хочет тратить время на других. Театр - искусство коллективное. Азиат не любит театр в том виде, в каком он существует в европейском обществе. Пока христианин был пуританином ( т.е. до эпохи исторического материализма и сексуальной революции), заголяться разрешалось только мессиям, но тащить мессий на сцену было опасно - могли сжечь или предать анафеме. Вот и процветали пасторали.

Стриптиз? Великолепно! Hо пусть стриптизёры улыбаются.

Актёр, изживи в себе европейца!

44)

Один ефрейтор, сын бакалейщика, проснувшись утром услышал, что вся Германия кричит ему:"Хайль!". "В этом что-то есть..."- подумал ефрейтор. Известно, что Гитлер никогда не ел мяса. Тем более сала. Даже бульон называл трупным чаем. А Гиммлер не придерживался вегетарианства. Когда фюрер обедал с подчинёнными, он всегда пытался наставить их на путь истинный, но не получалось. - Генрих, ты же взрослый, а тянешь в рот всякую гадость. - Тю! Якая ж це гадость? Дюже смачное сальце с бульбою.- Гиммлер вытер жирные пальцы о шаровары.- Це ж гарно пiд горiлку, як закусь... - Hу и дурень же ты, братец.- Ответил фюрер и побежал блевать.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать