Жанр: Русская Классика » Николай Наседкин » Казнить нельзя помиловать (страница 24)


Дело в том, что...

* * *

"Впрочем, чер-р-рт меня побери! Я - отдыхаю! Не думать, не думать, не думать о деле!" - сам себя оборвал Родион Федорович.

Они шагали с Николаем уже по Набережной в Баранове к мосту.

- Этот, как его? Николай, я чувствую, тебе для полной бодрости не хватает сочного анекдота... Так? Слушай. Значит, идет по улице майор милиции. Само собой, плотный и важный. Видит, кому-то памятник устанавливают.

- Товарищи, - спрашивает строго, - кому памятник?

- Чехову, - отвечают.

- А-а-а, - кивает наш майор, - это который "Муму" написал?

- Ну, что вы! "Муму" Тургенев написал.

- А зачем вы тогда Чехову памятник ставите?...

Шишов, как всегда, выслушал "милицейский" анекдот индифферентно, но, правда, зашагал бодрее. Он даже - вот новость! - подбоченился и выкруглил грудь при виде показавшихся прелестных загорелых девчушек в коротких юбчонках и сногсшибательных тугих шортиках. А когда друзья-пинкертоны перешли по качающемуся мосту в зону отдыха и попали в царство почти вовсе обнаженных девичьих и женских тел, холостяк Шишов еще сильней приободрился, забыл про милицейскую суровость и свои тридцать лет. Карамазов же, соломенный вдовец, тем более разыгрался, резвиться начал, словно молодой жеребчик, глазенапа на красавиц барановских запускать и шутить двусмысленно.

Казалось, весь город Баранов собрался в этот день на пляже. Друзья еле отыскали пятачок свободной муравы, расстелили покрывальце, сдернули свои динамовские фирменные майки и совсем затерялись в массе голых и беззаботных сограждан. Хотя, впрочем, таких белокожих, как Шишов с Карамазовым, надо было еще поискать - но что же делать, если служба у них такая собачья?

Искупнувшись в не очень-то чистых водах Студенца, Николай помчался в круг волейболистов, а Родион Федорович с наслаждением распластался под солнцем, прикрыл лицо майкой и незаметно погрузился в свои проклятые, душу изматывающие проблемы...

Савельев вначале кобенился, не признавался, пока следователь не предъявил ему листок с каракулями Кушнарёва.

- Вот сука! - изумился малый, чуть не заплакав от злости. - Ведь договорились же!..

Он с ненавистью зыркнул на старшего лейтенанта, швырнул на стол листок.

- Чего ж рассказывать, если тут уже всё написано?

- Ну, всё не всё, а детали уточнить надо. Давай-ка сам расскажи по порядку - как готовились, кто план разрабатывал, где оружие взяли, как собирались, что на поляне произошло... Давай, давай. И чем подробнее и правдивее - тем для тебя лучше. Итак, я слушаю...

У приятелей давно уже зародилась мечта - заиметь мотоцикл. Свой. Хотя бы один на двоих. Пусть и не новый. Решили денег накопись. Копили, копили, на школьных и пэтэушных завтраках экономили, бутылки сдавали, у родителей клянчили... Подсчитали однажды свои капиталы - кот наплакал, и полсотни не набралось.

Тогда и решили провернуть крупную операцию - угнать велик и выгодно продать. Велосипеды ведь страшный дефицит! Кто угонял? Ну кто-кто: Олежка на стреме стоял, а он, Савельев, сел на велик у хлебного магазина и рванул за угол. А толкнуть должен был Кушнарсв в пожарку - там брат у него сродный пашет, знакомых много. Только ничё не получилось, велик старый попался, расхлябанный, его даже за двадцатник никто не купил. Олсжка под конец даже червонец просил, говорил - очень уж хозяину велосипеда деньги нужны. Бесполезно! Пришлось велик этот в речку шугануть.

Вот и придумали тогда: чем так рисковать да мучиться за пустяки, лучше сразу - машину. Вот и будут два мотоцикла, да еще бабки останутся... Чего бы родителям сказали? Да сначала где-нибудь в лесу бы "Явы" прятали или еще чего придумали... Главное - купить!

А оружие, значит, так достали. Еще раньше, до задумки той - убивать-то ведь не собирались. Обрез купили у какого-то пьяного парня в Баранове. Прямо на улице. За двадцать рублей. Правда! Тому, видать, похмелиться не на чё было вот и загнал обрез первым встречным. Патроны у отца пришлось смылить у него бескурковка тоже 16-го калибра. А пистолет для интереса сделали. На заводе чего хошь можно склепать, даже пулемет. А тут, Господи, трубку подходящую, ручку из эбонита, ударник с пружиной - всего делов-то... Зачем? Да так, по воронам пострелять, по банкам консервным, по кошкам. По кошкам, правда, трудно попадать - так ни одной и не ухлопали.

А в тот раз это оружие просто так, для поддержки духа взяли. А вообще хотели по науке. В кино видали, как человека можно эфиром усыпить, достали этот самый эфир... Где? М-м-м... Да уж и вспомнить трудно. Где-то достали, в аптеке вроде. Взяли еще веревку, чтобы, значит, в случае чего связать хозяина тачки. Еще подшлемники пожарные, они как маски, это Олежка достал... И еще он перчатки принес, резиновые, вроде у соседа своего взял, у Матвея... Про перчатки тоже в кинах показывали.

Ну, в ту субботу собрали закусь, взяли - правильно - пару "Агдамов": продавщица злая попалась, заартачилась, пришлось какого-то мужика просить, чтоб купил. Вот, и еду, и барахло в две сумки сложили и - на Селяву. Там каждый раз по выходным столько тачек - только выбирай.

С автобуса слезли на повороте и с километр топали вдоль леса. Потом свернули к речке, там желтый "Жигуленок" стоит. Ну, стали наблюдать и усекли - там мужик и баба. Уже старые. Но ничё бы не получилось - место открытое, а на другом берегу сено косят, народу полно...

Тогда к дороге вернулись и дальше пошли. И

тут из леса "восьмерка" вывернула - блеск! И цвет подходящий. Лёвик и говорит: "Вот эту и будем брать". Лёвик? Какой Лёвик?.. Да Олежек, конечно! А машина эта в лес опять нырк. Ну, засекли место и решили подзакусить сначала, вдарить для смелости. Сели под березой, поддали... Да, всё, обе бутылки. Я, понятно, побольше Олежка слаб к вину...

Потом подались к машине. Вначале музыку услыхали - маг у них пахал. Ну, за кустами маски натянули, перчатки. Он, Савельев, пистолет взял, Олежка с обрезом... Да какой к черту эфир! Там мужик оказался такой здоровый, да еще двое их... Как откуда?.. А-а, так забыл: Олежка же на разведку сперва сходил с подзорной трубой - у нас труба была. Он всё и разглядел. Мужик, говорит, крепкий, двое их - лежат и сосутся...

Ну, а дальше всё, как Олег расписал. Только ничё у мужика в руках не было. Он вскочил и орет чё-то, сразу видно - начальник: кто позволил? А сам глаза от страха вытаращил...

Ну, я думаю: была не была. И стрельнул - куда-то в грудь. И тут Олежка как жахнет... Метра три всего было - у него, у мужика-то, вся грудь сразу в дырках, кровища... Ну, он вниз лицом - бабах!..

Девушка-то? А она, секу, вскочила и вот-вот заорет на весь лес или рванет от нас. Я тогда кинулся к ней, повалил и прижал. Чтоб Олежка успел перезарядить - с пистолетом возни больше. Я как усек, что он курок взвел, отскочил в сторону. "Стреляй!" - кричу. А он тянет. Девчонка уже на колени встает, смотрит на него, руки тянет... Главное - молча, онемела, видно. Ну, тут он вдарил. Она на спину шмякнулась... Вот и всё.

- А что имел в виду Кушнарёв, написав: "Макс возился там еще немного и все кончилось"?

- Ну... когда она упала, девка-то, она живая еще была - дышит так быстро-быстро, будто из воды вынырнула. Глаза у нее открыты, уставилась в одну точку, и рот приоткрыт. Ну, я на ее глаза посмотрел, и мне как-то неприятно стало... Нет, не забоялся, а именно как-то неприятно... Я такого взгляда никогда не видал. Мне ее жалко даже стало, я и решил добить, чтоб не мучилась... Ну, тут у них среди еды нож валялся, охотничий. Я схватил его и саданул ее раза три... Да - три; в шею два раза и потом в живот. Еще удивился - почему нож так туго в тело входит? Как в резину...

Они сами виноваты! Если б не сидели у машины, пошли бы в лес подальше, грибы искать или еще чего. Тогда мы просто бы угнали машину и без убийства обошлось... И чего им стоило?

Ну, перчатки мы потом в речку выкинули - когда тех оттаскивали, все в крови перемазались. А оружие и подшлемники закопали там же, в лесу...

- А золото?

- Какое золото? Не брали мы никакого золота! Может, потом, после нас кто-нибудь их нашел и поснимал кольца?..

Ну, вообще-то ладно - чего это я? Было золото. У ней сережки с красными камушками, колечко и перстень, а у мужика, у этого редактора-то кольцо обручальное.

- А часы почему не сняли?

- Да кому они щас нужны? Притом в крови измазаны - противно стало.

- И куда же вы золото дели?

- А тоже закопали, только в другом месте. В тряпку завернули, в мешочек целлофановый и закопали. Показать? Попробую...

Савельев вдруг глумливо осклабился и мерзко хихикнул.

В этот момент дверь кабинета скрипнула, и без стука вошла Марина. Карамазов оторопел. Жену он не видел уже несколько дней и увидеть вот так запросто, у себя, не ожидал. Стало жарко, знойно, аж невмоготу. Но не успел Родион Федорович подняться, вскочить, как вдруг Савельев метнулся из угла к Марине и повалил ее на пол. Колени ее бесстыдно и жутко заголились.

"Да он что?! - задохнулся Карамазов. - Показывает, как он Юлию удерживал?"

- Стреляй! Стреляй скорей! - протявкал Савельев, извернув к нему отвратную свою морду.

- А-а-а!.. - тоненько закричала Марина, и только тогда Карамазов, преодолев циклопическую тяжесть, оторвался от стула и бросился к ним. Он схватил парня за шкирку, с неожиданной легкостью рванул его вверх и со всего маху жахнул его прямо ряхой о стену. Кровавый страшный отпечаток расплылся на белой стене, по сторонам разлетелись темные брызги. Карамазов, костенея от ужаса, кошмара происходящего, шмякал-гвоздил подонка об стену лицом, всё обильнее размазывая его кровь и сопли по чистой беленой поверхности.

А в мозгах кололась и царапалась тоскливая мысль: "Я сейчас стану убийцей! Убийцей!.. Как бы руки в крови не испачкать!"

* * *

- Родион! Эй! Заснул, что ль?

Карамазов очнулся от забытья и сел. В глазах после удушливого сна затемнило, шум пляжа накатывал волнами. Вот мерзость! Приснится же такое!

И тут он ощутил, что весь горит, словно плеснули ему на кожу кипятка. Э-э-э, да он сгорел вконец - еще немного и волдыри появятся. Николай срочно потащил его в воду отмачивать.

Да-а, уж что-что, а отдыхать шерлоки холмсы не умели. Когда засобирались домой, то поняли, что пляж им выйдет боком. С Карамазова, наверняка, в муках слезет старая кожа и будет нарождаться новая. А Шишов уже толком не мог шевельнуть руками и согнуться - переиграл в волейбол.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать